Беременна от врага (СИ)

— Это… это потрясающе! — прошептала в ответ, толком не понимая, относятся ли эти слова только к буйству красок в ночном небе, или к тому, что мне вдруг так хорошо здесь и сейчас. На краю света с этим человеком. И я боюсь пошевелиться, боюсь разрушить момент, который — я уже тогда это знала — запомню на всю жизнь.
Распахнулась дверь машины, и Аристов тут же шагнул в сторону. Но Илья не смотрел на нас, а активно фотографировал небо, расцвеченное миллиардами зелёных огней. И что всё это значит? И как это понимать?
Мужчина сказал:
— Идём в машину, пока не замёрзла.
— Да, сейчас, — снова взглянула на небо, не желая расставаться с прекрасным зрелищем.
Всё-таки невероятные вещи умеет природа. И как удивителен мир! Одно только северное сияние стоило того, чтобы сюда приехать! А что-то мне подсказывало, что главные открытия ещё ждут меня впереди.
— Вика! — Аристов уже отошёл на несколько шагов в сторону дороги и теперь нетерпеливо махнул рукой, подзывая меня.
— Чего тебе? Денис Александрович, — пробормотала себе под нос.
— Не ёрничай. Идём, говорю. Холодно же.
— Иду, иду.
Подышала на озябшие пальцы, засунула их в карманы и быстро прошла к машине мимо него. Какой длинный день сегодня! Скорей бы уже выпить кружку горячего чая, а после свернуться калачиком под тёплым одеялом и сладко спать. У меня это получится, а вот Аристов ещё не знает, что его ждёт в гостинице, ха-ха. Небольшой сюрприз. И не скажу, что приятный.
Свет фар выхватил в темноте зимней ночи горящую вывеску «Белый берег». Мы припарковались рядом с микроавтобусом. Ага, ребята уже заселились, ну, что ж. Жаль, что не увидят истерику своего начальника, ну ничего, насладимся ею на пару с Ильёй.
Смирнов как раз поднимался по лестнице с чемоданом в руках, когда я перешагнула порог гостиницы под звяканье колокольчика. Рыжий подмигнул мне, прежде чем скрыться за поворотом. Я поджала губы и отвернулась к стойке регистрации.
— Здравствуйте! — расплылась в широкой улыбке.
— Доброй ночи, — сонно зевнул полный мужчина с лоснящейся лысиной.
Пока остальные возились с чемоданами, я наклонилась вперёд и доверительно зашептала:
— Я бронировала несколько номеров на «Русь Пром».
— А, так ваши уже заселились!
— Да, да, наши, — облизнула губы и воровато оглянулась. Илья отряхивал снег с ботинок. Аристов разговаривал по телефону. — И у нас должно быть ещё два номера. Одноместный и двухместный с двуспальной кроватью.
Последние слова я сказала шёпотом.
— Разве? — мужчина кашлянул и почесал затылок. Затем оглянулся на полку за спиной, на которой на крючках висели ключи. — Кхм.
— Что-то не так? — я сразу почувствовала неладное.
— Похоже, накладочка вышла. У нас только один номер остался.
— В смысле?! — громко возмутилась, тараща глаза. — У меня подтверждение брони есть!
— Да знаю я, знаю, девушка, не кричите! Нету номеров, говорю вам, я вам откуда их возьму, если их нету? Заселяйтесь в один, там большая кровать, поместитесь.
Его добродушная усмешка вызвала внутри волну ярости. Я перегнулась через стойку регистрации и зашипела прямо в его ленивое лицо:
— Слушай сюда, лысый чёрт! Я добиралась сранову тучу времени и всё, чего хочу — тёплая комната и постель. А ты мне вдруг предлагаешь заселиться в номер с двумя мужиками? Ты прикалываешься? Мне в Роспотребнадзор позвонить? Или в налоговую? Или сразу везде?
При упоминании госорганов мужчина выпучил глаза и замахал руками:
— Не надо никуда звонить! Не хотите, как хотите, сейчас, значит, что-нибудь порешаем! Маша? Маааш?
Лысый скрылся за какой-то дверью. Я принялась нервно барабанить ногтями по стойке, чувствуя себя кастрюлькой с кипятком, прикрытой дребезжащей лёгкой крышечкой. Прикололась, блин! Хотела заселить Аристова вдвоём с Ильёй в номер с двуспалкой, а теперь по всему выходит, что и мне между ними лежать на этой самой двуспалке. А всё потому, что дебилы не могут правильно посчитать номера в своей дебильной дыре. Как будто это так сложно, чёрт их дери!
— Какие-то проблемы? — голос начальника за спиной заставил вздрогнуть.
 
— Проблемы сейчас будут у лысого чёрта, который накосячил, — процедила зло, чувствуя, как раздуваются ноздри. — Ничего нельзя никому поручить! Хочешь сделать хорошо — сделай сам. Так и знала, что кто-то накосячит в этой грёбанной дыре!
— Забавно, – хмыкнул Аристов, опираясь локтем на стойку и с любопытством меня рассматривая, — слышать подобные претензии. От тебя.
— Знаешь что? — не вовремя ты вздумал шутить, ох, не вовремя. — Я всё сделала правильно! Вы долетели и доехали без проблем! И если бы не один лысый чёрт…
В этот момент регистратор вернулся с ключом в руке:
— Вы всё ругаетесь, девушка? Не ругайтесь. Нашёл я вам одноместный номер, не кричите. Бумагу заполнили? Молодца. Нате вам ваши ключики, одноместный на втором этаже, двухместный на третьем.
Аристов подхватил мой чемодан и улыбнулся:
— Я так понимаю, одноместный для капризной принцессы?
— Вы сегодня догадливый, — ответила Аристову, глядя убийственным взглядом на лысого толстяка. — Денис Александрович.
Поворачивая ключ в замочной скважине, я уже предвкушала, как хлопнусь на кроватку и растянусь, наконец-то на спине после долгого дня…
— Это что за фигня? — только и смогла выдавить упавшим голосом.
Комнатушка представляла собой колодец метра три на три с узкой кроватью и кое-как впихнутой тумбочкой. Я растерянно оглянулась назад, заметив на стене коридора табличку «Общий душ и туалет» и криво нарисованную стрелку влево.
Аристов захлопал в ладоши:
— Браво, Виктория! Твой чум — всем чумам чум!
— Я сейчас убью этого лысого чёрта! — прошептала упавшим голосом. — Идём-ка обратно.
— Вик, слушай, Бог с ним, — Илья обошёл меня, вкатил свой чемодан и мягко забрал из пальцев ключ. — Я сам устал как чёрт, какая разница, где перекантоваться пару дней. Мне подходит, я беру.
И, пока я соображала, что только что произошло, дверь перед моим носом захлопнулась, а позади раздался голос:
— Ну, идём, принцесса. Смотреть наш с тобой чум.
— Я иду вниз, — упрямо помотала головой.
— Да, хватит уже, Вик. Ты же слышала его — нет свободных номеров, этот-то кое-как нашёл.
— Лысый чёрт.
— Идём, поздно уже. Надо выспаться, завтра с утра едем на станцию.
Брела за ним следом, не разбирая дороги и продолжая мысленно ругать, на чём свет стоит регистратора.
— Ого! — воскликнул Аристов, зажигая свет и переступая порог номера. — Да я смотрю, ты как следует подготовилась! Признавайся, это всё твой коварный план?
Я обречённо шагнула следом. Всё как на фотографиях, да. Номер для молодожёнов. Огромная кровать с пошлым розовым балдахином. Полотенца, разложенные сердечками. Бутылка шампанского с двумя бокалами на столе — идёт в подарок по акции. Да уж блин. Прикололась, что называется. Над собой.
Но Аристову это знать не обязательно, теперь-то. Какой смысл?
— Лысый чёрт что-то напутал, что с него взять? Ты ж сам видел, чукча, он и есть чукча. — Пробубнила под нос, скидывая ботинки.
Хотя бы туалет с ванной здесь прямо в номере, и тепло, и халаты банные есть, и тапочки, и матрас, наверное, нормальный. Аристов как раз попробовал его руками:
— Ну, что, Карамзина, повторим? Как тогда в клубе? М?
— Идите в жопу, Денис Александрович, со своими шуточками, — покопавшись, как следует, в чемодане, извлекла тёплый пижамный комплект в модную полоску, — я первая в ванную!
— Ну, вот... А говорят, что секретарши не только для того, чтобы кофе носить.
— Врут! — буркнула через плечо, хлопнула дверью и повернула задвижку.
  
11. Разбор полётов
 
Вика.
Вышла из ванной и едва доползла до кровати. Боже, как приятно пахнет белоснежное бельё! Насколько непередаваемо прекрасно принять душ после грязного аэропорта и длинной дороги! Как классно растянуться на удобной кровати после сумасшедшего дня! И как мало надо для счастья человеку, оказывается. Офигеть не встать! Под размеренный шум воды в душе я моментально провалилась в сон.