В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

– Давай, док, жги, – дала ему отмашку и приготовилась внимать голосу его разума.
Мозгоправ все-таки, а с ними не шутят. Папочка мне еще в подростковом возрасте психотерапевта прописал, но просчитался. Маркус Дигри оказался тем единственным, с кем я могла поговорить, посмеяться и даже немного пожаловаться. Временами мне казалось, что он мое окно во внешний мир.
Но порой док чудил…
– Милая моя, а что это у вас в руке? М-м-м? Ага, я вижу, вы плотно подсели на пилюли. Они вредны! Выкиньте! Там столько побочных эффектов…
От его рыка баночка выпала из моей ладони. От удара о поверхность стола крышка открылась.
– Не слушайте его, мои маленькие. – Я по одной собрала в баночку рассыпавшиеся таблетки. – Этот большой дядя не хотел вас обижать.
Док захохотал и вытер проступившие слезы:
– Лидия, вы неисправимы. Я не знаю никого, кто так бодро и с юмором загонял бы себя в кремационную камеру.
Его слова напомнили мне об «Ойконе». Вновь впав в уныние, шумно выдохнула и покосилась в голоокно.
– Да, доктор Дигри, вот если коротко о смерти, то спешу сообщить вам, что я улетаю в систему Цефея. Сколько меня не будет, даже предположить не могу, так что…
– Да-да, – важно закивал он, – собственно, поэтому я и звоню. Не поверите, я купил билет на этот же корабль!
– Что? – У меня дернулся глаз. – Какой корабль, док, да я сама не знаю, как туда доберусь! Жаль, пешком нельзя и такси не подвезет. Так что увы, но билеты на Ойкон не продаются. И вообще, вы что удумали?
За моей спиной раздался грохот.
«Двадцать ноль-ноль, – подсказал мозг, – экспресс Венера – Земля, вечерний рейс».
Обернувшись, я успела поймать взглядом последние, сверкающие розовой неоновой подсветкой вагоны.
– Лидия, повернитесь ко мне. – Моргнув, я перевела взгляд на голоокно. – Вы знаете, у меня есть уши в вашей компании, и слушок, что сегодня принесла птичка в клювике, мне не понравился от слова «совсем». Я правильно понимаю, вас обвиняют в ситуации с «Ойконом-13» и требуют немедленно принять меры?
– Это знаем лишь отец и я, откуда там птичке взяться? Доктор Дигри, что за слух?
– Нет, ваш папенька, чтобы ему от кишечных колик загнуться, уже взял ваше отправление в свои руки. И я не думаю, что вам подойдет тот способ, которым он собрался перекинуть вас на эту, по-видимому, мертвую станцию. Поэтому у меня несколько иной план.
– Да какая разница как…
– Большая, Лидия, но это вы предоставьте мне, а сейчас просто расскажите, что стряслось.
– Я не понимаю, что могло случиться на «Ойконе-13». – Поджав губы, я медленно моргнула. Зрение меня подводило, перед глазами все начинало двоиться. – Я весь вечер сижу и всматриваюсь в чертежи… Разбираю каждую подстанцию, каждую систему на составляющие. Нет ошибок в конструкции. Их просто нет, док, ни одной. Все идеально, все выверено. Но они безмолвствуют. Система связи в норме, а от них ни звука. Только гудение главного котла отопления. И все!
– А с чего, мой гениальный друг, вы взяли, что причина молчания экспедиции – ошибка в вашей конструкции? Что заставило вас прийти к такой нелепой мысли?
Я замерла и, склонив голову к плечу, уставилась на дока. В его карих добрых глазах я видела смех.
А ведь действительно, что, если причина исчезновения сигнала со станции вовсе не там, где я ищу?!
– Лидия, мир несколько сложнее, чем вам видится. Там могло случиться все, что угодно. И возможно, сигнала нет…
– Потому что его никто не посылает? Они мертвы, все так говорят.
– Да, – кивнул док.
– Я продумала все возможные ситуации: пожар, холод, поломка той или иной системы жизнеобеспечения…
– Всегда есть человеческий фактор, и его вы формулами не просчитаете.
Подняв баночку с лекарством, я покрутила ее в руках. Повисло молчание. За окном медленно проплыл торговый онлайн-супермаркет, на его баннерах ярко высвечивалась реклама товаров на каждый день.
– Вы нашли корабль, Лидия?
– Нет…
– Дайте угадаю: не понимаете, как его нанимать и где вообще обитают вольные корабли?
– На Марсе и на орбите Нептуна. – Я оторвала взгляд от красочных картинок.
 
Огромный дирижабль медленно приземлялся на стоянку нашего здания на двухсотом этаже.
– Лидия…
– Да, Маркус, я знаю, где есть корабли, но их нанимают при личной беседе. – Поморщившись, обхватила виски пальцами. Боль не утихала.
– Слишком много мыслей. – Голос моего собеседника стал тише.
– Двое суток не спала, – простонала я, – закрываю глаза и вижу эту проклятую схему «Ойкона». Не отпускает. Эти линии… они везде.
– Вас не отпускает совесть. Просто поймите, что тут нет вашей вины, и все сразу исчезнет.
– Целая экспедиция, док. И полная неясность. Они должны были вернуться десять дней назад. Корабль вылетел, но всего один. Один из десяти – и тот пропал. Сигнал исчез. Он не покинул систему Цефея. От людей ни звука. Еще и кот!
– О да, – Маркус хмуро усмехнулся, – в СМИ поднялась настоящая шумиха.
– Вам не кажется странным, что за одно животное переживают больше, чем за сотню человек?! – Открыв крышку, я все же приняла лекарство, несмотря на недовольный взгляд личного психотерапевта.
Потянувшись, мужчина взял со своего стола кружку с дымящимся ароматным напитком.
– Меня удивляет, Лидия, что вас это удивляет. Котики давно правят этой системой. А у нас пропал лучший из пушистого рода.
Я лишь тяжело вздохнула.
– Да, жизнь сложна, – продолжил док. – Это вам не чертеж планетной станции. Но как бы там ни было, я приеду к вам завтра, и мы отправимся на Нептун искать подходящий корабль. Вместе! Раз появился такой шанс вырвать вас из этого мерзкого окружения, то чего тут думать!
У меня возникли смутные подозрения:
– Вас заставил отец?
– О нет, – рассмеялся он, – боюсь, от него нам стоит ждать чего-то иного. Вы моя любимая пациентка, куда я без вас?
– Док, вы с ума сошли?
– Лидия, сколько лет мы знакомы?
– У вас еще не было практики, и, помнится, вы подрабатывали у нас фельдшером…
– Да, вечность. – Он потер щетину. – Вы для меня уже как родная, считай, что сестра. Столько лет бесед, ночных посиделок перед экраном…
– Да, – я улыбнулась, – нам осталось только перейти на «ты» и распить по молочному коктейлю.
Отключив трехмерный голоэкран на столе, я опустила спинку кресла и откинулась на нее. Перед глазами все так же расползались сетью линии коммуникаций проклятой станции.
Выходит, завтра мне предстоит лететь нанимать корабль.
Я не представляла, как это вообще осуществить. Никогда не покидала здания «Илистрон Корпорейшн». Парковки, зеленые аллеи и терраса трехсотого этажа не в счет. Все мое существование ограничивали эти стены. Собственные апартаменты в три комнаты. Кабинет здесь же. Ресторан двумя этажами ниже. Личный лифт, ведущий туда, и столик у окна, за которым я завтракала еще ребенком.
Все остальное – онлайн-магазины с доставкой через консьержа.
Иногда мне приходилось посещать кабинет отца и нудные, чрезмерно людные совещания, после которых я восстанавливалась не один день.
Круг общения тоже столь узок, что я могла пересчитать по пальцам всех, кого знала по имени.
И доктор Маркус Дигри был номером один.
Меня пробило ознобом. Нептун. Почему не Марс? Это ведь ближайшая от родной Земли планета.
Ну чего лететь к черту на рога на край системы?
Поморщилась. Ответ я знала, так что можно уж себе не врать. Потому что только там среди вольных найдется команда, что за хорошие деньги полетит куда скажут, не задавая вопросов.
Но в этом и заключался весь ужас. Я, чистокровная натуральная землянка, в глаза не видела тот генно-модифицированный сброд, напичканный киберимплантатами, что обитает там. Несколько лет назад на Нептуне вспыхнуло восстание, переросшее в гражданскую войну. Кто победил, кто проиграл – до сих пор неясно. Конфликт просто сошел на нет. Тысячи смертей, столько же покалеченных жизней. Повстанцы до сих пор наводили ужас на жителей благополучных планет.