Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать (СИ)
Старичок подозрительно глянул на меня из-под кустистых бровей, но пузырек взял и быстро спрятал в карман.
– Благодарю. Так и быть, изучайте вашу рунологию сколько хотите. Не буду вам мешать.
Я еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Но подумала и достала из сумки порошочек.
– Спасибо. Вот это нужно принять вместе с зельем. – И строго добавила: – Обязательно! И вы еще не раз будете вспоминать качество рунологии, изученной при помощи этого снадобья.
От моего элексира дедка и правда ждет незабываемая ночь. Да-да, целая ночь. Все восемь, а то и десять часов нескончаемой боевой готовности. А порошочек… ну так я же его проучить хочу, а не убить. Пусть параллельно поддержит сердечко. А в следующий раз будет не таким предвзятым и подумает, какие и кому делать намеки.
– Он хоть выживет? – оглядываясь на внезапно засуетившегося коменданта, спросила Кэсси, когда мы начали подниматься по ступеням.
– Обязательно.
– Тогда в этом общежитии в ближайшие несколько недель лучше не показываться…
И, оглядываясь на предвкушающе приглаживавшего волосы коменданта, я была с подругой полностью согласна.
Внезапно позади раздался цокот когтей по камням, и к нам подбежал радостно вываливший язык Бруно.
– Красавчик! Ты все-таки удрал от своего хозяина? – я почесала его за подставленным ухом. – Тогда пошли с нами.
Отчего-то его присутствие успокаивало. Даже настроение поднялось. Все-таки Бруно – отличный собакен, хоть и демонический.
На чердак мы поднялись очень быстро. Повезло еще, что никто не попался по дороге, а то бы не обошлось без лишних вопросов и ненужной болтовни.
Дверь оказалась незапертой. Только при открывании душераздирающе скрипнула, настраивая нас на соответствующий лад. Внутри оказалось на удивление светло, но пыльно и паутинно. По углам стояли несколько старых кроватей и шкафов, зато прямо посередине возвышался монументальный стол. Когда мы подошли ближе, то увидели, что он полностью изъеден жучками и все еще стоит, похоже, только благодаря чуду. Бруно тут же начал его обнюхивать, и я поспешила оттащить собакена подальше – не хотелось, чтобы от его прикосновения стол превратился в труху, а привидение на нас за это обиделось и не захотело разговаривать.
– Что-то никого не видно. – Кэсси с интересом оглядывала чердак, похожий на нашу комнату до ремонта, и, аккуратно ступая по скрипучему полу, подошла к одному из шкафов. – По-моему, ему лет триста, не меньше. Сейчас такими украшательствами не занимаются. – Она провела пальцем по запылившейся резной дверце.
– О-да-а-а, – протянуло внезапно показавшаяся прямо из дверцы полупрозрачная голова привидения. Кассандра резко отшатнулась и прижала к груди книгу, то ли защищаясь ею, то ли, наоборот, защищая свое сокровище. – Этому шкафу бо-о-ольше. Можете мне пове-е-ерить. Это жемчу-у-ужина моей коллекции!
– А что вы коллекционируете? – спросила я и ухватила подругу под локоть, чтобы поддержать.
– Ве-е-ещи. Все ве-е-ещи, которые напоминают мне о про-о-ошлой жи-и-изни.
– А кем вы были, если не секрет? – заинтересовалась я.
– Когда-то я основал этот замок. – Привидение выскользнуло из шкафа и расплылось в его тени полупрозрачной призрачной субстанцией. – Но за столько столе-е-етий в новом ка-а-ачестве я стал многое забывать. И это как ничто другое омрачает мое существова-а-ание, – в голосе привидения послышалась неподдельная скорбь. – А ведь я, когда все забуду, оконча-а-ательно развоплощу-у-усь. Вот и собира-а-аю старинные вещи, которые еще сохранились в замке. Этот шкаф стоял в спальне моей жены-ы-ы, – скорбно завывало оно. – Я помню, как она подходи-и-ила к нему и открывала эти резные дверцы, а вот саму ее уже не по-о-омню. Только размытый образ.
Мне стало жаль этого забывающего себя призрака. В чем смысл такого существования? И почему он до сих пор не ушел за грань? Этот вопрос я ему и задала.
– Не зна-а-ю. Но почему-то не могу покинуть этот замок. При жизни я был очень к нему привя-я-язан, и оказалось, что после смерти не могу просто так уйти-и-и. О-о-ой! – привидение увидело тихо подкравшегося к нему Бруно и снова почти спряталось за дверцей шкафа. – Демонический пес?! Откуда здесь это создание?
Я снова придержала собакена и шикнула на него. Очень захотелось предложить призраку помощь в окончательном развоплощении – так печально звучали его признания, – но я вовремя вспомнила лекцию о привидениях. Нам тогда преподавательница усиленно вдалбливала, что как бы сильно привидение ни жаловалось на свое посмертие, предлагать ему помощь в развоплощении ни в коем случае нельзя, если мы, конечно, не хотим раньше времени настроить эту сущность против себя. Предложить подобное в открытую можно, только если оно само попросит. Несколько раз.
Подтверждая мои мысли, тон призрака изменился, и он заинтересованно спросил:
– Ну так что? Вы принесли мне что-нибудь на прода-а-ажу?
– Слона! – выпалила я в надежде, что сейчас тайна проклятия раскроется.
– Слона? – неподдельно удивился призрак, заставляя меня в волнении кусать губы. – Слона-а-а… – Он снова выплыл из шкафа и, стараясь держаться в тени, поплыл облачком по чердаку. – Слона-а-а… Что-то такое приомина-а-аю. Да! – Он снова метнулся к нам, даря мне надежду. – Я помню! Меня попросили… купить слона… да… Но зачем?.. И кто просил?..
Призрак растерянно летал вокруг нас и задумчиво подвывал что-то неразборчивое.
– Как так-то?! – Неужели это привидение все забыло, и проклятие теперь не снять?! – Вот же: «Продай слона за третьей книгой справа от заката, когда последний луч коснется Тлена»! – зачитала я выученный наизусть и застрявший навсегда в мозгах текст проклятия.
Несколько долгих секунд призрак молчал и только нервно подергивался.
– А-а-а! Точно! Она меня попроси-и-ила. Да-а-а… Несчастное дитя-я-я… – снова скорбно завыл он.
– И?! – не выдержала я.
– Она сказала, что мне предоставят письменное подтверждение про-о-осьбы, – его тон стал подозрительным.
– Вот! – я протянула ладонь с пульсирующим болью проклятием.
Оно словно ощущало, что я на верном пути, и подталкивало вперед, все больше обжигая руку.
– Действии-и-ительно… – подлетев поближе, призрак изучил мою ладонь. – Тогда нам пора-а-а! – и полетел сквозь дверь прочь с чердака.
– Стой! – переглянувшись, одновременно воскликнули мы с Кэсси и бросились за ним следом, Бруно не отставал.
Облачко призрака уже отсвечивало где-то за поворотом лестницы, и на расспросы времени не осталось. Несколько встреченных адептов посмотрели на нас округлившимися глазами, комендант даже попытался что-то спросить, но мы были слишком сосредоточены на том, чтобы не потерять призрака из виду. Так и бежали, пока он не затормозил перед массивными дверями библиотеки. Там он заметался и внезапно провыл:
– Забы-ы-ыл! Забыл предупредить! Там опа-а-асно…
Глава 26. За третьей книгой справа от заката
– Что?! Что там опасного? – пытаясь отдышаться, спросила Кэсси.
Я стояла рядом и тоже ловила ртом воздух, жалея, что под рукой нет любимой метелки – с ней бы этот забег был гораздо комфортнее.
– Забы-ы-ыл… Снова забы-ы-ыл… – завыл призрак. – Но нельзя, чтобы нас видели. Только тогда все полу-у-учится.
– Но там же библиотекарь. Мимо него не пройдешь, – нахмурилась я.
– Он же демон, который охраняет книги, – задумчиво произнесла Кэсси. – Если на этом сыграть, то вполне можно пройти незамеченными.
– Это как?
Подруга тяжело вздохнула и с болью посмотрела на книгу в своих руках.
– Придется мне его отвлечь. Только ради тебя, Тиль. – Она раскрыла книгу и, зажмурившись, надорвала титульную страницу. – Теперь он как минимум на полчаса будет занят моим уничижением. Постарайтесь успеть. – Шагнула к двери и обернулась: – Матильда, удачи тебе.
– И тебе, – благодарно улыбнулась я ей.
Спустя несколько минут я приоткрыла дверь и услышала откуда-то из глубины библиотеки яростные крики господина Зурба. Проскользнув внутрь вместе с призраком, который без помощи не мог преодолеть зачарованные двери, мы с Бруно начала красться за ним куда-то вдоль бесконечных стеллажей. Так мы прошли почти до самого конца огромного зала.