Беременна от врага (СИ)

— Антон Назарович, — надо же, как изменился тон крёстной с добродушно-грубоватого на медово-елейный. — Простите, что отвлекаю такими пустяками, но Ксения Тарасовна в отпуске, а у исполняющего обязанности нет полномочий визировать назначения на должности помощников руководящего состава.
— Знаю, знаю, — услышала мужской голос. Я продолжала топтаться позади тёти Светы. Отчего-то стало волнительно и страшно. — Татьяна, внесите правки в программу и скорректируйте презентацию.
— Конечно, Антон Назарович, — мимо нас проскользнула худенькая брюнетка в очках с короткой стрижкой, прижимавшая к груди стопку папок и бумаг. Она кивнула нам с крёстной и вышла.
— Ну, показывайте, кого мы принимаем.
Тётя оглянулась и отступила в сторону, я сделала шаг вперёд и впервые увидела того самого генерального, чьё имя здесь все произносили с благоговейным шёпотом. За столом в большом кожаном кресле сидел мужчина. На вид ему было слегка за сорок. Короткие русые волосы, классический тёмно-серый костюм и пристальный взгляд умных синих глаз. Я словно ощутила себя под рентгеном. Опустила глаза и промямлила:
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, — быстро взглянул в бумаги и снова на меня, — Виктория Константиновна. Холодно сегодня, не так ли?
— Ммм… — нахмурилась. Что за странные вопросы? — Да, наверное.
Он продолжал смотреть на меня:
— Как вам у нас нравится?
— Очень нравится! — кивнула уверенно, сцепила руки за спиной, поднялась на носочки и опустилась обратно на шпильки. Нормальный мужик, вроде. Не умничает, ничего сложного не спрашивает, можно чуть расслабиться.
Генеральный улыбнулся мне и перевёл взгляд на тётю Свету:
— Этап собеседования и все проверки по протоколу пройдены?
— Да, Антон Назарович, — закивала крёстная, — в бумагах всё есть, всё приложено.
— Надо же, и даже виза безопасников уже есть!
— Так точно, Антон Назарович.
Голос крёстной дрогнул. Я недоумённо на неё посмотрела: чего она так нервничает? Всё ведь нормально вроде бы. Даже лучше, чем мы думали. По крайней мере, как и рассчитывала тётя Света, на этом этапе уже никто не стал заглядывать в мой диплом, и даже каверзных вопросов я не услышала.
— Что ж, — генеральный улыбнулся кончиками губ и взялся за тонкую металлическую ручку стального оттенка. — В таком случае добро пожаловать в «Русь Пром», Виктория Константиновна.
— Спасибо! — ответила уверенно и громко, расплывшись в ответной улыбке. Мысленно я была уже на обеде. Потом можно прикрыть дверь и вздремнуть в моём личном кабинете. Кайф!
Ободряюще покосилась на крёстную. Та стояла, ни жива, ни мертва, сверля взглядом ручку в изящных пальцах генерального. Мужчина почти донёс её до бумаги. Сейчас подпишет, и на обед! Ура! Что, ну, скажите, что могло пойти не так? Но ведь, увы, пошло…
— Александровичу нашли новую помощницу?
— Нет, — прохрипела тётя Света.
В кабинете стало тихо. Ручка в пальцах генерального зависла в воздухе, так и не коснувшись бумаги. Мужчина поднял на тётю Свету быстрый взгляд и спросил:
— Почему?
— Мммы… мыыы… ищем, ищем, Антон Назарович, но вы же сами знаете, как это непросто. Он уволил восьмерых за полгода! Как так можно, я не понимаю!
Генеральный отложил ручку в сторону. Эй! Что происходит? Мужчина больше не улыбался. В его голосе послышались ледяные нотки:
— Понимать решения финансового директора не вашего ума дело, Светлана Артёмовна. Ваша компетенция — подбирать персонал, за это вам платят. — Уголки губ мужчины недовольно опустились. — Финансовый директор холдинга без помощницы, а вы принимаете девушку к Торговой, которая в отпуске. Где логика, Светлана Артёмовна?
— Но…
— Переоформляйте! — сказал, как отрезал. — Сейчас же, и сразу мне на подпись. Не лично, через секретаря.
— Позвольте, Антон Назарович! — на висках тёти Светы выступили капельки пота, а щёки покрылись красными пятнами от волнения. — Но ведь он уволит её, недели не пройдёт! Как и остальных, а Ксения Тарасовна лично девушку одобрила.
— Если так — оформите потом перевод к себе в управление, — взглянул на меня и строго добавил, — при отсутствии дисциплинарных взысканий.
 
— Спасибо! — выдохнула тётя Света, трясущимися руками забрала бумаги и суетливо метнулась в сторону выхода. Я проследовала за ней. Обернулась в дверях и сказала:
— До свидания.
— Всего доброго, Виктория Константиновна, — генеральный даже не взглянул на меня.
Тётя Света пронеслась через всю приёмную, словно метеор, проигнорировав вежливые вопросы девушек на ресепшн. Я едва поспевала за ней. В лифте мы ехали не одни, и она покачала головой в ответ на мои попытки выяснить, что всё это значит.
И только когда она закрыла изнутри свой кабинет, плюхнулась в кресло и плеснула в кружку какую-то жидкость из фляжки, я поняла: дело дрянь.
Присела на краешек стула и всмотрелась в лицо крёстной:
— Что стряслось, тёть Свет? Меня не взяли?
С испугом наблюдала, как крёстная залпом выпила содержимое кружки и даже не поморщилась. Ноздри уловили тонкий аромат виски. Мне сделалось вообще не по себе:
— Тёть Свет? Всё так плохо?
Крёстная взглянула на меня с жалостью и прошептала сиплым голосом:
— Лучше б тебя вообще не взяли, чем — к нему.
— К кому? — паника тёти Светы передаётся и мне тоже.
— Ты же сама слышала — к финдиректору, что б его. О дружочке своём беспокоится в первую очередь. Финдиректор холдинга без помощницы, — передразнила крёстная голос генерального.
Я хихикнула — получилось похоже, но тут же поджала губы под строгим взглядом тёти. Та продолжала:
— А почему, спрашивается, финдиректор без помощницы? А? — в ответ я пожала плечами. Какое мне дело, я вообще хочу на обед! — Да потому что этот мерзавец-самодур увольняет их пачками, вот почему! Нормальная девчонка приходит на работу, умница, красавица, кровь с молоком, всё при ней, а через неделю её не узнать! Бледная тень с трясущимися руками и затравленным взглядом. Что он с ними делает — боюсь представить! И ни одна не продержалась дольше двух недель! Ни одна! Из восьми.
— Ну, псих какой-то, что теперь? Мало психов? Нам-то какое дело?
Я достала из сумочки зеркальце и принялась обновлять помаду. Раз уж обед откладывается, поправим мейк. Сомкнула и разомкнула губы, оценила результат, затем щёлкнула зеркальцем, и только тут заметила, что тётя Света пристально наблюдает за мной, сложив подбородок на тыльную сторону сцепленных ладоней. Я хлопнула глазами:
— Что?
— Ты не поняла, Вик?
— Что не поняла?
— Ты — следующая!
— Чтооо? — выпучила глаза и даже вскочила на ноги. Прошлась взад и вперёд, заламывая руки. — Почемууу? А как же мой кабинет? А свежие сплетни для Ксении Тарасовны? Я не хочу к какому-то мужику! Ещё и психу!
— Не нам решать к сожалению, — покачала крёстная головой, затем наклонилась через стол ко мне и тихо сказала, — но я что-нибудь придумаю, обещаю. А пока бери ручку, будем переписывать заявление.
Денис.
Привычная полутьма подземной директорской парковки. Вышел из чёрного автомобиля представительского класса, кивнул личному водителю, придерживающему дверцу машины, вошёл в отдельный лифт для руководства.
Бесшумный лифт плавно плыл наверх. Привычным жестом поправил запонки и узел галстука. Того самого, к которому прикасалась ОНА. Чёрт бы её побрал – упорно не вылазит из головы.
Вообще не вспоминал о ней со школы, были дела поважнее. Учёба в Англии, стажировка в западной компании, предложение о работе. Но вернулся на Родину. Карьера быстро двигалась вверх, и вот уже кресло финансового директора в нефтяном гиганте.
Знакомство с Олей, аудитором из крупной компании, работающей по аутсорсингу. Спокойная, умная, милая. Ни одного скандала за два года отношений. Встречались по выходным, у неё или у меня. Порой казалось, что она — тот же я, только в юбке. Всё было прекрасно и ровно.
Холдинг процветал, медленно, но верно становясь монополистом. Жизнь удалась, казалось бы. Вот только порой накатывала какая-то неясная грусть. Словно делаю что-то не то, не туда иду, словно чего-то не хватает. Но подолгу копаться в себе я не привык, да и времени не было.