Лейкоцит 4 (СИ)
* * *
— Ну, ладно. Пока, хотя бы так. — Провожая взглядом напоследок ещё несколько раз извинившихся за причинённые неудобства стражников, вынес очередной вердикт я. — Согласны?— Угу. — Нестройным хором отозвались подопечные.— Кто-то что-то ещё добавить хочет?— Грамотный был осмотр. — Чуть поджав губы буркнула Ланда. — Реально грамотный. Сразу видно, что мы у них в этом плане далеко не первые.— Согласен. — Поддакнул той Чунч. — Вот только тупые они. Точнее тот, который без руки, тупой. Реально тупой. Ему дали шанс на халяву вылечиться, а он...— Может и тупой. — Задумчиво закончил за того Варлис. — Но, однозначно с... Яйцами. Потому что вот так вот, самому себе руку оттяпать сможет далеко не каждый. А, ещё... Хоть оно снова и не в тему, но... Интересно он таким как сейчас, в смысле жуком, уже тут стал, или...— Или. — Подключилась к беседе лягушка. — В смысле он таким уже из матки пришёл. Это без вариантов.— Почему ты так в этом уверена?— Потому что в здешние Кузни плоти Великая мать допускает строго начиная с пятого уровня инициации, а у тех стражей данный уровень всего лишь второй. Следовательно, не взирая на все обещания, скорее всего... Быргловый фаллос ему между усиками, а не соответствующее восстановление руки в одной из соответствующих же кузней. Хотя... — Лягушка на мгновение прикрыла глаза. — Хотя, с другой стороны, он все-таки прошедший Тайон Изнат, так что в нынешних условия Великая мать сугубо раде лишней пропаганды... Хрен его знает, в общем.— А теперь немного подробнее о таких вещах как «изнат» и «тайон». — Велел я, после чего тотчас получил от лягушки очередную, крайне, надо отдать ей должное, емкую лекцию, из которой следовало, что, все ново прибывшие в Питальник особи сходу делились на тех самых «изнатов» (сокращение от «изначально твёрдый») к коим относились выбравшие для себя инсектоидный путь развития, и соответственно «изнамов» (сокращение от «изначально мягкий»), к коим относились все остальные.При этом особи первой категории сходу по умолчанию массово зачислялись в греггеров, и далее, после именуемой Тайоном, череды специально разработанных Ульем крайне жёстких фаркхов, либо будучи забракованными отправлялись на переработку в один из материнских чангов, либо принеся присягу получали первый уровень инициации, становясь здешним аналогом лейтенанта, а особи категории второй, точно также массово отправлялись в карантин, он же отстойник, где их по результатам наблюдения делили на все тех же греггеров (читай «рядовых», которым до статуса инициата теперь предстояло пахать, как проклятому) а также Нурдлингов.Что же, вот я, кажется, и выяснил очередной ответ, на очередной же «животрепещущий» вопрос а-ля: «Получают ли тут, покинувшие стартовый сегментум жуки, тупо из-за того, что они жуки, некие преференции?». И хоть толку от данной информации на данный же момент не было никакой, очередную «зарубку» в памяти особи публичное имя Вайл она тем не менее тоже заслужила, ибо, знания лишними не бывают просто по определению. Это я ещё в том богом забытом интернате усвоил.Интернате...Интернате, который был! Как и вся моя прежняя жизнь! Ибо если вдруг внезапно выяснится, что все это ложь, выяснится, что все это не более, чем созданные для меня Биомом, фальшивые воспоминания, то...— Так! А ну, тихо! А ну, успокойся! — Вслух осадил я сам себя.— А я, что? Я ничего? — Тотчас буркнул походу принявший это на свой счёт Варлис. — Стою, молчу, жду инструкций. Ну, да, мне немного страшновато. Однако вы, Магистр Вайл, ведь и сами неоднократно говорили, что страх перед неизвестностью, это совершенно нормально, потому что вообще ничего не боятся только покойники, и безнадежные идиоты. А я, как мне хочется верить, идиот не совсем безнадежный.— Воистину. — Не сдержав усмешки фыркнул я, и резко посерьёзнев, а также хлопнув в ладоши добавил:— Значит так, бойцы! Выделяю вам сейчас один микроцикл на то, чтобы верующие могли помолиться, а все остальные собраться с духом. После чего... Вперёд, и с песней! Ибо грядущее совещание в Храме плоти никто не отменял.— Согласен. — Безропотно кивнул все тот же енот. — А с какой именно песней?— С песней под названием: «Меня зовут особь публичное имя Варлис, и для молитвы у меня на данный момент осталось уже восемьдесят нано циклов из ста». — Отозвался я, после чего демонстративно потеряв к этой хвостатой сволочи интерес, а также сам мимоходом мысленно обратившись к Церебре (надо бы как-нибудь при случае хотя-бы одну настоящую молитву выучить. Так... Приличия раде) снова сконцентрировался на этих гребаных супер-пупер-гимер-мега дверях. Точнее на потенциальных способах в кратчайшие сроки те преодолеть если оные сейчас таки не откроются...— Они откроются. — Внезапно раздался за моей спиной подозрительно знакомый женский голос. — Я тебе это обещаю. Гарантирую. Но, не раньше, чем мы с вами поговорим, господин... Алексей Бриг. Не раньше.Откуда ты это знаешь? — Не спеша оборачиваться, максимально спокойным тоном (ибо повышать голос, а тем более проявлять открытую агрессию к самке, которая знала моё настоящее имя, то самое имя, которое господин Вайл за все время своего пребывания в этом психоделическом мясном мирке не называл никому и никогда, было как минимум не предусмотрительно) поинтересовался я. — В смысле, откуда ты знаешь, как меня на самом деле зовут? Точнее, как меня звали раньше?— А я много, что знаю, Лёша. — Вздохнул голос. — Работа у меня такая. И это... Может хоть лицом ко мне повернешься? Так... Приличия раде.Я подчинился, и уже в следующее мгновение перед моим взором предстала...— Ты не она. — Только и смог прошептать я. — Ты не Ольга, и...— Они спят. — Пробежав взглядом по бесчувственными мешками лежащим у её ног Варлису, Чунчу, Кире и Ланде, прервала меня девушка. — Твои подчинённые целы, живы и здоровы. Они просто спят. А что касается моей внешности, то я действительно не Ольга. Просто мне показалось, что этот... — Она обвела себя руками. — Аватар, в виде твоей первой любви, должен...— Кто ты такая? — Прервал уже я её. — Только честно? Потому как если ты действительно настолько все ведающая, то просто по определению должна знать, что эта вот моя так называемая первая любовь...— Не воспринимала тебя всерьез. А ещё постоянно унижала, оскорбляла, и эксплуатировала, в итоге сделав чуть ли не личным рабом на долгие годы. Да, «Додик»?
— Хватит. — Невольно поморщился я.— Девятый класс, шестнадцать лет, очередное публичное унижение, когда тебя попросили постоять... на шухере, пока она будет трахаться, причем аж с двумя кавалерами разом, побег, и долгая ночная прогулка в никуда, по итогу приведшая тебя на заброшенный пустырь, где ты случайно наткнулся на окружившую какого-то одинокого старика стаю оскалившихся бродячих собак. Помнишь, что было дальше?
Разумеется, особь публичное имя Вайл помнил. Прекрасно помнил всё. Помнил тот пустырь, пробирающий до костей холод, противный мелкий дождь, а также, в порыве злости внезапно вспыхнувшей злости, прицельно брошенный мной в голову самой здоровенной из оных псин увесистый камень, что стал орудием моего же самого первого в жизни убийства, после которого все остальные шавки тотчас с визгом разбежались прочь. Разбежались из-за… меня. Из-за гребанного Додика Алеши…
Далее были моё с этим дедушкой знакомство, посещение его крошечной квартирки, а также довольно длинный, и тяжёлый разговор, во время которого данный старик на полном серьёзе, сделал мне предложение пока поселиться (читай «спрятаться») у него, а дальше, мол, что-нибудь придумаем. Сделал предложение, от которого я отказался, заявив, что хочу вернуться в свой детский дом.
Да, наверное, это было, как минимум, глупо. Однако тот сдохший от моей руки собачий вожак, плюс его моментально разбежавшаяся после этого стая...
— И ты действительно туда вернулся. — Вывел меня из мыслей голос собеседницы. — Вернулся в свой интернат, и все стало ещё хуже. Ибо, первым делом тебе припомнили покинутый... Служебный пост, из-за чего трахающуюся Олечку спалили воспитатели. А ещё...