Больше, чем друзья (СИ)

— А другую вилку? — Калинина не могла понять, почему Дмитрий не попросит официантку принести еще прибор.
— Никогда не ухаживал за девушками подобным образом.
Признание заставило улыбнуться. Антонина облизнула губы и проговорила:
— Не верю.
— Честно. Насколько помню, я всегда работал. Всегда. У меня есть подозрение, когда я родился, вместо серебряной ложки отец подарил мне лопату и отправил в сад, копать ямы.
— До сих пор копаете? — со смехом уточнила Тоня.
— Почти, вручаю лопаты другим.
— А… — только хотела сказать, как нежный кусочек мяса оказался во рту женщины. Растерявшись, Антонина сжала губы и медленно прожевала, чувствуя себя странно. Закончив, она тут же получила вилочку.
— Теперь твоя очередь, — с теплотой в голосе заявил он. Притом слова звучали настолько мягко, что не казались наглостью.
— Думаю, это не лучшая затея.
— Тогда тебе придется все съесть одной. Не выпущу.
Антонина с серьезным видом посмотрела на сковородку и тихо проговорила:
— Мы можем попросить…
— Не надоедает всегда быть правильной и делать так… как положено?
— Ммм… не знаю. Думаю, меня все устраивает.
— Ну раз ты здесь, желая все забыть или изменить, значит, нет. Верно?
— А ты… как я понимаю, всегда делаешь так… как хочешь?
— Ну… не всегда, но… — мужчина сделал паузу и как-то хищно улыбнулся, — в основном стремлюсь к желаемому любыми путями.
— Даже страшно стало.
— И что решила?
Женщина посмотрела на сковородку с грибами, свининой и картофелем и задумалась. Много. Слишком для нее. Повела челюстью, прикидывая, сколько примерно будет сражаться с ужином до победного флага, и задумчиво проговорила:
— Что же… — она ухватила вилкой самой большой кусочек и, направив ее ко рту мужчины, весело прошептала: — тогда… признаюсь: я тоже никого не кормила.
Блеск в глазах мужчины на мгновение насторожил. Тоня подумала, что сказала лишнее, но, когда Дмитрий вежливо кивнул, успокоилась. С другой стороны… что ей беспокоиться? Даже если скажет лишнее — ничего страшного не произойдет. Общение на один вечер. Не стоит контролировать каждое слово. Хоть сегодня.
Только сегодня…
Дмитрий проглотил кусок, что делал очень красиво и быстро, а потом произнес:
— А как же дети?
— К сожалению, детей нет, но я бы очень хотела, — выдохнула Тоня с огромной надеждой в груди. В следующую секунду она тряхнула головой, пытаясь очнуться от поднимающихся из груди эмоций. Она не понимала, почему так много говорит. Зачем?
— Взаимно.
Всего одно слово, а в груди сердце забилось быстрее. Тоня словно впервые посмотрела на него, пытаясь что-то понять для себя, и выдохнула:
— Даже так?
— Был женат еще пять лет назад, но детей нет.
Дмитрий перехватил вилку, вновь пытаясь накормить, но уже было сложнее. Женщина лишь немного откусывала, с улыбкой закрывая рот. Понимая, что лучше оставить как есть, мужчина произнес:
— Прекрасная незнакомка любит танцевать?
— Да, — задумалась на мгновение и добавила: — Давно не танцевала… Вероятно, забыла.
— Такое не забудешь.
— Согласна, — с улыбкой поддержала Тоня, поглядывая на танцпол. Там в ритмичном танце веселились девушки и парни. Тоня как-то съежилась. Нет, она не считала себя старухой и не чувствовала, но все же… ей было некомфортно. Не для нее. Зачем сюда пришла?
— И как? — услышала совсем близко. Мужчина наклонился, отвлекая ее от ненужных мыслей.
Она пожала плечами и, заметив, что Дмитрий показывает на стол, сказала:
— Вкусно.
— Тогда танцевать?
— Я… не знаю… Может, не стоит? — не хватало смелости отказать и боялась идти.
Шикарный мужчина поднялся и через секунду нежно потянул за руку девушку на себя. Быстро и ловко, отчего она оказалась в его объятьях. Не успела сказать, как он повел ее на танцпол. Словно кто — то услышал пожелания Дмитрия — и заиграла медленная мелодия. Страстная, обжигающая, завораживающая.
Желание сбежать моментально охватило женщину, не отпуская, усиливая эту потребность. Ей казалось, что все происходит не с ней. С кем-то другим. Только сделала шаг в сторону, но тут сильные руки обхватили за талию. Мужчина обнял Тоню и совершенно спокойно произнес:
 
— Не переживай, я не отдавлю ноги.
— Верю, — выдавила она и тут же погрузилась в музыку, стараясь не реагировать на то, как плавно ведет ее мужчина в танце. Ей нравилось. Настолько нравилось, что забыла о том, что стеснялась, считая себя лишней.
Антонина смотрела в его глаза, и ей нечем было дышать. Совсем. Словно весь кислород вышел из легких. Словно все пространство исчезло, оставив только их и завораживающую мелодию.
Ее сердце так сильно билось, отчего Антонина переживала, что он услышит, да и дыхание участилось. Не понимала себя. Вероятно, все алкоголь. Или просто запуталась.
Эмоции захватили с такой силой, что не могла справиться.
Она закрыла глаза, а в следующую секунду выдохнула:
— Прости, мне нужно… в дамскую комнату.
  
Глава 3
 
Ответа не прозвучало, а, возможно, мужчина ничего и не говорил. Но Дмитрий отпустил, чем она воспользовалась, поспешно направляясь по коридору. Почти бежала, примерно догадываясь, где туалет. С подругой лишь один раз ходила, а вот одна — желания не было. Она плохо ориентировалась, если не знала местность. Оказавшись у нужной двери, радуясь, что добралась, открыла и прижалась спиной, как только захлопнула ее. Покачала головой и громко выдала стон.
— Боже!
Встряхнула головой и подошла к раковине, включая воду и ополаскивая лицо. Увидев, что тушь размазалась по коже, она с досадно вскрикнула:
— Боже, какое чудовище!
Понимая, что ничего не исправить, Калинина начала мыть лицо с мылом, считая, что лучше все убрать. Однозначно будет лучше. Все равно не исправить, да и исправлять нечем. Подруга наводила красоту. Тоня редко когда пользовалась тушью. У нее от природы черные длинные ресницы. Редко когда подчеркивала. Смыв все, она еще долгое время стояла, пока не услышала писк.
«Телефон!» — мелькнула мысль, и женщина поспешно стала водить ладонями по платью, вспоминая, где оставила айфон.
— Ну как же… в сумочке, — пробурчала, радуясь, что не потеряла.
Руками обхватила клатч и быстро достала телефон. Сообщение от мужа. Он не забыл о ней! Возможно, передумал и извинился. С надеждой и нетерпением открыла и начала читать:
«Не выпендривайся, Тонька. Ты же знаешь, как со мной… тебе ни с кем не будет так комфортно. Ты достойна лучшего, а не рожать детей. Пойми, ты сейчас в хорошей форме, стройная, шикарная. А потом что останется? Ульянка раньше была красавицей, а сейчас толстуха страшная. Зачем мне такая баба? Да и ты… сама этого разве хочешь?».
Слова расплывались от слез. Антонина не понимала, она плачет или смеется со слезами.
— Сволочь! Какая же сволочь! — с отчаянием выдохнула она и поспешно написала:
«Я завтра подам на развод. Не хочу жить с таким чудовищем, как ты».
Долго думала, чтобы отправлять, а потом вдруг услышала:
— Вот же тварь! Отправляй!
Калинина смутилась, не ожидая, что кто-то увидит и тем более скажет. Медленно она обернулась. На нее смотрела высокая брюнетка с короткой прической в модных джинсах и белом свитере. Он подмигнула ей и довольно выдала:
— Я тебе как опытная женщина говорю. Да! Такая сволочь через несколько лет тебя поменяет, так как уже старая для него будешь. Не сомневайся даже!
— Он…
— Не такой? Да ну ты брось! Прочитай еще раз двадцать его грязную писанину и поймешь, что еще тот говнюк! Постесняюсь подходящими словами бросаться, но такой урод нормальной бабы не заслуживает. Ему бы стерву, гадину, змею, чтобы жизнь медом не казалась. Вот! Только такую ему! А для тебя… вот тот мужик идеально подходит, с кем танцевала. Само-то!
 
Калинина смутилась. Она закрыла глаза и отвернулась в сторону. Не знала, что ответить, учитывая тот факт, что вроде как она танцевала и ужинала с мужчиной, о котором ничего не знала. Он ей никто, и к тому же у нее есть муж.