Невеста из знатного рода (СИ)

— Доброе утро, господин наставник, — окликнула я, подходя к беседке, и Хесо, стоящий спиной мне, обернулся. Сегодня он был все еще одет в свое довольно таки сложное и церемонное ханьфу. Может, снова собирается навестить родителей? Ну или тут действительно такая мода.
— Доброе утро, проспавшая ученица, — дракон приглашающе указал на стол, заставленный тарелочками и мисочками. — Садись завтракать.
— Я вчера поздно легла! — возмутилась я. Ему бы не знать… Дракон только хмыкнул. Ладно, посмотрим, чем тут кормят?
Драконы предпочитали на завтрак поджаренные булочки, фрукты и кашу. Возле моей тарелки обнаружилась исходящая паром чашка с кофе, и я тут же сделала глоток. Как же здорово!! Ну почему нам нужно уезжать…
Дракон сел напротив меня и принялся намазывать булочку маслом. А я думала, он уже позавтракал… Выглядел он довольно благодушно и расслаблено, и я вдруг вспомнила, что собиралась попросить у него чешуйку на память. Хесо в хорошем настроении, почему бы не спросить об этом сейчас?
Я уже было раскрыла рот, но, помедлив миг, тут же закрыла: мне вдруг подумалось, что чешуйка — это как ногти или волосы. Как бы я отреагировала, если бы кто-то попросил меня настричь в подарок пакетик ногтей? А волосы еще хуже…В Эггерионе прядь волос дарили возлюбленным в знак сильных чувств.
Ужас… что бы Хесо обо мне подумал! — я невольно почувствовала, что краснею. — Хорошо, что я не успела ничего спросить.
— Отправимся после завтрака, — прервал мои мысли дракон, и я тут же встрепенулась:
— Так быстро? Зачем?
Действительно, мы же никуда не спешим… Можно полететь после обеда, или, скажем, вечером. Или завтра.
— Быстрее улетим — быстрее вернемся, — безаппеляционно заявил дракон, и я вздохнула.
— Ладно, — проворчала я, откусывая булочку. Она была хрустящей, горячей и упоительно вкусной. — Мудрость наставника превыше гор, полетим после завтрака.
— Посажу строчки писать за неуважение к наставнику, — погрозил мне Хесо, делая строгий вид, и я делано округлила глаза, притворяясь, что испугалась.
— Только не строчки, умоляю о прощении! О великий наставник, пощади свою скромную ученицу! — тоненьким голосом пропищала я, изображая полнейший ужас.
Хесо, улыбнувшись, принял чванливый вид и уже собрался изречь какую-нибудь мудрость, достойную великого наставника, как вдруг сбоку донеслось напряженное:
— Брат?
Хе Ин… Она стояла у входа в беседку, и ее пальцы добела сжали ткань платья.
— Хе Ин, — Хесо, все еще улыбаясь, сделал приглашающий жест в сторону столика. Девушка не стала отказываться и, взяв подушку из сложенной в углу стопки, устроилась за столом.
— Это правда? Ты уезжаешь? Ты же только что вернулся! — ее взгляд перебегал с меня на дракона. Я мгновенно ощутила, как приподнятое настроение, витавшее тут всего минуту назад, словно улетучивается в широкие окна. — И ты принял …Мэй… в ученицы?
Назвать меня по имени, а не «ее», явно стоило Хе Ин трудов, но при брате она не решилась открыто грубить.
— Да, — спокойно отозвался Хесо, — я думаю, мы там не задержимся.
Хе Ин это немного успокоило. В ее серых глазах, слегка приподнятых к вискам и так похожих на глаза Хесо, было написано, что она предпочла бы, чтобы Хесо вернулся поскорее, а меня забыл по дороге, но она благоразумно молчала. Интересно, чем же я все-таки так ей не нравлюсь?
Тут к беседке подбежал один из слуг с запиской для Хесо, и он, извинившись, удалился, пояснив, что он ненадолго. Хе Ин мрачно уставилась на стол, не делая попытки заговорить.
— Хе Ин, — я решила немного успокоить ее. — Не стоит так переживать. Я не… — я замялась. Я не претендую на Хесо? Я не собираюсь его обольщать? — Мы уедем всего на пару дней.
Договорив, я сразу поняла, что лучше было молчать: пальцы Хе Ин судорожно сжались, и тонкая фарфоровая чашечка, которую она держала, разлетелась вдребезги, окатив ее брызгами чая.
— Я не переживаю, — сквозь зубы процедила она, с ненавистью глядя на меня. — Я просто в бешенстве!
— Почему? — спокойно отозвалась я, смотря прямо на нее. Может, скажет наконец?
 
— Потому что ты испортишь моему брату жизнь! Из-за тебя он может потерять все! У тебя это на лбу написано! — потеряв самообладание, Хе Ин вскочила на ноги. Я тоже поднялась под ее гневным и одновременно беспомощным взглядом — и именно эта беспомощность выбила меня из колеи.
— Хе Ин! — донесся до нас резкий оклик. Хесо быстро шагал к нам, и его одеяние развевалось на ветру. Хе Ин, уже было открывшая рот для гневной тирады, вдруг всхлипнула и, подобрав юбки, понеслась прочь, не разбирая дороги. Я проводила взглядом ее удаляющуюся спину, а затем — закачавшиеся кусты, в которые она вломилась.
Да уж, может, вернуться в столицу — не такая уж плохая идея.
— Почему она так считает? — спросила я подошедшего дракона. Повторять не было необходимости — вне сомнения, с его острым слухом он все расслышал.
По лицу дракона пробежала легкая тень, но он, помолчав, успокаивающе произнес:
— Не бери в голову, она всегда… отличалась излишней фантазией. Пойдем лучше собираться, пора вылетать.
По лужайке перед домом уже сновали слуги, подтаскивая в центр огромные сундуки и увязывая их толстой веревкой, больше напоминавшей корабельный канат. Я, решив отложить вопросы на потом, молча кивнула и пошла в свою комнату, собираться.
Собственно, собирать мне было нечего, поэтому я просто соорудила на голове пучок — если я полечу верхом на драконе с полураспущенными волосами, то потом их уже не расчешу. Через пятнадцать минут я уже стояла на лужайке, ожидая Хесо.
Он появился из сада с той стороны, куда унеслась Хе Ин — вероятно, ходил ее успокоить. А может, заодно попрощался с родителями — поместье семьи Хе было в той стороне. Провожать нас никто не пришел.
— Готова? — спросил дракон, подходя ко мне. Слуги, закончившие увязывать вещи, выстроились в ряд возле стены дома и преданно глазели на своего господина.
Я не была готовой ни к чему — наоборот, я ощущала себя как щепка, которую несет куда-то бурный водоворот событий, не спрашивая разрешения, но, тем не менее, улыбнулась:
— Да.
Хесо кивнул — и через миг на том месте, где только что стоял мужчина, оказался огромный серебристый дракон. Слуги, привычные к такому, подбежали ко мне с приставной лесенкой — а прошлые два раза, когда я летала на драконе, обошлись без нее. Я забралась дракону на спину, и он тут же легко взмыл вверх прямо с места. Сделав круг над лужайкой, он подцепил огромным когтем увязанные веревкой сундуки и принялся набирать высоту. Я еще успела заметить переломившихся в прощальном поклоне слуг, мелькнувшую беседку — и мы поднялись высоко в голубое небо. До встречи, драконья долина!
10
В прошлый раз мы с Хесо летели ночью, когда земля была скрыта ночной мглой. Теперь же был ясный день, и я с удовольствием разглядывала горы, долины, и затем — городки и деревни, проплывающие под нами.
Затем мне это наскучило, и я пожалела, что не взяла с собой книгу, чтобы скоротать дорогу. Осознав это, я невольно фыркнула. Да, если бы полгода назад кто-то сказал мне, что я так привыкну к полетам на настоящем живом драконе, что буду скучать и, позевывая, считать пролетающих мимо птиц, я бы сочла его сумасшедшим. Однако теперь чудеса настолько плотно вошли в мою жизнь, что уже практически не изумляли.
Наконец, сдавшись, я подалась вперед и, обхватив дракона за шею, закрыла глаза. Интересно, если я усну и начну падать, успеет ли Хесо меня поймать?
Дорога до столицы была неблизкой — я успела и подремать, и помечтать о том, как стану магом, и поволноваться о том, что мне придется увидеться с Рэном. Последняя мысль вогнала меня в тоску, и я поспешно переключалась на предпоследнюю, более радостную.
 
Наконец, в падающих на землю сумерках вдали загорелись огни столицы, и Хесо принялся снижаться. Я немного запереживала, как жители отреагируют на пикирующего с неба огромного дракона — но идущие по своим делам крошечные, как букашки, прохожие вели себя совершенно спокойно. Какое-то заклинание невидимости?