Соври мне красиво (ЛП)

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! 
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. 
Спасибо.
Чарли Роуз
"Соври мне красиво"
Серия: вне серии
Автор: Чарли Роуз
Название на русском: Соври мне красиво
Серия: вне серии
Перевод:  Наташа Козлова
Редактор: Eva_Ber
Вычитка:  Cloud Berry 
Обложка:  Cloud Berry
Оформление:
Eva_Ber
Аннотация
Обручившись, моя мать получила три вещи: новенькое колечко от Тиффани, роскошный дом на Хартбрейк-хилл… и трех привилегированных пасынков.
Меньше всего я ожидала, что влюблюсь в одного из них. В Тайера Эймса, задумчивого, недосягаемого красавца.
Я знала, что это плохая идея. Он предупредил меня сам.
Но он был грозой, а устоять перед ливнем я никогда не могла.
Все шло идеально.
До поры до времени.
Одной ночи оказалось достаточно, чтобы все рухнуло, и между нами остались только секреты и ложь.
Теперь мне придется столкнуться с ним снова, но мальчик, которого я знала когда-то, превратился в мужчину, который любит меня ненавидеть.
Пролог
Шэйн
Преисполненная благодарностью за поддержку, я цепляюсь за локоть брата, пока он заводит меня по скользким от дождя ступеням крыльца в Уитмор. Учитывая сырую и мягкую землю кладбища, в которой увязали каблуки моих туфель, и тот факт, что передвигаться я умею только в кроссовках, мои трясущиеся ноги готовы были мне отказать уже бессчетное количество раз. Как только мы входим в фойе, в нос ударяет запах тысячи запеканок. Почему люди считают, что от еды кому-то может стать лучше? Мне очень жаль, что вы потеряли любимого человека. Но вот вам гребаная картофельная запеканка. Надеюсь, она вам поможет!
— Я пошел наверх, — решительно произносит Грей, отцепляя меня от своего локтя. Его глаза сильно покраснели — можно не сомневаться, что он до сих пор в шоке. Ну и слегка обкурен, конечно.
— Ты в порядке? — спрашиваю его. Глупый вопрос, согласна. Но дело не только в похоронах Дэнни. Брат выглядит рассеянным и расстроенным.
— Все хорошо.
Он вскользь целует меня в макушку, и за его плечом я замечаю Тайера, который небрежно достает из бара бутылку коричневого ликера. Грей уходит к лестнице, и я оглядываюсь, гадая, заметил ли это кто-то еще. Холден и их кузен Кристиан с остекленевшими глазами и расслабленными галстуками сидят на белом диване, уткнув локти в колени. Я перевожу взгляд левее и вижу, что Грейсон не успевает уйти. Его перехватывают мама и ее жених Август — отец Тайера и Холдена. Мама притягивает его в объятия, Август похлопывает по плечу, и Грей напрягается. По месту, которое мы уже два года зовем домом, слоняются десятки незнакомых мне людей, причитая о том, как же трагично потерять кого-то столь юного.
До чего же хочется что-нибудь расколотить.
Неожиданный грохот снова привлекает мое внимание к бару. По деревянному полу разлетаются осколки стекла, а Тайер пытается удержаться за край барной стойки и немигающим взглядом смотрит на разбитый стакан. Появляется его дедушка и удерживает внука, но Тайер пытается оттолкнуть его.
— Соберись, парень, — приказывает дед убийственно тихим тоном, не терпящим возражений. — Ты нужен своей семье. — Он берет внука за плечи и слегка встряхивает его.
 
— Уйди, — цедит сквозь зубы Тайер. Инстинктивно я спешу к нему, стараясь привлекать как можно меньше внимания, но готовая вмешаться. Выражение лица Тайера отчетливо говорит мне две вещи. Во-первых, он в двух секундах от того, чтобы ударить собственного дедушку на похоронах брата, и, во-вторых, ничто не помешает ему уйти прямо сейчас.
— Я искренне сочувствую вашей утрате. — Выпалив это клише, я встаю между ними, хотя это последнее из того, что мне хочется делать. Уильям Эймс столь же могущественен, насколько он стар, но, к сожалению, не настолько же мил. Он смотрит на меня, как на досадный раздражитель, но все-таки сдержанно обнимает и целует в щеку, наверняка зная, что на нас смотрят люди. Я борюсь с желанием вытереть щеку.
— Спасибо, Шэйн. — Он произносит эти слова таким тоном, будто ему физически больно быть вежливым, и все еще удерживает мои предплечья. Когда старик пытается отпустить меня и отойти в сторону, я пячусь с ним вместе, чтобы выиграть еще немного времени для Тайера.
— Я могу чем-то помочь? — невинно интересуюсь. Его пронзительно-голубые глаза сверлят меня взглядом, а жесткие седые брови сердито сошлись на переносице, придавая ему вид настоящего злодея.
Тайер пользуется тем, что дед отвлекся, и, не оглядываясь, стремглав несется к двери. Как только он скрывается из виду, я облегченно выдыхаю. Проблемы удалось избежать. Пока что.
— Думаю, мы справимся сами, — коротко говорит Уильям, возвращая мое внимание к себе. Я быстро отпускаю старика и делаю шаг назад. Его ноздри трепещут — кажется, что он готов броситься вслед за Тайером.
— Отпустите его, — произношу я спокойным голосом, хоть старик и пугает меня до чертиков. Я еще ни разу не была настолько настойчивой с ним. Понятия не имею, откуда это взялось, и, судя по выражению у него на лице, он тоже не понимает. — Если он останется в доме, то лишь устроит сцену, — говорю я, пробуя иную тактику.
Сцены тут никому не нужны, особенно Уильяму. Его предки приобрели это поместье еще в начале 1800-х годов, что сделало семью Эймс одной из самых влиятельных, и старик попросту не позволит вам об этом забыть. Владение старейшей и самой надежной грузовой авиакомпанией в мире, превратившейся впоследствии в пассажирскую, делает вас очень богатым человеком, а это значит, что окружающие всегда будут наблюдать за вами, ожидая, когда вы впадете в немилость. Для людей, вроде Уильяма, достойный облик — это все.
Усмехнувшись, старик уходит, и я, не теряя времени, убегаю на поиски Тайера.
— Тайер? — зову я, прикрыв за собой парадную дверь, но парня нигде не видно. Вдалеке грохочет гром — погода сегодня такая же угрюмая, как и сам день, — и я осматриваю передний двор, хотя в глубине души понимаю, что здесь Тайера нет. Прищурившись, я всматриваюсь в окружающие участок деревья. Их слишком много, но я прекрасно знаю, куда направился парень. Не думая о последствиях, я спешу вниз по ступенькам. В туфлях бежать неудобно, и тогда я снимаю их, держась за дерево, чтобы сохранить равновесие, а потом бросаю в кучу листвы.
Грязь липнет к моим гольфам, но я не обращаю на это внимания. Я пробираюсь сквозь деревья и бегу что есть мочи. Волосы развеваются на ветру, и я понимаю, что плачу, только в момент, когда мерзлый воздух охлаждает мои влажные щеки. Сначала дождь едва каплет, но до амбара я добираюсь уже мокрой до нитки. Заметив, что дверь слегка приоткрыта, я замедляю шаги и облегченно вздыхаю, осознав, что он здесь.
— Тайер? — мягко зову я, толкая старую выцветшую дверь. Она открывается со скрипом как в фильме ужасов, но этот амбар никогда не пугал меня. Это мое убежище, несмотря на протекающую крышу и обилие пауков.
Внутри темно, но серебристо-серый свет снаружи позволяет мне различить его темную фигуру, лежащую на диване с бутылкой ликера в руке. Наклонившись, я нахожу фонарь, который мы оставили здесь прошлой ночью, включаю его и подхожу ближе. Я не спрашиваю, в порядке ли он. Даже я не в порядке. Поставив фонарь у его ног, я взбираюсь на диван, поджимаю колени и переплетаю свои пальцы с его. Наши руки покоятся между нами, но его ладонь такая вялая, что даже не сжимает мою в ответ.