Чужая для монстра (СИ)

— Ты предаешь все, ради чего жил и боролся, — печально заметил Хемфри, меняясь на глазах.
  
Глава 12
 
Я бессильно прикрыла веки, когда два изменившихся существа набросились друг на друга. В пещере стало темнее, потому что магический шар оказался отброшен. Противники больше не выглядели и не вели себя как люди. Она швыряли друг друга о стены, рвали клыками, драли удлинившимися когтями. По пещере распространялся удушающий запах крови, и я со страхом думала про то, что будет, если Рейвен потерпит поражение. Причем страх за собственное будущее уверенно соперничал с ужасом от мысли, что Рейвен может пострадать, и я его потеряю. Потеряю, так и не узнав этого странного, пугающего, удивительного человека, по непонятной мне причине делавшего для меня так много.
Когда по пещере разнесся оглушающий хрип, а затем треск ломаемых костей, я не выдержала и, наконец, посмотрела на то, что происходит. Главнокомандующий возвышался над своим товарищем и, проломив когтями его грудную клетку, вырвал еще теплое сердце из груди. Сжав, отбросил от себя, а после, оперевшись окровавленными руками на колени, повернулся ко мне. А я застыла, в едва освещенном помещении рассматривая человека, за которого вышла замуж, смотрела, и не могла отвести взгляд. Затаила дыхание и моргнула, пытаясь стряхнуть наваждение. Рейвен мелено отвернулся, поднялся на ноги и, не поворачивая ко мне лица, тихо произнес:
— Поспешим. Он не единственный, кто придет за тобой.
— Рейвен, — я неловко приблизилась к нему и с нерешительностью коснулась рукой его плеча. Ощутила его напряжение, но решила продолжить, — мне жаль, что тебе пришлось… из-за меня…
— Не стоит, — резко ответил мужчина, и пошел вперед, убедившись, что я поспеваю за ним.
На душе стало горько и тяжело. Я чувствовала свою вину, толком не в силах объяснить себе самой за что именно. А Рейвен, будто отрешившись от всего, что его окружает упрямо шел вперед, словно не замечая меня.
Мы шли долго, перемещаясь по известным только Рейвену переходам. Спускались, казалось, в самую бездну, а после поднимались вверх. Туда, где наших разгоряченных быстрым передвижением лиц касался ветер. И снова шли, нигде надолго не задерживаясь, останавливаясь лишь для того, чтобы я могла перевести дыхание и попить воды из фляги главнокомандующего.
Присутствие кого-то еще я ощутила не сразу. Сперва резко остановился Рейвен и начал прислушиваться. А после…
— Не ожидал, — их темноты на нас надвигался темный силуэт, и лишь когда он вошел в освещенную шаром зону, я узнала в нем своего недавнего пациента. Того самого, измененного и отверженного, кто решился возглавить таких же как он сам — непринятых этим миром.
Роланд осмотрел нас с мужем и криво улыбнулся:
— Чтобы сам главнокомандующий спустился к нам, в подземелье. Что привело вас в нашу обитель скорби?
— Заткнись, — бросил Рейвен, и внезапно схватив того за шею, придавал всем своим телом к стене, — ты прикажешь своим людям, которые сейчас в нас целятся из украденного вами оружия, перекрыть все ходы и не дашь солдатам Императора нас опередить. А после сопроводишь до Арки и отвлечешь их на себя.
— А если нет? — сдавленно прошипел мой бывший пациент.
— А если нет, тогда твоя родная сестра окажется в руках Императора и будет принесена в жертву его абсурдным домыслам о спасении мира.
— Сестра? — переспросил Роланд и перевел взгляд на меня, — не верю. Моя мать исчезла более двадцати лет назад. Я знаю, что ее давно нет в живых. И это сделали шавки твоего Императора. Того самого, которому ты был так предан.
— Придется поверить. И времени у нас нет. Они дышат нам в спины.
— Хорошо, я помогу, — медленно с расстановкой заговорил Роланд, но прежде ты поклянешься, что не врешь, и эта девушка действительно моя… сестра.
Мужчина перевел взгляд на меня, несколько секунд смотрел пристально, не мигая. Словно змея, стараясь загипнотизировать свою жертву. А после так же неспешно посмотрел на удерживавшего его главнокомандующего.
 
— Недавно я смог подобраться к документам тех лет. Которые не смогли или не успели уничтожить. Я обнаружил свою заинтересованность и вызвал подозрения в нелояльности режиму. Наверное, это стало моей главной ошибкой — они поняли, что мне известно слишком много. То, что они скрывали долгие годы. Ты значился в тех списках как Роланд Сейр, бунтовщик из неподконтрольных властям. Тогда же я обнаружил имена нескольких женщин, которых забрали из их семей.
Роланд перестал вырываться из рук мужа и застыл. Его глаза зажглись темным мрачным интересом.
— Это был эксперимент по возрождению Матери. Они пытались создать ее Аватару. Двенадцать молодых здоровых женщин выбранных по одним ведомым главному магу Императора критериям и количеству мест силы. Они никогда не видели отцов своих детей. Их просто использовали, как племенных карис. А новорожденных девочек уничтожили, потому что считали, что их смерть способна возродить умирающую планету. Официально. Даже тогда они прикрывались всеобщим благом, чтобы продлить жизнь одного единственного умирающего человека, пусть и Императора, — с напором резко бросил Рейвен в лицо Роланду.
— Все девочки с их матерями, участвовавшими в этом безумии, были убиты. В списках мне попалась одна фамилия. После я проверил еще раз. Среди умерщвленных на алтаре не значилась женщина по имени Аманда Сейр. Твоя мать. Женщина, которой удалось сбежать из запертых подвалов дворца, спасая жизнь своей новорожденной дочери. И ей это удалось. Хотя сама она погибла. Девочка чудом выжила и она перед тобой. А еще у нас мало времени. И если ты не поторопишься, мне придется на глазах твоей сестры сделать тебе очень больно.
Нас ждали возле Арки. Стражи Императора окружили место перехода плотным кольцом, и вряд ли мы с Рейвеном смогли бы просочиться абсолютно незаметно.
— Какие будут предложения? — Роланд покосился на Рейвена. Мы залегли на выступе, скрытые от глаз преследователей, но это нас не защищало от пронизывающего тело ветра. Колючие иглы мелкого дождя впивались в кожу, причиняя боль. Казалось, сам мир, догадавшись о моем желании его покинуть, взбунтовался.
Мой новообретенный брат поглядывал на меня всю дорогу, но не произнес, ни слова. Момент был неподходящим, да и вряд ли в подобных обстоятельствах можно было бы узнать что-то друг о друге. Быть может немного позже, когда опасность не будет дышать нам в спину, я смогу расспросить его о нашей маме. Какой она была? Наверное, необыкновенной: сильной, бесстрашной, раз нашла в себе мужество бежать из подвалов Императора, спасая своего ребенка. Похожа ли я на нее внешне? Как она жила, чем интересовалась, что любила?
Мои размышления развеял сухой ответ Рейвена.
— Их нужно отвлечь. На той стороне Теону будут ждать. Все что нужно — доставить ее к Арке и прикрыть отход.
— Означает ли это, что наш бравый главнокомандующий остается на этой стороне? — чуть иронично поинтересовался Роланд. Я вслед за ним резко посмотрела на мужа. Он молчал, но я все поняла и так. Он со мной не пойдет. Он останется здесь. Несмотря на обвинения и преследования Императора.
— Рейвен, — шепнула я, нерешительно дотронувшись до его руки. Под моим прикосновением его тело снова напряглось, — ты не можешь остаться здесь. Прошу тебя. Не бросай меня!
Знаю, насколько это эгоистично прозвучало, но здесь и сейчас, я поняла, что этот мужчина мне нужен любым — с когтями, клыками, превращающимся в неведомое существо, от которого я никогда не видела зла. Но живым и рядом со мной. Может, это и есть любовь? Или чувство, рожденное из благодарности и доверия, не может быть любовью? Мне не с чем было сравнивать, потому что до него все мои ощущения были лишь бледным подобием того, что я испытывала теперь. Я знала, что если он останется на этой стороне, то умрет. Император не простит предательства и измены. А я не смогу жить с мыслью, что покинула мужа на верную смерть.
— Ну что же ты, малышка, — Рейвен неожиданно мягко улыбнулся, — одна ты не останешься. К тому же, у нас есть неоконченное дело. Ты мне все еще кое-что должна. Первую брачную ночь, — мужчина склонился к моему уху и шепнул в полушутливой форме. Мои щеки загорелись от смущения.