Времена грёз (СИ)

Передернув плечами в отвращении, я отвернулся и продолжил подниматься наверх, прислушиваясь к отчаянному вою раба в подвале. Его с братьями отправили к эльфам на следующей же день, после чего я с помощниками занялся отдельной комнатой для оставшейся девушки.
Предстояла немалая подготовка для нового исследования, и на мои плечи легла забота о рабыне. К сожалению, управлять ей так же просто как и остальными не получилось бы, за ребенком нужен будет уход, на который не способны обычные безвольные куклы. Камера должна была достаточно комфортной, чтобы девушка могла жить в ней долгое время, обслуживая себя сама, и лишь еду и расходные материалы ей приносили бы извне.
Тем временем, Дария продолжила возиться с самим подопытным. Мужчина, с тех пор как начал свою жизнь с демоном внутри, несколько изменился, раздавшись в плечах и став выше ростом, возвышаясь над хозяйкой, словно молчаливая угрюмая гора. Мне становилось не по себе рядом с ним, и не только из-за размеров (он был на голову выше меня), но и из-за странной ауры, его окружавшей. Рядом с ним постоянно барахлили светильники, а солнечный свет становился будто тусклее, погружая и без того темнокожего черноволосого беллаторца в довольно пугающий полумрак.
— Ты уверена, что он тебя слушается беспрекословно?
Я смотрел на раба и с трудом верил, что из него получится что-то путное, ибо особых способностей, кроме поглощения света и живучести, он не проявлял.
— Конечно, и он уже учится менять форму. Еще немного, и он сможет принять вид демона, я в него верю, он очень способный раб и очень старается чтобы помочь мне. Все же не зря у нас получился опыт именно с той тварью, что жила у нас дольше всех. За время экспериментов он сильно привязался ко мне, и прогресс более заметен.
— Хорошо, но прошу тебя, будь осторожней и попроси его не только демоническую форму принять, но и вообще быть чуточку меньше. Скоро разворот его плеч перестанет пролезать в дверной проем.
— Ой, да ладно тебе, проем можно увеличить. Меня больше интересует идея испытания на открытом воздухе, посмотреть, насколько огромным он может стать. Отрастить там когти или щупальца, может какие-то наросты словно броню или крылья. Давид, ты только представь, если он научится летать!
Представив это, я больше не был рад результатам наших опытов, и мне все больше казалось, что Дария заходит слишком далеко в своих идеях, но пока я готов был ее поддержать.
Позже, когда подготовка оказалась закончена, у нас все же получилось провести задуманный эксперимент, несмотря на то, что шансов было достаточно мало. В качестве охраны для нас самих даже наняли несколько наемников, на случай, если подопытный начнет бушевать, подстегиваемый инстинктами и став слишком агрессивным. К счастью, контролировать состояние демона хозяйка действительно научилась мастерски и без особых проблем смогла приглядывать за ним, хоть и не получилось при этом поддержать ту форму, что я рекомендовал. Тем не менее, потратив на все целый вечер, я по итогу больше всего надеялся, что нам не придется повторять подобные манипуляции, так как организация была даже более хлопотной, чем приветствие короля Целестии в угольном замке Беллатора. К нашему счастью, демон остался доволен встречей, став, кажется, еще тише и спокойнее, чем раньше, а специально нанятый лекарь вскоре порадовал нас хорошими новостями.
Таким образом, наш необычный эксперимент вышел на новый, наверно, самый скучный этап, разбавляемый лишь тем, что подопытный действительно научился отращивать крылья и когти. Дария была вне себя от восторга, придумывая для него все более сложные задания, и в какой-то момент заставив меня обучить его ну хоть чему-нибудь для того, чтобы он мог считаться полноценным воином. Правда, единственное, что я мог показать демону, это как защищаться от атак и как ударить крылом или рукой самому. За счет своих габаритов подопытный был не слишком ловким, но отлично поглощал магию и смог-таки отрастить более толстую кожу. Если бы наши правители увидели это чудо, то точно заставили бы наклепать таких как минимум десяток, чтобы в любых военных действиях они брали на себя основной удар.
 
Девушка же в этом время так и оставалась в своей камере, навещаемая только лекарем. Меня она боялась, как огня, поэтому я полностью предоставил ее в руки Лайи и лекарств, которыми пичкал ее врач, чтобы поддерживать здоровье рабыни и дитя.
Это время пролетело почти незамеченным, и даже когда ребенок наконец-то появился на свет, пока он был мал, то выглядел достаточно обычным и, несмотря на довольно внушительный вес при рождении, все равно оставался в пределах нормы. Дария была несколько расстроена этим фактом, но понимала, что даже магия раскрывается не сразу. Мы вновь оставили девушку и плод нашего эксперимента в покое, занимаясь новыми попытками сделать гибрид человека и демона.
Так прошло еще шесть лет. Близился праздник, день рождения наших четырех правителей, и, отмечая круглую дату, они собирали в своих стенах почти всех знатных господ Беллатора, дабы с размахом провести целый вечер за вином и диковинными яствами со всего света. Как истинные воины, главы нашей страны старались не злоупотреблять ни алкоголем, ни женщинами, ни едой, своим примером показывая к чему должны стремиться все жители их страны. Несмотря на свое довольно долгое правление, наши Высшие все еще поддерживали свою форму, не давая даже талантливым и опытным генералам переплюнуть их в силе или ловкости.
Дария и Марк не слишком любили подобные мероприятия, но тем не менее откликнулись на приглашение, надеясь смахнуть пыль со старых контактов и может быть завести новые знакомства с гостями из других стран. Я же наотрез отказался принимать участие в подобном, памятуя о том, что совершенно ни с кем не общаюсь из знати, и не пошел на конкурс на место в армии, чем также не прибавил к себе хорошего отношения.
Я проводил своих господ до двери, как всегда смеясь и стараясь обнять каждого. Дария отдала мне трубку Марка, чтобы не дымил на празднике, распугивая гостей, а хозяин в кой-то веки оказался одет полностью. Такое я видел всего несколько раз в жизни. Их наряды сочетались, дорогой, расшитый золотом шелк цвета рубинов и изумруда, мягкими волнами подчеркивал их фигуры, и каждая складочка тонко выверена и лежит на своем месте. В местном жарком климате люди привыкли носить что-то свободное и закрытое или как Марк, открывать свое тело, не боясь яркого солнца, гордо показывая свою красоту и загар. Если денег хватало, то можно было также докупать специальные масла, чтобы кожа блестела, привлекая завистливые взгляды, и пахла розами, сандалом, пачули или чем-то еще. Я сам любил баловаться подобным, правда в основном лишь для того, чтобы не сидеть часами в одной позе перед хозяином. Смотря на меня, ощущая аромат пряностей, он быстро терял терпение и желал не рисовать, а как можно скорее прикоснуться и сжать в своих объятьях. Его ладони быстро отправлялись в путешествие по моему телу.
Попрощавшись, я быстро отвлекся, занявшись своими делами. Времени, что я мог бы провести один у меня было мало, и чаще всего я просто зарывался в книги или изучал листы Некрономикона, надеясь, что хозяева достаточно быстро вернутся.
В этот раз все было так же. Забрав старинные фолианты, я вышел в оранжерею, чтобы встретить закат, и, потерявшись в тексте, не сразу заметил, как солнце окрасило небо в красный цвет. Я обожал смотреть на картины, созданные облаками, и лишь в такие моменты мог остановиться и оглядеть дело рук своих. Чего я добился за время своего развития и исследований?
Где-то далеко послышался грохот и небосвод пронзил столп белого света. Буквально через удар сердца, эта сила осветила всю округу, а может и весь город, ослепляя его жителей. Вспышка была всего мгновение, но яркие круги перед глазами и боль, пронзившая меня, заставила замереть и прижать ладони к векам.
Что это было?
Я боялся пошевелиться, опасаясь, что свет вновь решит выжечь мое зрение, но пение сорокопута и его острые когти, вцепившиеся в плечо, быстро привели меня в себя.