Академия безмолвия (СИ)
Внезапно лицо леди Адрианы, и так похожее на маску, застывает в какой-то нелепой улыбке.
- Ну, конечно! - она ухватывает меня за ворот и легко, без усилий, подтягивает к себе. -Ну, конечно... Но как это может быть? Ее и ее щенка убрали лет двадцать назад... Должны были убрать. Эти волосы, этот огонь... забавно.
- Это вы ее убили? - больше нет смысла отпираться.
- Ну, конечно, нет, за кого ты меня принимаешь? Я никогда не сворачиваю птичкам шею, если не планирую потом вернуть их обратно. Я была против ее убийства, она была слишком одаренной. Джордас носился с ней, как с королевской тиарой, будил ее огонь. С такими нужно работать, таких нужно привлекать...Но ведь убить всегда легче, - она пожала плечами с видимым сожалением. - Хотя ты, чудо мое, разве не живое доказательство того, что она жива? Восхитительное доказательство... Такую силу не скроешь.
- Какую силу, о чем вы? Я не единственный маг огнятна курсе, и далеко не самый сильный. Сэр Джордас всегда называл меня отстающим, Габ подтвердит...
- Но ты же спас этого идиота, когда он чуть не сдох? Ты, ты... Не переживай, я вижу куда больше. Если тебе передалось хоть немного ее талантов - значит, справедливость восстановлена. Менелы будут с нами. Должны были быть с нами с самого начала.
"В гробу я видал такую справедливость"
"В гробу ты скоро увидешь меня, если мы что-нибудь не придумаем. Хотя, скорее всего, не увидишь. У нас будет один гроб на двоих"
"Не хочешь поработать на благо науки?"
Леди, бледная и улыбающаяся жуткой улыбкой, ничуть не искажающей восковую неподвижность черт ее почти мертвого лица, тем же пугающе-резким движением ухватывает Габа за свободную руку, и я вижу в другой ее руке узкое стальное лезвие. Таким целители делают разрезы. Она надрезает запястье - и линия разреза моментально набухает, багровеет, стекает, капает на пол. Габриэль закусывает губу, но более никак не сопротивляется, ничего не делает... Что с ним такое?
- У тебя есть совсем немного времени, чудо. Селекционные экземляры, - это слово мне незнакомо, но жест профессора недвусмысленно указывает на медленно ползающих уродцев, о которых я успела забыть за последние несколько минут. - Нежизнеспособны. Долго не протянут, не дадут потомства. Это просто биологический мусор, отходы, хотя в них немало человеческих клеток. Но пока они дышат, это не нежить, совершенно живые создания. И как таковые, они изо всех сил будут цепляться за жизнь, вгрызаться в нее своими острыми зубами и коготками... Лишенные питательного раствора, который заменял им стазис, они учуят кровь. Со зрением у них плоховато, но вот нюх отменный. Не зря кровь используют в стольких ритуалах, не зря... И если ты сейчас ничего не сделаешь, они сожрут твоего прекрасного мальчика, а затем и тебя, очень и очень быстро, я знаю, видела уже. Чтобы жить, нужно убивать, вот они, безмозглые и бездушные, понимают, а ты - все еще нет...
Почему Габриэль не остановит кровь..? Кровь - всего лишь жидкость, почему? Он же может. А вдруг и на нем какое-нибудь заклятие стазиса, у него совершенно стеклянный взгляд...
Тем временем, слабый тихий скрежет когтей по полу усиливается. Она права. Она права, демонова ведьма, сейчас эти твари... Внезапно мне перестает хватать воздуха, омерзительный запах забивает ноздри, потолок давит на затылок. Тут душно, ужасно душно, и только мысль о Габриэле не дает мне свалиться в обморок. Эта мысль удерживает меня на грани.
Я не чувствую свое пламя. Оно словно онемело, остекленело, подобно взгляду Г абриэля. Чем судорожнее, отчаянее пытаюсь я нашскрести внутри себя хоть что-нибудь - ничего не отзывается.
"Успокойся, Джей, успокойся...'"
Звуки снова пропадают. Леди Сейкен делает шаг ко мне, хватает за руки, удерживая от падения.
Крик Джеймса раздается внутри моей головы. Не думая, не имея сил и возможности думать, я изо всех сил вцепляюсь в ее тонкие ледяные пальцы. И в этот же самый миг Габриэль набрасывает металлическую цепочку ей на шею. А кровь... целая лужица крови сминается в единую сферу и впечатывается в лицо леди, как гигантский снежок из алого снега.
Глухота снова спадает, и я слышу резкий, пронзительный хлопок, словно кто-то раздавил огромного наевшегося крови клопа или комара. Черная жидкость, питательный раствор моментально оплетает леди водным коконом, закручивается воронкой.
"Джей, да ты-то не стой столбом!"
Я хватаю со ближайшего стола металлическую трубку, одну из скреп взорвавшегося резервуара, и со всей силы ударяю леди по голове.
Никогда в жизни не думала, что смогу это сделать.
Лежащее на полу передо мной тело переплетенное черно-кровавыми струйками не вызывает у меня никаких эмоций, кроме... недоверия. Сейчас она вскочит, и...
А она лежит. Когти тварей, сползающихся к крови, шкрябают по полу. Медленномедленно, но неотвратимо.
Я прыжком оказываюсь рядом с Габриэлем. Его рука, охваченная магическим браслетом-наручником, в кошмарном виде - один сплошной ожог. Это можно вылечить, но... не сейчас. Демонова цепь не плавится, не отрывается от пола. Твари подползают все ближе, окружают кольцом, я представляю тошнотворное зрелище поедания леди - а затем и нас -заживо, и снова чуть не падаю в обморок. Ноги не держат, и я бесстыдно хватаю Габриэля за плечи, заглядываю ему в лицо. Как у него хватает сил держаться сейчас? Его глаза...спокойны. И это спокойствие невероятным образом придаёт мне сил.
- Чего ты хочешь, Габ? Ну, как последнее желание осуждённого...
Он смотрит на меня, мертвенно-бледный, чуть насмешливо и нежно, и беззвучно шепчет. Я легко читаю по его губам:
- Я хочу, Джейми, чтобы ты все это сжёг. Сжёг дотла эту демонову обитель.
Габ протянул ко мне руки и сжал мои пальцы, металлический браслет показался мне таким же ледяным, как и кожа безумной леди.
- Помнишь, - тихонько сказала я, отстраняясь, отрешаясь от всего, как во время медитации
- жуткой лаборатории, кровожадных приближающихся монстров, навязчивого голоса Джеймса в голове, все еще неподвижной окровавленной, спеленутой черной жижей Адрианы Сейкен у ног. - Ещё тогда, на хуторе, когда мы только встретились... Ты сказал, что заметил, будто огонь в камине разгорается тем ярче, чем ты ближе ко мне находишься? Это так и есть. Я люблю тебя, Габриэль Фокс. Подойди ко мне.
Он чуть помедлил и шагнул ближе, и теперь его разноцветные глаза смотрели в мои с каким-то болезненным отчаянием, так близко. Но я не собиралась ждать от него ответных признаний или поцелуев - не здесь и не сейчас. А может быть, вообще уже никогда. Повернулась спиной к нему и лицом - к жутким тварям, почувствовав, как Габ прижался щекой к макушке, таким знакомым, родным жестом. На мгновение прикрыла глаза, обращаясь к огню внутри. Не требуя. Не давя. Просто открываясь ему. Доверяя.
Пламя вспыхнуло сразу везде, одновременно.
Злое, страшное, огромное - несоизмеримое с двумя фигурками адептов. Вспомнилось вдруг лицо сэра Джордаса и искорки пламени в его рыжеватых волосах, когда он говорил мне этим своим неподражаемым голосом, шутовским и серьёзным одновременно: «Джеймс, вы куда сильнее, чем можете даже вообразить! Не придумывайте себе границы».
С чего это я придумала себе границы? Нет никаких границ.
"Только его не трогай. Он свой. Мой" - мысленно попросила я рвущуюся на свободу силу.
Пламя взвилось сильнее и выше.
Глава 50.
Огонь. Огонь не обжигает меня. Это моя собственная сила, часть моего мира. Вокруг нас с Габриэлем образуется маленький островок негорящей суши, но и он раскален до крайности. Металлический наручник на руке Габриэля оплавился и стек. Дышать нечем. Омерзительная какафония запахов и сдавленных воющих звуков. Я держусь за Габриэля, пока не замечаю сквозь стену огня смутно знакомый высокий силуэт. Тело вдруг ослабевает, и я оседаю на пол. Отчего-то кажется, что это не мои ноги подгибаются, а каменные плиты подо мной расходятся, и я проваливаюсь под землю, все глубже и глубже, не чувствуя ее сопротивления.