Невеста из знатного рода (СИ)
— Фэй Яо, скажи, во внутренний дворец же не пускают мужчин, так? — уточнила я, развязывая тесемки платья и забираясь в купальню.
— Конечно, не пускают, — кивнула она и вылила в воду чуть ли не полфлакона розового масла.
— Почему тогда слуга императора, Бин Бин, может там находится? — от слишком сильного запаха у меня закружилась голова, и я прислонилась к бортику.
— Вы что, он же евнух, — она звонко рассмеялась и пощелкала в воздухе пальцами, изображая ножницы. Однако я продолжала непонимающе смотреть на нее, и, резко смолкнув, она озабочено спросила:
—Ну, у него нет того самого, что отличает мужчину от женщины. Вы же знаете, о чем я, так?
— Бороды? — предположила я. Логично, потому что ее можно отрезать ножницами, а именно ножницы мне только что Фэй Яо и изображала.[1]
Фэй Яо сначала всплеснула руками, потом закатила глаза, а потом, подав мне халат, потому что я уже выбралась из ванны, заинтригованная, прокашлялась и громким шепотом поведала мне самые шокирующие вещи.
— Что? — в полнейшем ужасе переспросила я, — ты меня не обманываешь?
— Зачем мне такое придумывать? — возмутилась девушка и принялась по одной вынимать из моей прически шпильки.
После услышанных объяснений намерение не попасть в гарем было незыблемым, как никогда. Чтобы позволить кому-то…ну уж нет. Может, те бедняжки поэтому и отравились всем гаремом, что им не понравились подобные издевательства?
Тут я вдруг вспомнила Хесо, его требовательные прикосновения, и щеки опалило жаром. Хорошо, что Фэй Яо уже успела уйти, пожелав мне спокойной ночи, и заметить это было некому. Нет, наверное, даже с ним я бы не согласилась на такое …времяпровождение. Или… согласилась бы?
Помотав головой, я отбросила образ Хесо, который упорно не хотел исчезать. Хватит думать о посторонних вещах, нужно решать, как выбираться отсюда. Как?
Вопрос повис в воздухе. Я чувствовала, что вокруг меня сжимаются силки, но не видела выхода. Зачем Хесо пригласили остаться? Зачем я императору, если он в любой момент может набрать гарем красавиц из знатных родов, вместе с которыми он получит и поддержку их семей?
Закрыв глаза, я твердо решила хорошенько выспаться и подумать обо всем с утра, как вдруг оконная рама легонько стукнула, и в комнате раздались еще слышные шаги. Я оцепенела: ко мне кто-то пробрался!
[1] В викторианской Англии, которая служит прообразом Эггериона, девушек о брачных отношениях не информировали. Многие выходили замуж, совершенно не догадываясь о подобном аспекте семейных отношений.
28
В памяти сразу всплыла история о призраке. Я представила, как он плывет над полом, белые одеяния колышутся, темные длинные волосы развеваются, и тут он поднимает на меня черные глаза без белков, и затаила дыхание. Шаги раздались ближе. Стоп, призраки же не могут топать, они бесплотны! Убийца? Вздрогнув, я откинула одеяло и как можно бесшумнее сползла на пол.
— Мэй! — раздался негромкий шепот, и ночной гость остановился в паре шагов от кровати с противоположной от меня стороны.
— Хэсо! — с облегчением выдохнув, я поднялась с пола— и, вдруг всхлипнув, бросилась к дракону. Вся тяжесть этих двух дней обрушилась на меня, как лавина, и я застыла, прижавшись к холодному шелку его одежд. Под ними мерно билось сердце — тудум, тудум, и я на миг прикрыла глаза, чувствуя, как дракон обнимает меня, и в его объятиях мне было хорошо и спокойно.
Спустя какое-то время Хесо осторожно отстранил меня, и, глядя в лицо, медленно наклонился ко мне. Я судорожно вздохнула, и…влепила ему звонкую пощечину, прозвучавшую оглушительно громко в окружающем нас мраке.
За входной дверью послышался топот, и чей-то глухой голос осторожно спросил:
— Госпожа? У вас все в порядке?
Прекрасно, значит, меня еще и сторожат.
— Да, просто комар! — крикнула я.
«Комар» передо мной только вздохнул и непроизвольно потер щеку.
Дождавшись, пока стражники отойдут, я напустилась на дракона, выговаривая свистящим от негодования шепотом:
— Хесо, как ты мог! Как ты мог подсунуть мне приворотное зелье, да еще такое сильное! А я еще доверяла тебе, думала, что ты ни за что не навредишь мне!
— Мэделин, — дракон перехватил мои руки и сжал, — ты права. Мне не стоило делать этого. Прости.
Он легонько сжал мои пальцы, но меня было уже не остановить обычным «прости». Выдернув руки, я непримиримо скрестила их на груди.
— Между прочим, я попала сюда из-за этого приворота!
— Кстати, зачем ты поехала во дворец? — Хесо потянул меня на диван, и я подчинилась. — Слуги сказали, ты сама села в повозку.
— Мне сказали, что с тобой что-то случилось, — нехотя отозвалась я, не глядя на него. — А у меня из-за твоего приворот в голове был такой туман, что я толком не могла нормально думать, и я просто поехала с теми людьми.
— А почему не можешь уйти? Чем он тебе угрожает? — настойчиво допытывался дракон.
— Тем же, что и прошлый император, — еле слышно отозвалась я.
Хесо промолчал. Я подняла на него глаза: он смотрел в одну точку, а его губы были непримиримо сжаты. Тут он повернулся ко мне, и его глаза сверкнули:
— Я тебя вытащу, — твердо пообещал он.
— Как? — я безнадежно посмотрела на свои руки. Стоит мне выйти за ворота, император осуществит свои угрозы. Мой взгляд вдруг зацепился за мои собственные рукава из тончайшего шелка, и, запоздало сообразив, что я сижу перед Хесо в одном ночном халате, местном аналоге ночной сорочки, я, охнув, опрометью бросилась за ширму — искать хоть какую-то одежду.
Надев то платье, в котором я была днем, я попыталась усилием воли согнать краску с лица. Вышло плохо, вдобавок мне в голову вдруг пришли рассказы Фэй Яо о том, чем мужчины отличаются от женщин и что, собственно, происходит между супругами, отчего помидорный цвет лицо только усугубился. Ладно, все равно в комнате темно и ничего толком не видно, — подумала я и решительно вышла из-за ширмы. Нужно обсудить дело.
Я опасалась, что дракон начнет уговаривать меня уйти и предоставить магу право самому разбираться со своими проблемами, но вместо этого он сходу заявил:
— Нам нужен труп.
Закашлявшись от неожиданности, я с трудом сделала глоток воды прямо из графина и переспросила:
— Труп? Зачем? И где мы его добудем?
— Императору ты зачем-то нужна, и мне это очень не нравится. — Хесо нахмурил четко очерченные брови, — ты же слышала, что всех его жен убили? Пусть набирает себе новых не из числа чужих невест.
— Помолвки, заключенные под действием приворота, недействительны, — заявила я чисто из вредности. Пусть не думает, что когда мы выберемся отсюда, я послушно пойду с ним под венец.
Конечно, если у меня будет лекарство от приворота…А если не будет, то не пойду, а побегу.
— Мэделин, я люблю тебя, — Хесо сказал это совершенно спокойно, как будто сообщал мне общеизвестный факт, вроде того, что солнце садится на западе. — Когда я заберу тебя отсюда, мы все обсудим. Но сейчас давай думать о том, как выбраться.
Я, вздохнув, кивнула, и дракон продолжил:
— Итак, нам нужен труп. Лучше не затягивать — я пойду в город завтра ночью, добуду какое-нибудь подходящее тело…
— Уже мертвое, да? — перебила я. У меня в голове вдруг возникла картина крадущегося по переулку Хесо, в руке которого был огромный кривой нож.
— Конечно, у лекарей или гробовщика куплю, — кивнул дракон. — Затем я пронесу его во дворец, мы оденем его в твои вещи и устроим грандиозный пожар. Плохо, что я водник. — он озабоченно постучал пальцем по губам, — ну ладно, тогда раздобуду еще керосин и огненные амулеты.
— Хорошо, — я кивнула. В сердце затеплилась надежда: если все получится, император подумает, что меня нет в живых, и я буду свободна! Только вот мне нельзя будет оставаться в этой стране. Если императору доложат, что его погибший в пожаре преподаватель разгуливает по городу, он будет очень удивлен.