Дурная кровь (СИ)
Тихо выругавшись сквозь зубы, откликнулась:
- Обязательно было так пугать?
Если я надеялась, что в псе проснется совесть, то зря. Мое выползание наружу сопровождалось привычно издевательскими комментариями:
- Да как будто тебя нужно специально пугать. Сама на мышь похожа, да и характер точь-в-точь мышиный.
Комплимент вышел просто дивный... Но я даже не попыталась обидеться. В конце концов, это же Кройц. Что еще от него ждать?
- Ну и что ты там откопала? - тут же заинтересовался моей находкой парень, усаживаясь рядом со мной на пол.
После пары секунд раздумий я вложила в руки Кройца тетрадь.
- Это... - он взглянул на обложку. После открыл и зашуршал пожелтевшими, и на вид очень хрупкими, страницами. - Я бы сказал, что это дневник. Тут проставлены даты... А после них идет какой-то текст. И на обложке написано «Франсуа Дюпон». Поздравляю. Похоже, ты умудрилась обнаружить под собственной кроватью дневник основателя вашего рода. Понятия не имею, правда, как он там оказался.
А вот я догадывалась...
- Кажется... Кажется, мама спрятала этот дневник. Он был прилеплен к кровати скотчем. А раньше это была именно ее спальня.
После этого интерес к дневнику у парня только возрос.
- Почему Анаис явно не хотела, чтоб другие Дюпоны увидели записи предка? - задумчиво произнес Кройц, проводя по страницам с каким-то благоговением. - Но почему она не забрала дневник с собой?
Хороший вопрос.
- Ну, может быть потому, что планировала вернуться. Или после того, как она прочла дневник, он перестал быть ей интересен... - предположила я. Хотя гадать о мотивах моей матери себе дороже, уж это я успела хорошо понять. Анаис Дюпон мыслила не как обычные — или все-таки нормальные? – люди... - Почему только в школе я учила испанский, а не французский?!
Не хотелось вот так сразу отдавать дневник Франсуа Дюпона моим родственникам... А если им придет в голову просто забрать эти записи и ничего мне не рассказать?
- Что она вообще могла узнать из прошлого основателя рода? - озадаченно произнес пес, хмурясь. - Я читал про Франсуа Дюпона. Он был омерзительно правильным... Что такого он мог написать в своем дневнике?
Ну... Наверняка что-то такое было в этих записях, если уж мама решила их спрятать.
- Как будем читать? - заговорщицки спросил меня Кройц.
Мы?
Я недоверчиво хмыкнула. С чего бы мне было читать что-то с псом?
- Не надо на меня так смотреть. В отличие от тебя я хотя бы немного знаю французский, так что со словарем смогу продраться через жизнеописание Франсуа Дюпона. А у тебя с языком твоих предков вообще никак.
Ну... Да. Резонно.
- К черту домашку, Дюпон, у нас есть кое-что куда более интересное.
Сонливость тут же как рукой сняло. Правда, после пары прочитанных с грехом пополам страниц, она вернулась. Предок очень последовательно и старательно писал о каждой мелочи, которая происходила с ним. О своих сделках. О путешествиях. О других колдунах, живших в Марселе. И меня никак не оставляло чувство, что я читаю просто бухгалтерскую отчетность или какие-то объяснительные.
«Поехал туда-то, купил то-то, говорил с тем-то...»
Единственным проблеском света в тьме каждодневной рутины были строки о младшем брате Франсуа.
- Издевательство какое-то... - проворчал пес, откладывая в сторону дневник. - Такое ощущение, будто он издевается над нами...
- Давай спать, - предложила я, измученно вздохнув. - У меня уже сил никаких нет.
Пес посмотрел на дневник так, будто хотел его сжечь. На всякий случай я забрала тетрадку. Мало ли.
- Но зачем-то же мама его спрятала... Если верить рассказам моей родни, она редко что-то делала без причины.
- Значит, будем читать дальше... - обреченно произнес Кройц.
Был, разумеется, еще один путь, куда более простой. И я его тут же озвучила:
- Можно отнести записи к той же тете Жаннет. Уж она-то по-французски точно читает быстро. И без словаря.
Да и другие мои родственники наверняка могли бы помочь.
- А есть гарантии, что они просто не приберут к рукам семейную реликвию? - насмешливо поинтересовался у меня парень, лениво потягиваясь. - К тому же эту вещь последней держала Анаис. Кто знает, какие коварные планы придут тебе в голову, если ты пойдешь по ее следам?
Я подскочила на ноги.
- Что за чушь?
- Чушь, - легко согласился со мной Кройц. - Но ты готова поклясться, что именно так не подумают твои родственнички?
Подумав пару секунд, я поняла, что клясться в этом точно не готова. Могли и подумать. И попытаться уберечь меня от тлетворного влияния моей матери.
- Ладно, пусть будет словарь... - в итоге согласилась с псом я. - Пока ничего не станем им рассказывать. Но тетрадь толстая... Ты готов еще черт знает сколько дней читать про то, сколько чего он продал и сколько зелий сварил?
От последних моих слов парень изрядно позеленел, но уже через пару секунд его лицо посветлело.
- В каком году первый Дюпон приехал в Луизиану?
Вот так вот сходу назвать дату я не смогла... Но, покопавшись в памяти, все-таки назвала правильный ответ:
- 1714 год.
А мы читали записи за 1710 год, когда родители уже умерли, но Франсуа не поддавался унынию, потому что жив был младший брат.
Кройц торжествующе усмехнулся.
- Вот с него и начнем...
Я растеряно уставилась на него.
- Почему?
Пес рассмеялся в голос.
- Дюпон... Мы же читали его дневник. Этот тип жил своей маленькой жизнью и полностью был всем доволен. Такой человек не стал бы бросать все и уезжать в неизвестность. Его и так все устраивало.
С одной стороны звучало правдоподобно... С другой...
- У него умерла вся семья! Неудивительно, что он захотел уехать. Так проще забыться...
На меня посмотрели снисходительно, как на маленькую девочку, ляпнувшую при взрослых очередную глупость.