Больше, чем друзья (СИ)
Вытерев кровь с губ пацана, Зорин обернулся и процедил:
— Еще слово скажешь, и я тебя закопаю в снег рядом с этой машиной.
— Да Новый год через три час! Какая скорая?! — Сергей искреннее удивлялся наивности столичного хлыща. Идиот.
Зорин перевел взгляд на Тоню, оказавшуюся рядом, осматривающую ребенка и грубо выдал:
— Нужно в больницу.
— Тут недалеко…
— Где?
— Через две остановки.
— Бери малого пацана, и поехали…
— Да кто вам позволил? — с возмущением рявкнул отец мальчишек. — Позвоню их мамаше, и она заберет.
Злость и презрение моментально вспыхнули в женщине. Она поднялась и быстро подошла к Калинину. Он не успел открыть рот, как щеку обожгло. Его жена посмела ударить его по щеке. Мужчина пораженно смотрел, не веря своим глаза.
— Ты чудовище! Ульяне… я сама позвоню. Сомневаюсь, что здоровье ее детей вызовет у нее подобные чувства, как у них отца.
— Ты как посмела… — прогрохотал он, начиная наступать.
— Отойди от нее! — рядом оказался Дмитрий. Он держал мальчика, плачущего у него на плече, вытирающего кровь с лица.
— Да уж… вы стоите друг друга, — с презрением бросил Калинин и направился к разбитой машине, заваленной снегом, начиная пинать по колесам, надеясь на быстрое появление водителя.
Тоня взяла за руку мальчика и повела к машине, не успевая за Зориным. Когда они сели и мальчики прижались к ней, она обняла и прошептала:
— Все будет хорошо. Сейчас поедем в больницу.
— Наша мама врач, она нас вылечит. Нужно к ней! — убежденно пробубнил Сашка, с грустью посматривая на искалеченное лицо брата.
— Мы поедем в больницу, куда подъедет ваша мама. Она решит, что делать. Хорошо?
— Да, — мальчики сказали одновременно. Тут Миша тяжело вздохнул и проговорил:
— Мама будет ругаться. Ей не понравится.
— Если и будет ругаться, то только потому что испугается, но это потом… Самое главное для нее, чтобы с вами все было хорошо.
— А со мной же все будет хорошо? — мальчика очень беспокоил этот вопрос.
— Конечно, — уверенно произнес Зорин. — Ты лучше расскажи, как так получилось?
— Я хотел позвать папу гудком, он так долго не шел… — с грустью в голосе признался он.
— Эх ты. Мал еще, чтобы управлять, а вот лет так десять будет как раз вовремя.
— Правда? Меня папа научит?
— Обязательно! — заверил мужчина, а потом добавил: — Только в том случае, если ты больше так делать не будешь. А то некого будет учить. Понял?
Миша вздохнул и грустно выдавил:
— Я больше так не буду.
— Вот и молодец, — довольно произнес Дмитрий, поглядывая на красивую женщину, ласково обнимающую детей.
***В больнице было душно. И несмотря на то, что через несколько часов наступит Новый год, весь коридор был заполнен больными. В очереди Зорин и Антонина с детьми сидели уже десять минут, и она никак не двигалась.
Дверь хлопнула и в помещение вошла миниатюрная брюнетка. Она очень быстро шла, оглядываясь по сторонам. Позади женщины шел мощный мужчина.
— Мама! — закричал Саша и рванул к маме, утыкаясь и начиная плакать. — Мама! Мама, там Мишка… У него во лбу дырка. Огро-о-омная. Там крови столько… — говорил и показывал руками, увеличивая размеры все больше и больше.
— Где? — испуганно проговорила она и тут же поспешила к старшему, без прелюдий начиная его осматривать, ощупывать.
— Как себя чувствуешь? Голова не кружится?
— Мам, прости, — жалобно выдал ребенок, переживая о том, что расстроил мать.
Она подалась к нему и с отчаянием обняла, прижимая к груди.
— Главное, что все обошлось.
— Папа не виноват…
Женщина скривилась, не желая слушать, как защищают того, кто в очередной раз подвел. И так каждый раз. Никогда не может сделать что-то нормально. Эгоист до мозга костей.
— Так… — она поднялась и схватила его за руку, уверенно начиная вести к кабинету.
— Дамочка, тут очередь, — с возмущением бросил мужчина худощавого телосложения с перебинтованной рукой, не желая пропускать.
— Грустно, что очередь, но я здесь работаю. Еще вопросы будут? — грозно уточнила женщина, поднимая бровь вверх.
Мужчина с недовольством сел на свое место, бубня про несправедливость. Ульяна открыла дверь и завела сына.
— Мама же в другой больнице рабо… — начал младший сын, но Антонина быстро прижала к своей груди и пальчиком накрыла его рот, подмигивая, чтобы ничего не говорил.
Сашка откровенно не понимал, почему ему не дали досказать. Он надулся и пробубнил:
— Какие вы взрослые странные.
Дмитрий усмехнулся, как и мужчина, стоявший рядом. Он кивнул и протянул руку.
— Александр.
— Дмитрий, — выдал Зорин, пожимая его ладонь.
— Спасибо, что привезли детей в больницу.
— На здоровье.
Дверь хлопнула и вышла женщина в белом, придерживая за руку Мишу. Следом шла Ульяна. Она повернулась к ожидающим и кивнула, показывая на лоб, давая понять, что они идут в процедурный кабинет.
Через десять минут парень шел по коридору, во рту перекидывая чупа-чупс.
— Эй, я тоже хочу! — воскликнул Саша, срываясь к нему. Старший брат подмигнул ему и полез в карман, доставая еще один, вручая брату.
— Это мне за смелость дали! — гордо сказал он.
— А что тебе делали?
— Зашивали! Вот! Иголкой! Я даже не плакал! — хвалился парень, улыбаясь во весь рот.
Застучали каблучки. Со стороны лестницы вышла Ульяна. Она приблизилась к сыну и, ласково потрепав по волосам, попросила:
— Все, родной, одеваемся, и домой… — остановив взгляд на Антонине, она внезапно подалась вперед, обнимая со словами:
— Спасибо. Огромное вам спасибо, — на глазах у нее стояли слезы.
— Все хорошо, — растерявшись, выдохнула Тоня, неосознанно хватаясь за руку мужчины и получая его поддержку, что почувствовала сразу же. Он уже стоял рядом.
— Да если бы не вы… они бы до сих пор сидели на морозе, дожидаясь комиссаров. Это же тварь, а не мужик.
— Мама, это ты папу так называешь? — невинно поинтересовался Саша, прищуриваясь и выпячивая губы. С курткой мальчик справился, осталось совсем немного — шапка.
— Нет, сынок, это я про снежного человека.
— Ты обманываешь! Его не существует. Все дети знают! — с умным видом заявил малыш, шмыгая носом.
— Поверь этот… существует, — буркнула мать, заострив внимание на Зорине, и вновь на Антонине. Отмечая, как ласково придерживает мужчина за руку женщину, она улыбнулась.
Смущение и стыд захватили Антонину. Она открыла рот, чтобы объяснить, но не успела.
— Зорин Дмитрий, — представился Дима, притягивая и обнимая Тоню.
— Калинина Ульяна, — выдохнула бывшая жена Сергея.
— Временно, — вмешался Александр. — После праздников исправим. Кстати, будем рады, если заглянете на наше торжество.
— Спасибо, мы уезжаем отдыхать. Но надеюсь, еще встретимся. Только теперь по хорошему поводу.
— Знаете, — начала Ульяна, — я рада, что вы вместе. Отлично смотритесь и выглядите. Счастливая пара! — она повернулась к Дмитрию и, ухватив его за локоть, серьезно сказала: — Берегите ее. Тоня замечательная, мои дети ее любят и прожужжали о ней все уши.
— Обязательно, — пообещал Зорин и подмигнул Тоне, смутившейся еще больше.
— Еще раз спасибо, мы поедем. Нам долго ехать, хоть бы к курантам часов успеть.
— А мы не домой? — поинтересовался Миша, натягивая шапку.
— Нет, мы в гости, — весело выдала мама.
— Ура! Ура! — тут он вдруг остановился и спросил: — А куда? К дяде Саше?
— Да. Саша, пойдем? — спросила Ульяна у будущего мужа и схватила его за ладонь.
— Да, конечно, — произнес мужчина, тут же кивнув Антонине и пожав руку Дмитрию. Через минуту они вышли.
Тоня смотрела им вслед, а потом проговорила:
— Думаю, теперь и нам можно?
— Это точно! Я голодный как волк. Если не доберемся, то придется мне перекусить Красной Шапочкой. А так как поблизости только одна, то советую тебе идти поскорее к машине.