Записки Старого Когитатора (СИ)

Споткнутся раз двадцать всем Орденом или ещё что. Дело Официо Асассинорум, веско оповестила меня Леди из Ордо Астартес.
В общем — ни варпа мне это не нравилось. Маринадам ОЧЕНЬ не помешает пример Имперского Правосудия, направленный на их астартячьи задницы. Может, косячить меньше будут! Но “нет”. И саботажничать я не буду, чтоб его.
Это ИХ дело, Ордо Астартес и местных. А я охерительно умный, но не настолько. Возможно — так лучше. Не факт, я не согласен, но пользуясь правами Инквизитора, не признавать таковые за коллегами — просто непорядочно. И преступно.
В общем — ладно. Тайная казнь, так тайная. Но в вопросе я начну разбираться. И мудрецов своих напрягу, и даже Корина: не самое точное гадание всё же лучше, чем гадание на кофейной гуще, хех.
А подняв себе настроение немудрящей шуткой (ну раз не про сожжение огнём невиновных, непричастных и всех, кто под руку подвернулся — то точно немудрящая, факт), я принялся готовиться и составлять планы на посещение не столько Терры (там конкретное дело, которое надо делать, а не готовиться), сколько к посещению Солнечной Системы. Третий раз на моей памяти, внепланово, но дела найдутся. И я их думал.
Конец записи.
  
9. Девятая запись
 
Запись осуществлена логисом Пардусом Целлером, гиперреалистом, аколитом Инквизитора, по указанию Терентия Алумуса, Лорда-Инквизитора.
Заверено дознавателем Кристиной Гольдшмидт.
Ко мне обратился господин Инквизитор, с распоряжением перевести часть вычислительных мощностей, а также установить ряд внешнего оборудования для фиксации наблюдаемого и моей реакции на это. Имел место вопрос и уточнение, не испытываю ли я желания отказаться от этого, на который я ответил отрицательно.
Обращение произошло в процессе личной беседы с Лордом-Инквизитором, на момент, когда личный корабль Терентия Алумуса, Мизерикордия Инквизитионис, легла на курс к Пресвятой Терре и пребывала в имматериуме.
В остальном же разговор затрагивал Инквизиторское Расследование, которым, по поручению Лорда-Инквизитора, занималась его свита. Причиной расследования стали небрежение, некомпетентность и саботаж ряда служащих Адептус Терра, повлекшая отсутствие в Секторе Империума надлежащих сил обороны. Моя роль в расследовании заключалось в нахождении виновных, что заключалось в обработке массива информации по замещающим должности. Империалис Лекс, в мудрости своей, не зрел разницы между занимающим должности и замещающих их. А также анализ докладных записок, прокламаций, приказов, указаний и прочих документов, определяющих круг виновных в потере Империумом Человечества Звёздного Сектора и его населения.
Сделав как устный, так и цифровой доклад Лорду-Инквизитору, я получил похвалу (сложно оценить, насколько обоснованную, но логика говорила, что определять это должен мой непосредственный руководитель, Терентий Алумус, а никак не я) и указание использовать ряд регистраторов и собственных способностей для протоколирования.
— Господин Терентий, часть моих вычислительных мощностей постоянно работают с протоколированием происходящего, могу предоставить вам полный отчёт с момента становления Инфопалачом, — уведомил я Лорда-Инквизитора.
— Это отрадно, но излишне, Целлер. Кроме того, твои протоколы, насколько мне известно, лишены эмоциональной и оценочной составляющей.
— Ваши знания истинны, господин Терентий.
— А мне нужно не только, и, признаюсь тебе, не столько протоколирование событий, а твоё восприятие и оценка, — пояснил Терентий.
— Принял. Благодарю за пояснение. Но, должен отметить, господин Инквизитор, что не имею… — начал было я.
— Нужных протоколов и механизмов? — уточнил Лорд-Инквизитор.
— Точно так.
— Именно поэтому тебе нужно будет носить этот медальон, — протянул мне украшение в виде имперского черепа на цепочке Терентий. — И сопрячься с этим сервочерепом, — указал он. — На время выполнения распоряжения он становится твоим. Довольно было бы и артефакта, — задумчиво продолжил я. — Мы с Кристиной его неплохо сделали. Но потоки информации, проходящие через тебя, Целлер, могут превысить его возможности. Вряд ли, но с посредником-сервочерепом выйдет надёжнее. Да, ношение медальона явно — необязательно.
 
— Принято, господин Инквизитор.
— Да, Целлер. На Терре ты будешь в моей непосредственной свите, как Кай и Агнесса. Не хотелось бы сжечь не того, так что перед вынесением приговора — проверка. На тебе, в том числе.
— По слову вашему, Терентий, — ответил я. — Единственное, имею вопрос…
— В музыкальной, завтра, в десять по-корабельному, — слегка улыбнулся Терентий, предвосхитив мой вопрос.
Дело в том, что Терентий был… выдающимся музыкантом. Орган под его руками пел голосом Бога-Машины, это не говоря о том, что он же был талантливейшим композитором: большая часть произведений, которые я слышал от него, были явно его авторства. И я, признаться, записывал, хотя не осмелился до сих пор передать данные собратьям. Точнее, не осмелился спросить дозволение Лорда-Инквизитора, если быть честным с самим собой.
А использование удивительного и, насколько мне известно — забытого, инструмента “скрипка” в руках дознавателя Кристины Гольдштейн делали каждый концерт пиром звука. Во славу Омниссии и Императора, конечно.
Помимо трёх концертов, заряжающих бодростью и рвением, мы, мудрецы свиты Инквизитора, в составе Кая Вермиллиона, дознавателя и ревизора, Корина Хеддвига, варповидца, и меня, логиса-гиперреалиста, занимались проверкой и перепроверкой данных на основании последних астропатических сводок. Агнесса, ассасин-Ванус, аколит, хоть и упоминалась Терентием, но на данном этапе проверок результатов расследования была не нужна. Её специализация была в получении информации и диверсиях, соответственно, нужды в её участии не было.
А мы с Каем проверяли достоверность, Корин же раскладывал карты Имперского Таро. Вероятность ошибки присутствует всегда, так что проверка гаданием не лишняя. И мы проверяли пути приказов служб, отделов, Ордосов и прочих организаций, соотносили их с должностными обязанностями чиновников.
Работа, нужно отметить, была отнюдь не формальная. При том, что Администратум, Департаменто Муниторум (последний, как служба, был именно ответственен за отсутствие войск, в отличие от Астра Милитарум, лишь не имевших приказ на расквартирование) и Имперский Флот были более чем компетентны как организации, внутренние постановления были чрезвычайно запутаны. Творилась натуральная варповщина, как частенько ругался господин Лорд-Инквизитор, прости меня Омниссия.
Но, за три недели перелёта мы были убеждены в том, что круг виновных определён, о чём было доложено Лорду-Инквизитору.
В течение трёх дней Мизерикордия Инквизитонис проходила через оборонительные линии защиты Колыбели Человечества. Но, наконец, выйдя на орбиту, мы столкнулись с непредвиденными трудностями.
Дело в том, что Кастелян Офиса Инквизиции, Штаб-Квартиры Ордена, отказал Лорду-Инквизитору в немедленном праве посещения полярной крепости. Не вообще, а, как он выразился (что слышали все аколиты, поскольку беседа происходила защищённой вокс-связью в совещательной каюте), после рассмотрения прошения на посещение.
— Игнис Сацер, учитывая ваши заслуги, рассмотрение советом безопасности Штаб-квартиры Ордена будет сколь можно скорейшим. Не более месяца…
— Глубокоуважаемый Кастелян Антоний, мне, при всём моём бесконечном к вам уважении, в варп не сдалось посещение этой Штаб-Квартиры, — абсолютно ровно, скорее благожелательно, озвучил Терентий и лишь лёгкое золотистое гало над головой и вокруг глаз выдавало его раздражение. — И ПРОСИТЬ ни вас, ни ваш совет я ни о чём не желаю. Меня привело на Терру расследование и наказание преступников, а посещение Штаб-Квартиры — не более чем символ вежливости. Нет так нет, закончу свои дела без посещения вашей кону… крепости, — подозреваю, намеренно оговорился Лорд-Инквизитор.