Это наш мир
В тайном храме, который построил мой учитель и где под беломраморным алтарем находился байтил с душой богини Кама-Нио, я уже бывал. Доступ в это место мог дать только Иллир Анхо и, считая себя главным хранителем Доброй Матери, он не хотел никого сюда впускать. Но был вынужден считаться с императором, ламиями, северными паладинами и жрицами богини. Поэтому мы снова здесь. Если уж он решил провести обряд воскрешения Кама-Нио, представители заинтересованных в этом сторон просто обязаны присутствовать.
В святилище все, как и раньше. Жрицы и ламии поют – они славят спящую богиню. Воины стоят за спинами женщин. В центре перед алтарем в форме обелиска Иллир Анхо.
Честно говоря, я ожидал другого. Не знаю, чего именно, но другого. Возможно, большей экзальтации от участников, истеричных выкриков, расцарапанных в экстазе тел, диких плясок и таинственных мистерий. Все-таки не каждый день оживляем сверхсущество, которому тысячи лет. Однако ничего этого я не видел и не ощущал. Все по-деловому, довольно спокойно и размеренно, словно участники отыгрывают заранее разученные роли или выполняют привычную работу.
Ну и ладно, пусть будет так. В конце концов, несмотря на звание паладина Кама-Нио я человек не религиозный и в своем восприятии происходящего события стараюсь опираться на логику. По этой причине для меня картина рисуется простая и довольно ясная. Есть байтил, в котором спит душа богини. Дабы ее пробудить, необходимо совершить нечто такое, что инициирует воскрешение и перерождение сверхсущества. Это будет сделано при помощи яйца истинного дракона. После чего сущность Кама-Нио займет заранее подготовленное человеческое тело. Что дальше, мне неизвестно и можно лишь догадываться. Вдруг богиня совсем не обрадуется воскрешению? Этого исключать нельзя.
Мой взгляд скользнул по женщинам и отыскал Отири. Как и предполагал, когда я прибыл домой, она уже знала о проведении обряда. Убедить ее остаться с ребенком и не рисковать здоровьем у меня не вышло. Мы даже поссорились, что в принципе в паре ламия-паладин раньше считалось невозможным, слишком сильно повязаны женщина и мужчина в своем союзе. А у нас вышло, и в храм Отири попала вместе с верховной жрицей Улле Ракойны госпожой Кэрри Ириф.
Глаза моей любимой были закрыты и она пела. Уверен, сейчас ламия, как и другие служительницы Кама-Нио верила, что богиня оживет и все изменится в лучшую сторону. Вера – великая сила, спора нет, и она способна на очень многое. Однако я прагматик и знаю, что служение богам имеет не только плюсы, но и очень серьезные минусы. Даже не преследуя какой-то определенной цели, невольно, сверхсущество оказывает влияние на своих последователей, что в свою очередь корежит их судьбы и заставляет совершать поступки, о которых они никогда даже помыслить не могли. Мне это не нравится. Не хочу быть марионеткой в чужих руках. Поэтому постоянно ожидаю от богов подвоха и неприятностей. Тем более что приходится помнить про вампирского бога Шамми, который пообещал при первом удобном случае явиться за моей жизнью и душой. Связь с дольним миром частично восстановилась, а его все нет и нет. Может, он позабыл обо мне и семье Ройхо? Нет. Эти твари ни о чем не забывают. Наверняка, все проще. Шамми не настолько силен, чтобы решиться на появление в одном из реальных миров. Не хочет рисковать, кровосос, и выжидает. Бессмертный монстр может себе это позволить. Хм! А мне это на руку. Я ведь тоже расту в уровне, получаю новые знания и осваиваю более сложные боевые техники.
Впрочем, возвращаюсь к тому, что происходит здесь и сейчас. Иллир Анхо приподнял правую ладонь, и пение женщин стихло. Полубог дал знак и на площадку перед алтарем вывели три десятка одинаково одетых в серые шерстяные платья девочек в возрасте от шести до четырнадцати лет. А потом появился Айнур Ройхо, паладин Иллира и мой родной брат, который поставил перед полубогом уже знакомый мне эльфийский сундучок с яйцом дракона.
Я покосился на императора, взгляд которого был прикован к девочкам и тоже посмотрел на них. Они были разными, худыми и полными, брюнетками, шатенками и блондинками. Кто-то явно из самых низов, это было заметно по грубым рукам с мозолями и обветренным лицам, а кто-то из благородных семей. Но сейчас это неважно и все они вели себя равнодушно, взгляды пустые и отстраненные. Наверняка, девчонок опоили каким-то зельем или с ними поработал чародей из школы «Гарджи-Тустур», той самой, которая занимается человеческими душами, телепатией и постановкой мыслеблоков.
Марк давно знал, что паладины Иллира рыщут по империи и сопредельным государствам, при помощи артефактов ведут поиск подходящих носителей для богини и отправляют их в храм. Его это беспокоило. Молодой еще. Поэтому мысль, что ради оживления Кама-Нио умрет душа носителя, императора коробила. Меня тоже, но я зачерствел душой гораздо больше Марка, и не принимал это близко к сердцу. Рассуждениями о «слезинке ребенка» меня не пронять. Есть необходимость и мы поступаем так, как нужно. А иначе погубим душевными терзаниями не только себя, но и миллионы ни в чем не повинных людей, которые зависят от наших поступков и решимости действовать.
Тем временем Иллир достал драгоценное яйцо и обеими руками поднял его над головой. Айнур подхватил пустой сундучок и удалился. На площадке воцарилась гробовая тишина. Ни шороха, ни звука.
«Сейчас начнется самое интересное и важное», – подумал я, и включилось магическое зрение, которое позволяло видеть энергопотоки и проявления чародейства.
Иллир Анхо стал напитывать яйцо дракона собственной силой, и оно запульсировало еле заметным желтым светом. Сначала пульсации были редкими и короткими, но чем дольше полубог работал с ним, тем более быстрыми, сильными и яркими они становились. Судя по всему, Иллир менял структуру спрятанного под скорлупой зародыша. Он трансформировал нерожденного дракона, вытаскивая из него скрытую мощь, которая способна искривить реальность и пробудить спящую богиню. При этом никаких заклятий Иллир не применял. Полубог работал с объектом напрямую, и вскоре получил результат.
Последняя яркая вспышка. Скорлупа раскололась и выпустила на волю тугой световой шар, который был подобен маленькому солнцу и в один момент обогрел всех, кто в данный момент находился в храме. Теплая ласковая волна прошлась по моему телу, и это было приятно. А затем солнышко, которое раньше было зародышем истинного дракона, оказалось в руке Иллира и время замерло. Стоп! Полная остановка всего. Двигаться мог только Иллир и он, приблизившись к алтарю, направил световой шар в него.
Снова движение. Время двинулось дальше. А световой шар, распавшись на мириады крохотных солнечных частиц, впитался в алтарь.
Стоим. Ждем. Молчим. Что дальше?
Проходит минута. За ней другая и третья. Грешным делом я подумал, что учитель облажался и обряд накрылся медным тазом, но, подождав еще несколько секунд, обнаружил перед алтарем призрака. Это женщина. Неужели сама Кама-Нио? Судя по всему, да. Никого другого здесь увидеть не ожидали.
Призрак медленно проплыл мимо Иллира и замер возле девочек, а я вспомнил, как пытался определить критерии, по которым паладины моего учителя выбирали возможного носителя. Долго над этим думал, а разгадка оказалась простой. В прошлом Кама-Нио была человеком и наш мир для нее родной. Здесь остались ее потомки, дети, внуки и так далее. Кровь жрицы, которая стала богиней, течет в людях этого мира и она ее чует. Не может не чуять. Родная кровь привлечет богиню и поможет ускорить процесс слияния с новым телом.
Неожиданно одна из девочек шагнула навстречу призраку. Выбор сделан, богиня определилась. Призрак окутал носителя, худую миловидную девчонку не старше двенадцати лет, и исчез.
– Свершилось! – дружно произнесли ламии и жрицы. – Богиня вернулась! Слава Кама-Нио!
Тем временем девочка, чье тело заняла богиня, стала падать. Иллир подскочил к ней и подхватил на руки. Одновременно с этим появились паладины, которые увели остальных возможных носителей.