Проект Конкуренция (СИ)

После того, как все бойцы получили аналогичные сообщения, мы спустились на землю и продолжили поиски артефактов. Разумеется, теперь мы уже не делились на группы, а ходили всем взводом, чтобы в случае столкновения с монстрами уничтожать их с наименьшим риском. Поэтому пришлось потратить почти два часа, прежде чем мы нашли логова всех тварей, что уничтожили в этом месте. Однако результаты поисков показали, что мы делаем всё правильно — в волчьем логове я обнаружил двенадцать амулетов на ловкость, в первом логове скорподила нашлись семь кристаллов улучшения, а во втором — тридцать четыре амулета на выносливость.
В Новгород мы пришли только в половине седьмого вечера, хорошо пополнив запасы артефактов и заработав местных денег. Выйдя из зарослей, садового кольца, я воспользовался приближающим амулетом Бурана, чтобы осмотреть башни, в надежде увидеть свою любимую, однако там её обнаружить не удалось, что меня нисколько не огорчило, а даже напротив — обрадовало, так как это могло означать, что у Софи сейчас свободная смена.
Стоило нам приблизились к воротам крепости, как оттуда выбежали встречающие нас девушки, среди которых была и Софи. Она с радостным криком повисла на моей шее и наши уста надолго сомкнулись, а когда мы смогли оторваться друг от друга, чтобы вздохнуть, то она сказала по-русски:
— Данил, я тебя очень сильно люблю! — от этих слов, произнесённых с очаровательным прононсом, моё сердце переполнилось счастьем, и я в ответ обрушил на неё поток собственных признаний, однако вскоре сообразил, что девушка просто выучила одну фразу и не в состоянии понять всё то, что я ей говорю по-русски. Поэтому я взял её за руку и потянул в сторону башни с нашей комнатой, чтобы в деле показать свою страсть. Девушка мой порыв поддержала и мы едва ли не бегом направились в сторону своего маленького любовного гнёздышка. То, что у меня нет уха, девушка заметила сразу, как только я снял шлем, но это никак не повлияло на её отношение ко мне и вскоре мы погрузились в бурное море любви и наслаждения.
Через час, когда мы утолили первый голод, девушка заставила меня выбраться из вещмешка и одеться, после чего потянула к терминалу. Оказывается, она уже успела хорошо изучить предложение Системы и спланировать наши покупки исходя из суммы сорок энжей, которые, по её мнению, я был просто обязан заработать. У меня к этому моменту на счету было шестьдесят два энжа, поэтому мы довольно быстро приобрели всё запланированное. Сначала мне надо было лишь подтверждать покупки, которые выбирала моя ненаглядная, а потом пришлось всё таскать в комнату — основные траты пришлись на мебель, поэтому пришлось делать несколько рейсов. Затем я ещё пару часов провозился, собирая стол, шкаф и кровать, которую сразу же после сборки мы протестировали на предельных нагрузках, и надо сказать, она с честью выдержала это испытание.
Далее я решил ещё раз прогуляться с девушкой к терминалу — на счету ещё оставались деньги, и я хотел пробрести для неё более полезные подарки, чем тот домашний халатик и тапочки, что она выбрала три часа назад. Софи не стала возражать и, когда я сделал покупки, с интересом примерила приобретенные для неё кирасу и шлем. Причем кираса после улучшения до первого уровня смотрелась на девушке очень эффектно, красиво подчеркивая великолепную фигуру. Тут же я ей отдал по две штуки амулетов на ловкость, выносливость и экстремальное мышление, а также пару флаконов лечебных зелий, постаравшись донести до неё, что использовать их надо только в крайнем случае. Практически у всех гражданских, кто ещё не успел обагрить свои руки кровью врагов или монстров, на девятый-десятый день нейроимплант всё равно начал развертываться, поэтому она смогла ознакомиться с описанием этих артефактов. Ну а потом мы вновь приступили к испытанию кровати на прочность, которое пришлось довольно скоро прекратить, потому что к нам в стену постучал Буран, проживающий в соседней комнате, и с помощью популярных русских выражений объяснил, что мы тут не одни живем (у него, кстати, поначалу было довольно шумно, но он со своей пассией кончил раньше и сразу стал стучать в стену).
 
Утром нам вставать пришлось довольно рано — Софи к восьми часам нужно было заступать на дежурство, поэтому я вместе с ней вышел из башни, а потом ещё минут пятнадцать наблюдал за утренним разводом.
— Ну Прыгун, ну вы даёте! — сзади ко мне подошел хмурый Буран и, вместо того чтобы радостно поздороваться, принялся распекать меня, — Вас надо из крепости отселить куда-нибудь подальше, уж больно долго и громко вы там долбитесь!
— Ну так, товарищ командир, дело молодое, да и соскучились за два дня!
— За два дня говоришь, — как-то грустно усмехнувшись, произнес он и после небольшой паузы продолжил, — А теперь ещё дней десять её не увидишь.
— Это как? — удивленно спросил я.
— А вот так! — передразнил меня командир и перешел на серьёзный тон, — Приказ я вчера получил — выдвигаемся в восточные горы. Помнишь, мы гномов допрашивали?
— Было дело, — согласился я, — Но что они вам напели, мне не известно.
— Ну тебе и не положено было тогда всё знать, — ответил на мою реплику Буран и продолжил, — Там, выше по течению, две гномьих крепости — одна на этой же реке, другая в десяти километрах севернее на крупном притоке. И если бы они сразу собрали свои силы в кулак, они эту реку на сотню километров вниз без проблем бы прошли, утопив здесь всех в крови. Всё-таки бойцы они хорошие и дисциплинированные, да ты и сам видел, как они без особых проблем бразильцев разделали. Мы их только хитростью и смогли победить. Так что, повторюсь, если бы они организовались и ударили, нам бы было очень кисло. Но есть у них одна проблема, можно сказать болезнь — не могут гномы устоять перед золотым тельцом. И когда они в первый же день обнаружили, что в русле реки есть крупицы золота, то основная масса вместо того, чтобы воевать, рванула в горы, чтобы найти и застолбить месторождения, а там ещё и рубины с изумрудами нашлись, поэтому крепости у них стоят полупустые — есть там всё же те, кто осознаёт реальность и готовы сражаться. Но даже в этой ситуации нам нападать на крепости слишком рискованно, а вот направить рейдовый отряд, чтобы уничтожить мелкие группы противника, занимающегося золотодобычей, начальство посчитало вполне перспективным делом. А заодно обследуем территорию и по возможности разживемся артефактами. Так что сегодня мы выдвигаемся на восток, чтобы обойти гномью крепость и приступить к диверсионной работе в их глубоком тылу.
Осознав смысл сказанного, я про себя трёх этажно выругался, а вслух с горечью произнес:
— Ну хоть бы сказал вчера, командир! У меня вчера после всех покупок восемь энжей осталось и теперь они на имплант ушли, а так купил бы что-нибудь нужное.
— Так у тебя вроде всё есть, — ответил Буран, — А зелья нам начальство выделило.
— Ну можно, я хоть пойду со своей попрощаюсь?
— Иди, — согласился командир, — Через полчаса построение и выходим.
Я после этих слов развернулся и направился к башне, где расположилось отделение моей любимой. Поднявшись на крышу, я застал там нескольких парней и Софи с Ириной, через которую донес до моей девушки столь неприятную информацию. Софи, услышав о моем походе, повисла у меня на шее и разрыдалась, в результате мне пришлось долго её утешать, так что из башни я вышел как раз перед самым построением.
Здесь оказалось, что в наш взвод добавили ещё одно отделение, собранное из лучших бойцов разведроты под командованием сержанта Закира (как тот пояснил, это у него одновременно и имя, и позывной). Затем Буран коротко довел ту информацию, с которой он ознакомил меня ранее, и мы выдвинулись в восточном направлении. Пройдя через садовое кольцо, взвод остановился на границе с лесом, чтобы запастись в дорогу фруктами (хотя плодовые деревья встречались и в обычном лесу, здесь выбор был больше, да и надежнее). Здесь же Буран подозвал меня и командиров отделений, чтобы объяснить тактические схемы, а затем в течении часа мы уже всем взводом на практике отрабатывали взаимодействие.