Алмаз Времени. Том I. Скитания (СИ)

Это смерть. Она приходит в неподходящее время, для нее нет времени. И невозможно ее предугадать, подготовиться к ней. Сколько ни жди – нагрянет негаданно. Жизнь выведет из глухого леса, убережет от бедствий на самом краю, а смерть найдет и посреди чиста поля, и за семью замками. Такая она, смерть. Но здесь она нашла себе помощника, нашла через кого проявиться, гнусно, прокляв кого-то печатью бесчеловечности.
Сумеречный Эльф сжал зубы и вздохнул, спросил тихо:
– Постой, может, похоронить его?
Он замолчал, ведь точно знал, что будет с телом. Знал, когда его найдут. И холодел от созерцания той боли утраты, которую предстояло испытать тем, кто дорожил убитым, кто вырастил его.
Так происходило везде, каждый миг кто-то умирал, кто-то погибал, кого-то убивали. Во всех мирах. Хотелось не видеть этого, не знать, не чувствовать. Но нет, иначе он не мог, просто не мог: он хотел остаться человеком.
И поэтому призывал свое призрачное сердце болеть и разрываться. Но как мало он мог предпринять в сравнении с его силой. Как мало! Как много запретов на него накладывал вечный узор свитков судеб. Неудачный эксперимент, наделенный силой, но не имеющий права ее использовать, чтобы не почернели линии мира. И только в свитки с пробелами он мог вмешиваться. Почему-то таким свитком оказался капитан Сварт.
– Нам не нужны проблемы. Мне точно, – ответил Сварт.
Он рассматривал след из смятой травы, тянущийся от пролегавшей неподалеку проселочной дороги. Не в такую уж чащу утащили тело. Сварт искал тракт и одновременно глядел на следы. Преступление чрезвычайно заинтересовало его, азарт загорался в черных глазах. Он, как рыщущий зверь, чуял, что не просто так наткнулся на труп. Да еще на труп с кошельком.
Как же хотелось прибить его, стукнув о ближайшее дерево! Сумеречный Эльф с трудом себя сдерживал и уже долгое время. Вся грязь мыслей пирата обрушивалась невероятной пустотой каждый миг.
«Мне тело мало, как одежды из детства… Я чувствую пустоту, как будто ей есть что сказать мне, но я не желаю слушать. Пустота будет всегда, пустота забирает лучшие мысли, верные слова», – устало подумал Сумеречный Эльф, успокаивая себя. Лицо его выражало бессилие, а в душу заползала тоска.
Правда, не только в его душе носился этот ядовитый ветер: Сварт старательно забывал об этой пустоте. Похожая, знакомая пустота убийцы. Слишком знакомая. И только за это Страж еще не кинул пирата спиной о ближайшее дерево, не сломал хребет, не дал утонуть. Мастер Вейяча знал, к кому посылать «ангела-вредителя», который в иных мирах уничтожал целые армии… Может, и правильно его опасались другие хранители.
Сварт уже скрылся за деревьями, сквозь которые провисал неверными нитями хрупкий свет. Сумеречный Эльф снова торопливо догонял спутника. Тот уже вышел на тракт и рассматривал, куда уходят концы дороги, но горизонт упирался в небо. Очевидно, остров оказался немаленький, а города лежали в другой местности. Сумеречный тоже вскоре выпрыгнул из кустов, пока Сварт задумчиво разминал шею. Надо же: ждал! Опасался остаться в полном одиночестве на неприветливой чужой земле. И, очевидно, уже рассмотрел выгоду их сотрудничества. Сумеречный Эльф, выставив победно вперед руку, прогорланил:
– Что ж, наш путь лежит на Ифритову Смерть! Для начала нам надо набрать новую команду! И найти корабль!
– Наш? – недовольно скривился Сварт с издевкой: – Ифритова Смерть? Почему ты думаешь, что я изменил свое решение? Убирайся!
Осмотрительно изучив дорожные колеи, он выбрал направление и пошел по тракту, считая, что скоро должен появиться город.
– Никуда я не уберусь. Я же тоже не изменил свое решение, – провоцировал Сумеречный Эльф, снова не поспевая за широкими шагами высоченного капитана: – Тебе нужна новая команда или нет?
«Мы посыпали хлеб землей. Однажды мы станем лишь травой. Только тела, души не в счет. Но я все иду, который уж год», – глаза Сумеречного Эльфа на миг затуманились. Он смотрел за горизонт, а слух его ласкала внезапная песня соловья. И над головой плыло в неподвижности гигантское небо. Мир кружился, но не вокруг него, он являлся только его малой частью, мир летел по-своему… Похоже, подступало собственное безумие, скребла когтями вторая личность, темная: за огромную силу назначается непомерная цена. И сила обращается проклятьем.
 
– Так карты твои, наверное, канули вместе со всем? – вдруг заинтересовался Сварт.
– Ошибаешься! – вернулся к реальности Эльф и заставил себя веселиться, действительно почти веселился, пританцовывая: – Они в надежном месте! Толстовка – это толстовка, а… Ценности – это ценности.
Эльф полез в свои кожаные штаны, торопливо вытащил два смятых листка, разумеется, не из карманов. Карты выглядели ужасно старыми, потрепанными. Но чернила не стерлись с измятых клочков пергамента.
– Не верю я, что эти сокровища существуют, – вдруг задумчиво и в какой-то мере печально отозвался Сварт, его извечный хищный взгляд потух.
– Но они существуют! – вскинул руки Эльф, чуть не танцуя вприсядку вокруг противного скептика.
– Хм… Если у нас будет корабль и команда. Что если… – ухмыльнулся Сварт, поглядел на собеседника, глаза его загорались новым жадным пламенем вечно ищущего чудовища.
– Отправиться в море и отомстить Маиму в настоящем? И не надо никакое прошлое менять. И ты сказал «у нас». Так что, я старпом?
– Нет! В смысле. Я этого не говорил. Пока что, – отвернулся Сварт, но продолжал ухмыляться.
В его голове засело желание перемотать время и уничтожить Маиму еще на том острове, где пират собирался прочно обосноваться. Он, конечно, отрицал реальность Алмаза Времени, но одновременно мечтал заполучить это бесценное сокровище. Уж с ним бы он стал воистину непобедим. Но возможность получить новый корабль манила его своей неиллюзорностью, в отличие от маршрута на старых морских картах.
– И не говори, – вздохнул Сумеречный и затараторил самозабвенно: – Маиму это Маиму, он еще ничего. А если ифриты? Дарар нас пришить может, ну, чисто со скуки. Но босс его еще похуже будет. Знаешь, Сварт, все-таки, ты только человек, очень крутой, но человек. У тебя где-то в предках затесался тип с «подарком асуров», который обладал даром сверхскорости. Но и всё.
– Я не признаю «подарков асуров». Это жульничество, – горделиво и надменно выпрямился пират. Будто он никогда и никого не обманывал.
– Поэтому не идем к Пиратским Островам. Там одни ифриты, – продолжал бормотать, как в угаре, собеседник: – Там Дарар. Да, Дарар.
Ифриты – те же джинны, но совершившие преступное кровопролитие. Их паровая магия искажалась вместе с душой, превращаясь в огненную, хаотическую. Впрочем, не всегда. Никто точно не знал, почему некоторые джинны становятся монстрами.
Так или иначе, аура и магия ифритов была способна только сеять хаос. Поэтому чаще всего они шли в пираты, скрываясь от правосудия. Южные Пиратские Острова делили между собой группировки ифритов. Но именно мимо них пролегал путь, обозначенный на старых картах. А у горе-путешественников пока не было ни корабля, ни даже жалкой лодчонки.
– Почему ты этого Дарара столько вспоминаешь? Знакомый? – раздраженно отозвался Сварт.
– Э… Как сказать… Тринадцать лет назад он другим каким-то был, поприятнее, чем сейчас. А тридцать пять лет назад он вообще был замечательный и маленький, – Эльф запнулся, одно воспоминание тринадцатилетней давности не давало ему покоя, одно невмешательство: – Ну, в общем, можно сказать, что знакомый. Как вы все. Короче, тебе он рад не будет. Да и наша задача – месть Маиму. Разве нет? Ты снова хочешь стать пиратом? Вести жизнь пирата?
– Я думаю, – небрежно бросил Сварт, бодрой рысцой поднимая клубы дорожного песка: – Не верю я в эти карты.
– Ну, клады Пустых Островов все ищут же, верят, – донесся голос отстающего Сумеречного Эльфа, глотавшего пыль.
– Вот именно! Я не верю всякому бреду и легендам, поэтому я никогда не искал клады. И не пытался искать. Даже не думал. К Пустым Островам шел, чтобы оторваться от погони. Так, куда теперь? – на миг засомневался в своих дедуктивных способностях Сварт, уже не прогоняя Сумеречного Эльфа.