Золярия (СИ)

Несколько раз досиживал Башка в трактире до семи часов, когда Леночка от работы освобождалась. Иногда встречался с ней. Теперь она заходила в трактир нечасто, да уже не одна, а с Ефимкой.
Дюже радовался Башка, что у них всё ладом получилось. Ну до чего же красивая парочка образовалась!
Ефимка могучий, кряжистый, а Леночка прям как тростиночка сахарная рядом с ним, и глазки её голубенькие так и светятся счастьем сердечным.
Башка рядом с ними аж молодел вдвое да спокойствием душевным на целый месяц напитывался.
Иногда в этот же трактир приходил Свист. Он поступил в княжескую дружину, и алый плащ очень эффектно подчёркивал его статную фигуру. Похоже, служба ему нравилась. Первое время он несколько раз приходил с девушкой, которая вместе с ним была в полоне у разбойников и водой его, побитого, поить помогала, но потом начал появляться с другими. Бабник – какой с него спрос?
Свист и на Леночке один раз, мёда хмельного перебрав, взгляд бесстыжий задержал, но Башка погрозил ему кулаком, и Свист угомонился.
С Ефимкой они продолжали дружбу водить, что Башку радовало, а особо, что третьим товарищем их стал княжеский дружинник Колымяка. Башка их и познакомил. Этот оказался непрост и однажды заявился в плаще, отороченным тонким серебряным галуном – сержант уже.
«Да-а... Век живи, век учись, а всё равно можно дураком помереть...», – философствовал Башка, сидя в трактире на Предбашенной площади и ожидая, когда подойдут его друзья-товарищи.
Сегодня собирались праздновать день рождения Колымяки. Тот уверял, что родился летом, а вот в каком году и месяце – не знал. Скопом и порешили, что праздновать будут сегодня, и так – каждый год. Разницы, в принципе, никакой, а человеку хорошему приятно сделается.
«Да-а... Вона как всё ладом обернулось...», – продолжал раздумывать Башка. – «Не верил я в существование города чудного, где всё устроено по справедливости, и людям простым жить можно радостно и сытно. Почитай неделю всем селом уговаривали меня идти город сей искать, а я, пень упрямый, упирался, всё поверить не мог, что справедливость в этом мире существовать где-то может. Только из-за уважения к людям, землякам своим, согласился. Раз уж круг народный постановил – исполнить надо. Иначе порядка не будет, совсем скатимся до жизни невыносимой. Получается: чуть собственными руками счастье своё не загубил, и у других хороших людей его не отнял. Добрый урок мне вышел – не упрямствуй более, когда народ скопом чего решает. По любому общество мудрее, чем один человек.
  
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ - Глава 1
 
– За три года с момента закладки нашего города мы убедились в правильности выбранной нами концепции. В градостроительстве, политическом устройстве нашего государства, в образе нашего поведения и общения с местными жителями – полный порядок, – докладывала Марина Борисовна на очередном совещании Высшего Совета. – Мы правильно сделали, что присвоили титул Князя своему Верховному правителю. Выбранный стиль нашего поведения, одежды, речи и так далее хорошо воспринимается местным населением, и поток переселенцев постоянно увеличивается. Люди с охотой присягают нашему Князю и самым естественным образом вписываются в наш заведённый уклад жизни. Население города и прилегающих деревень уже приближается к шестистам тысячам человек. Теперь Илья Иванович – наш Князь, – Марина Борисовна встала и церемониально, на полном серьёзе отвесила поклон. – Пора вам принять титул Великого Князя. Это польстит нашему народу и поднимет авторитет в глазах соседних правителей.
– Нам пора привести под твою руку, папа, Князя Тюменского, – сказал Сергей, который носил звание Главного Воеводы. – Он уже несколько раз делал попытки нападения на наши деревни, что недалеко от его земель. Уже три раза я выводил дружину, и мы успешно отбивали эти набеги только при помощи традиционного оружия. Нам удавалось вернуть награбленное добро и освободить захваченных пленных, но при этом мы понесли потери. Пять дружинников были убиты и девять ранены. Я уже собирался установить пограничные столбы по всей границе, но сейчас склоняюсь к необходимости вообще захватить земли Северного Княжества Россия. Ведь наша цель – граница Российской империи на момент 1867-го года. Пора начинать постоянное расширение нашей территории. И в первую очередь – в сторону Китая, иначе потом, чтобы вернуть территории Российской Империи придётся вступать с ними в конфликт. Сейчас Поднебесная усиленно развивается под председателем Зинь Коньяня. Внешняя разведка докладывает, что этот товарищ очень амбициозен и воинственен. На предыдущем Совете мы решили, что Поднебесная Империя должна стать нашим другом, вот и надо поспешить обозначить нашу границу с ней, пока она сама её не установила.
 
– Вели слово молвить, Великий Князь – поднялся Валерий Павлович, бывший главный редактор партийной газеты, и, получив ответный кивок Ильи Ивановича, продолжил. – Вынужден сделать замечание Сергею Ильичу, как ответственный за идеологию и традиции... Раз уж мы решили придерживаться этикета средневековой России, то прошу его соблюдать даже в том случае, если нет посторонних. Это выработает у нас устойчивую привычку, и мы не будем допускать мелких казусов, как это иногда ещё случается. Вспомните, как во время приёма посла от Республики Россия Надежда Викторовна обратилась к вам – «Ильюша». У бедного посла чуть глаза не выскочили от удивления. Мне потом еле удалось втолковать послу, что она – ваш личный друг с раннего детства, и вы с ней выросли в одном дворе.
За столом послышались смешки. Валерий Павлович раздражённо постучал по столу костяшками пальцев.
– Товарищи, что вы себе позволяете в присутствии Великого Князя?! Вы сами утвердили данный этикет и назначили меня быть ответственным за его соблюдение. Так что, попрошу... Мы собрались строить великую империю, и здесь не может быть мелочей. Может, потом, годика так через два-три, когда отработаем этикет до автоматизма, мы и вернёмся к упрощённой форме общения в своём узком кругу, а пока прошу блюсти строго!
Министр нравственности и идеологии – теперь так называлась новая должность бывшего главреда – всем своим видом показывал, что шутить в той сфере, за которую он отвечает, не намерен и спуска не даст.
– Дозволь, Великий Князь.
– Говори, Воевода.
Получив разрешение, Сергей обратился к насупленному Валерию Павловичу:
– Полностью согласен с вами, уважаемый коллега. Приношу свои извинения. Раз уж мы договорились... Впредь буду более внимателен к подобным нюансам.
– Ещё дозволь, Великий Князь... – опять заговорил Валерий Павлович. – Хочу предложить ввести в обиход титул «Боярин». Раз уж так именуют всех начальников приходящие переселенцы, то здесь надо навести порядок. Не дело, если люди начнут называть боярами без разбора всех кажущихся им начальников... – Валерий Павлович обвёл взглядом членов Высшего Совета. – Что думаете, товарищи? И ещё... Хочу предложить на обсуждение вопрос о кастовости. Мы уже не единожды его обсуждали. Я всё обобщил. Давайте обсудим ещё раз.
Министр пропаганды вывел на экран несколько новых статей конституционного проекта. Некоторые были под номерами и содержали краткую расшифровку. Имелись и общие положения.
Россия имеет кастовое общество.
– Первая каста. «Священнослужители». К ней относятся служители разрешённых на территории России различных культов.
– Вторая каста. «Служивые». Это те, кто находится на государственной службе. Таких служб две – военная и статская. Все служивые носят форму и имеют звания.
– Третья каста. «Вольные». Все, кто не состоит на государственной службе. Купцы, крестьяне, вольнонаёмные, представители творческих профессий и прочие, не входящие в следующие касты.
– Четвёртая каста. «Нейтральные». Не занятые полезным трудом граждане. Живущие на наследство, за счёт спонсоров и т. п.
– Пятая каста. «Неблагонадёжные». Люди с запятнанной репутацией. С неснятой судимостью. Состоящие на учёте в специализированных органах.