Главред: назад в СССР (СИ)
Мне бы в идеале тоже кого-нибудь, кто может создавать сатирические портреты и хлесткие рисунки, но найти такой талант не очень-то просто. Поэтому начну с дизайнера, который будет мне оформлять газету — заголовки фигурные рисовать и иллюстрации к статьям. А потом, если проявит себя, и вообще бильд-редактором[3] его сделаю. Должности такой в советских газетах нет, но фоторедакторы есть. И это не совсем то же самое, чем сейчас у меня занимается Леня Фельдман. Да, мы вместе с ним отбирали снимки для статей, это и есть, по сути, бильд-редакторство. Но основная его задача — это набирать фотоархив, курируя остальных «папарацци».
— Клара Викентьевна? — набрав прямой номер парторгши, я включил максимальную доброжелательность. — Нужен ваш совет. Сейчас зайду с вашего позволения.
Судя по голосу, Громыхиной было очень приятно услышать, что мне важно ее мнение. И не просто мнение, а именно рекомендации, помощь. Поэтому, когда я зашел в ее кабинет, Клара Викентьевна просто лучилась приветливостью.
— Рассказывайте, Евгений Семенович, — предложила она. — Кофе?
— Не откажусь, — кивком поблагодарил я ее, и она тут же, достав чистые чашки, разлила из эмалированного кофейника ароматную бурую жидкость. Видимо, как раз недавно заварила себе, так что я очень кстати зашел. А еще я заодно не только кофе попью, но и смогу убедиться, действительно ли Клара Викентьевна остается моим союзником. Для этого я и задумал этот разговор с просьбой посоветоваться.
— Итак, — Громыхина сделала маленький глоток, пристально глядя на меня.
— Я хочу поговорить с вами о художниках-иллюстраторах, — сказал я, пристально следя за реакцией парторгши. — Они требуются газете.
— Но зачем? — возразила Клара Викентьевна. — У нас целый штат фотографов плюс внештатники. Мне кажется, художники — это уже лишнее.
— Позвольте не согласиться, — вежливо возразил я. — Художник способен сделать то, что пока еще неподвластно фотографу. Качественные иллюстрации только повысят интерес к изданию. Вспомним федеральные… то есть общесоюзные газеты. Тот же «Крокодил», например!
— Но у нас же не сатирическое издание, — запротестовала парторгша. — Вы же не собираетесь вводить в «Андроповские известия» карикатуры?
— Да, у нас районная газета, — не стал спорить я, — которую при этом можно сделать лучше. Совместить в оформлении фотографии и художественный рисунок. Сделать полосы разнообразнее и привлекательнее для советских граждан.
— Советским гражданам важно содержание, — Громыхина назидательно подняла указательный палец.
— В первую очередь, — согласился я. — Но качественное наполнение — это комплексный вопрос. Мы включаем сюда как текст, так и иллюстрации. И если статьи наши корреспонденты пишут каждый в своем неповторимом стиле, то и картинки должны быть разнообразными. И потом — художник способен быстро сделать нужный набросок, если это срочно потребуется в процессе верстки в день сдачи. С фотокарточками это сложней. Я могу, конечно, попросить Леню или Андрея сделать пару необходимых кадров… Но это за этим последует проявка пленки, возможно, еще не использованной до конца. А если вдруг нужен будет портрет товарища Горбачева? Или Владимира Ильича Ленина? Помню, Арсений Степанович предлагал мне интервью с одним из наших краеведов. Вот там бы понадобилась историческая иллюстрация…
— Копии портретов исторических деятелей есть в газетном архиве, — покачала головой Клара Викентьевна. — И вы, Евгений Семенович, должны об этом знать.
— И я об этом знаю, — я улыбнулся как можно шире. — Но давайте представим такую ситуацию: наш Арсений Степанович Бродов пишет статью «Неизвестный Ильич». К примеру, он заезжал в Андроповск…
— Но он не заезжал, — Громыхина стояла как неприступная крепость.
— Хорошо, — я терпеливо кивнул. — Оставим тему с вождями. Кто-то из наших журналистов нашел малоизвестный факт из истории нашего края. Архивной фотографии нет. Как быть?
— Например? — кажется, моя собеседница не просто спорит, а все же пытается вникнуть. Не хотела бы, и могла просто сказать категорическое «нет». Однако продолжает беседовать. Это радует.
— Например, мы не знаем, когда в Андроповске, а точнее, в дореволюционном Любгороде провели первый водопровод, — сказал я. — И вот наш краевед Якименко находит в архиве потерянные данные о том, градоначальник Путято при Александре III приглашает из Санкт-Петербурга немецких мастеровых. Как нам это проиллюстрировать?
Я не взял эту историю из головы. Кто-то из нашей старой гвардии писал статью о городском ЖКХ и беседовал с уже постаревшим краеведом Якименко. Тот как раз нашел в одном из полузабытых фондов районного архива подшивки нашей же газеты, когда она еще называлась «Любгородскiя извѣстiя». Датированы номера были, по-моему, аж тысяча восемьсот восьмидесятыми годами. И вот там была новость про первую в нашем городе попытку создания центрального водопровода.
— Резонное замечание, — признала Громыхина. — Но такие открытия не делаются на потоке, вы согласны?
— Это смотря с какой стороны зайти, — я не собирался уступать. — Кто нам мешает дать журналистам задание специально искать в архивах интересные исторические факты? Да это же целую серию публикаций вроде «Городского хронометра» можно запускать!
— Хорошо, допустим, вы меня убедили, — Клара Викентьевна все еще сомневалась, но ее скепсис уже дал явный крен. — В конце концов, можно давать задание художнику оформлять поздравительные заметки в газете…
— А в целом мы можем себе позволить еще несколько штатных единиц? — я тут же схватил быка за рога, сразу прощупывая вероятность расширения коллектива.
— Вообще, штат у нас укомплектован, — начала было Клара Викентьевна, а потом улыбнулась. — Впрочем, я могу поговорить об этом с Анатолием Петровичем. Только почему вы говорите о нескольких единицах? С одним все же было бы проще решить вопрос…
— А отпуска? — тут же возразил я. — А больничные? Нужен как минимум один человек на подхвате. И еще лучше, если у каждого будет собственный стиль.
— Хм-м, — задумалась Клара Викентьевна. — Но где нам их взять?
Она как-то незаметно для себя переключилась с вопроса необходимости к вопросу поисков. Кстати, о них — я ведь не забыл, что планировал организовать тут волонтерский отряд вроде «Следа» из будущего. Но это потом, когда немного разгребусь со всеми остальными делами.
— В Калинине, — я чуть было не оговорился «в Твери», но вовремя поймал себя на мысли.
— Если только, — пожала плечами Громыхина. — Можно созвониться с Венециановским училищем, предложить их выпускникам. Но они, скорее всего, уже трудоустроены.
— А если взять практикантов? — осенило меня.
— Производственная практика проходит весной, — напомнила Клара Викентьевна. — Кстати, к нам, скорее всего, направят студентов с калининского филфака.
— Возьмем, — заранее согласился я. — А насчет иллюстраторов… Почему бы их не переманить?
— Переманить? — возмущенно вытаращила глаза Громыхина.
— Почему бы и нет, — я пожал плечами. — Рассматривайте это как повышение. Трудится человек, например, учителем рисования… Стоп!
Клара Викентьевна смотрела на меня с откровенным непониманием. А я в этот момент думал, как же порой все на самом деле просто. Педагогами ИЗО не работают случайные люди, это как раз и есть выпускники художественных училищ. Почему бы не выбрать кого-то из них здесь, в Андроповске? И не надо никого переманивать из Калинина.
— В следующем номере газеты, — я принялся объяснять Громыхиной, — мы дадим объявление, что «Андроповским известиям» требуются иллюстраторы. Объявим конкурс работ и выберем лучших. Победителям предложим трудоустройство, если будет желание — по совместительству, чтобы не бросали свои классы. Да и школам плюс — представьте только, что в вашем коллективе действующий иллюстратор! Родителям будет почетно отдавать детей в классы таким учителям!
Меня уже немного несло, так что я, уловив это, притормозил. Но суть я до парторгши донес. И теперь рассчитываю на ее поддержку.