Сломленные Фейри (ЛП)

Он медленно кивнул. — Но вы поддерживали связь?
— О да, мы много переписывались, и она присылала мне фотографии всего того, что читала. Она даже нашла тысячелетнюю резьбу королевы фейри, у которой было шесть мужей, и у каждого из них был идеально выгравированный чле… Вообще-то, эта история, возможно, не подходит для учителя, — замялась я. — Но вы поняли, мы оставались на связи.
— Хорошо. А как насчет мистера Диппера? Вы с ним встречались? Я знаю, что изначально вы не были в восторге от идеи подружиться с ним, но к концу семестра я заметил, что вы проводите достаточно много времени в его компании.
— Юджин? — спросила я, мое сердце сжалось. — Эм, да, мы немного переписывались, — если быть до конца честной, то я в основном отмахнулась от него. Я слишком нервничала из-за того, что он помнит подробности той ночи, когда мы спасли его задницу от Короля и убили Найтшейд, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Я хотела, чтобы между нашими встречами был хороший толстый слой времени, прежде чем мне придется встретиться с ним лицом к лицу с откровенной ложью и дерьмовой дружбой. Но я также не могла обвинять его в том, что мы сделали, поэтому я просто надеялась, что к тому времени, когда мы снова будем общаться, он отнесет ту ночь к неудачному опыту и забудет о ней.
Я чувствовала себя еще хуже из-за того, что вычеркнула его, учитывая тот факт, что он был достаточно близок к самоубийству, чтобы Найтшейд нарисовала мишень на его спине в конце прошлого семестра. Но как бы я ни чувствовала себя полной сволочью, делая это, я действительно думала о нем в долгосрочной перспективе. Я и мои Короли были темными существами с кровью на руках и пятнами на душах. То, что мы сделали в этих туннелях, было необходимо, это была борьба за выживание, которая так или иначе могла закончиться только смертью. И я не испытывала ни малейшего чувства вины за это. Найтшейд была хищником, чудовищем, гребаным животным, расставляющим ловушки с помощью добрых слов и тонкой магии, созданной так аккуратно, что никто не знал, что она заманивает их в ловушку, пока петля не затягивалась на их собственных шеях. Ей нужно было умереть. И я бы плюнула на ее могилу, если бы мы оказали ей любезность и вырыли ее собственную. Но Юджин был не таким, как мы. Он был невинным, наивным. Из тех фейри, которые видят мир черно-белым, добрым и злым, в то время как такие, как я, видели все оттенки серого и облачались в тени. И я не хотела развращать его, лишать его способности надеяться и видеть добро в мире, который на самом деле был для него лишь дерьмом. Он нуждался в надежде больше, чем в правде. Но теперь я могу быть ему лучшим другом. Я бы стала.
— Я знаю, что он не самый очевидный выбор для вас в качестве друга, но… — Титан вздохнул, бросив взгляд в сторону двери, прежде чем смерить меня взглядом. Тот самый, который говорит, я взрослый и даю серьезные советы. — Диппер — редкая порода фейри, который, похоже, родился без боевого духа. Не знаю, то ли у него его вообще нет, то ли просто жизнь так сильно его потрепала, что он перестал пытаться сопротивляться. Несколько добрых слов, время проведенное с таким способным и уверенным в себе человеком, как вы… настоящая дружба с человеком, который завоевал столько уважения в этой школе, может действительно изменить его к лучшему. Я не прошу вас носить его на руках, но небольшой толчок, который поможет укрепить его уверенность, может быть всем, что ему нужно. И как бы студенты здесь ни были одержимы сплетнями о вас и о том, как вы окольцовываете Королей академии, большинство из них слишком запуганы, чтобы подойти к вам, так что поиск других друзей только затрудняется этим.
— Запуганы? — я насмешливо хмыкнула. — Почему?
Титан долго рассматривал меня, откинувшись в кресле, словно ожидая, когда до меня дойдет, но я не имела ни малейшего представления о том, к чему он клонит. Однако я уловила все остальное и дала себе молчаливую клятву приложить больше усилий в общении с Юджином, помочь ему найти своего внутреннего фейри и все такое, и дать ему толчок к тому, чтобы надрать задницу всей этой школе.
 
— Есть только один человек, который может окольцевать Короля, Элис, — медленно сказал он. — Не говоря уже о четырех из них сразу.
— Да ну? — пошутила я. — И кто же это?
— Королева. Так что, возможно, вам пора задуматься о том, что хорошего вы хотите сделать теперь, когда вас короновали. 
  
10. Леон
 
Что-то было не так. Я должен был отрываться по полной. И, признаться, я так и делал. Я трахал свою девочку семьдесят восьмью способами до воскресенья на огромной кровати, которую нам подарили, пока она выкрикивала мое имя, а я в миллионный раз забыл поставить глушащий пузырь. Я перепробовал все, чтобы перестать чувствовать себя так, будто в моей груди огромная дыра. Я делал с ней миссионерскую, собачью, ковбойскую, обратную ковбойскую, я даже пытался подойти к делу более творчески, исполняя танго с Гарпией, приземляющимся Драконом и восьминогим Калонским Осьминогом. Но ничего из этого не помогало избавиться от этого чувства. Как будто мне чего-то не хватало.
Элис обвила ногами мою шею, когда, наконец, сбросила меня с себя и, используя свою Вампирскую силу, толкнула меня на кровать. Она зарычала на меня, обнажив клыки, и обхватила меня за талию.
— Что с тобой? — задыхалась она. — Выбери позу.
— Я не могу, — я закрыл лицо рукой. Это было безнадежно. Чем бы ни было это чувство, оно не уходило.
Элис соскользнула с меня, свернулась калачиком у меня под боком и натянула на нас простыню. Она использовала свою магию воздуха, чтобы охладить комнату, ветерок прошелестел вокруг нас и охладил мою горящую плоть. Она осторожно отдернула мою руку от лица, и я, нахмурившись, посмотрел на нее.
— Что происходит, Лео? — спросила она, целуя мою грудь, когда я притянул ее ближе.
— Я не знаю, — серьезно ответил я, и она откинула мои волосы с лица, а затем провела по ним пальцами. Это было так приятно, что я вздохнул и позволил своим глазам закрыться. Пройдет совсем немного времени, и Минди придет с побудкой, а нам нужно будет одеться и отправиться на занятия. Я заставил Элис кончить восемь раз, а я кончил только дважды, это было ужасно.
Элис продолжала водить руками по моим волосам, пока я не стал глубоко мурлыкать и не начал расслабляться. Мой маленький монстр всегда знала, как сделать так, чтобы мне было хорошо. Я просто не понимал, почему я не могу насладиться этим в полной мере. Но с тех пор, как мы сошлись, я снова и снова требовал ее, но это чувство становилось все более интенсивным. Но я не мог сказать ей об этом, потому что тогда она могла бы подумать, что не удовлетворяет меня. А это было неправдой. Она трахала всего меня. Я хотел лизать ее весь день напролет. Везде. И я имею в виду везде. Не прошло и получаса, как я обработал каждый палец на ее ноге, пока она кричала, чтобы я остановился. Клянусь, в какой-то момент я подумал о том, чтобы приготовить ее и съесть. Но Элис была едой, которую я хотел поглощать вечно, кусочек за кусочком. От одной мысли об этом у меня сводило рот.
— Может быть, это как период адаптации, понимаешь? — предположила Элис.
— К родственным узам? — я нахмурился.
— Да, — сказала она с ноткой надежды в своем тоне.
Я открыл глаза, притянул ее к себе, чтобы она села мне на талию, и уставился на свою идеальную половинку, а мое сердце выбивало громоподобную мелодию. — Ты — все, ты ведь знаешь это? Я хочу этого. Я так чертовски счастлив из-за этого, — я наклонился и поцеловал ее, обняв так, что ее мягкие изгибы прижались к моим твердым мышцам. Мужик, я счастливчик. Я всегда знал, что я был отличным вором, но кража сердца Элис была лучшим ограблением, которое я когда-либо проворачивал. И да, это дерьмо было пошлее, чем крекер «Риц», заваленный доверху колесом чеддера, но это было правдой. Заметка для себя: попросить Минди принести чеддер.
Элис вздохнула напротив моих губ, кивая в знак согласия. — Я тоже счастлива. Так счастлива, Лео.