Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

Наверху, в королевских апартаментах, Хулиан, переодеваясь, смотрел по телевизору пресс-конференцию Моники Мартин. Принц очень устал и наконец мог по-настоящему расслабиться: он знал, что Амбра дома и крепко спит. Слова, которые она сказала в конце телефонного разговора, наполнили его сердце радостью.
Хулиан, для меня невероятно важно, что ты готов начать все сначала, только вдвоем, вдали от любопытных глаз публики. Любовь — личное дело каждого, мир не обязан знать подробности.
В скорбный день смерти отца Амбра подарила ему оптимизм и надежду.
Он собрался повесить пиджак на плечики, но случайно наткнулся на что-то в кармане. Бутылочка с морфием из больничной палаты отца. Он нашел ее на столике перед епископом — пустую.
В темной палате, осознав горькую истину, Хулиан опустился на колени и помолился о двух старых верных друзьях. Потом тихо опустил бутылочку в карман пиджака. Прежде чем выйти из палаты, он осторожно поднял залитое слезами лицо Вальдеспино с груди короля, а затем ровно усадил епископа на больничный стул.
И сложил ему руки, как для молитвы.
Любовь — личное дело каждого. Амбра научила его этому. Мир не обязан знать подробности.
  
Глава 104
 
Гора Монтжуик высотой около ста восьмидесяти трех метров находится на юго-западе Барселоны. Вершину ее венчает одноименная крепость — это сильно растянутое в длину фортификационное сооружение семнадцатого века стоит на краю крутого обрыва, с которого открывается величественный вид на Балеарское море. Здесь же, на горе, расположено массивное здание в стиле ренессанс — Национальный дворец Каталонии, принимавший Всемирную выставку 1929 года.
Кабинка канатной дороги медленно ползла вверх, до вершины оставалось еще полпути. Роберт Лэнгдон, покачиваясь вместе с кабинкой, смотрел вниз на пышную зелень. Наконец-то он выбрался из города. Нужно было просто поменять угол зрения, думал он, наслаждаясь мирным пейзажем и теплом полуденного солнца.
Проснувшись в гранд-отеле «Принцесса София» довольно поздно, он принял обжигающе-горячий душ, заказал плотный завтрак — яйца, овсянка, пончики чуррос [385] — и выпил целый кофейник кофе «Номад» [386], перескакивая с канала на канал и просматривая утренние новости.
Как он и подозревал, в медиапространстве безоговорочно царил Эдмонд Кирш вместе с его открытием. Ученые-эксперты горячо обсуждали теорию футуролога и ее потенциальное влияние на мировые религии. Будучи преподавателем, чье дело жизни — учить, Лэнгдон не мог сдержать улыбки.
Диалог всегда важнее, чем консенсус.
Шагая по утренним улицам, он обратил внимание на оживленную торговлю автомобильными наклейками: «Кирш — мой второй пилот» или «Седьмое царство — царство Бога». А на уличных лотках рядом со статуэтками Девы Марии невесть откуда появились болванчики с качающимися головами Чарлза Дарвина.
Капитализм всегда вне конфессий, размышлял Лэнгдон, вспоминая утреннюю сценку, которая понравилась ему больше всего, — скейтбордист на доске и в футболке, на которой написано от руки:
 
Я —  [email protected]
 
Медиа сообщали, что личность информатора, сильно повлиявшего на события прошлой ночи, так и осталась загадкой. Очень расплывчато СМИ высказывались и о том, какую роль сыграли в ночных происшествиях и другие их участники — Регент, покойный епископ Вальдеспино, пальмариане.
Все это, конечно, были сплошные домыслы.
К счастью, на смену ажиотажу вокруг жестокого убийства Кирша постепенно приходило искреннее восхищение его работой. Мощный финал презентации и вдохновенный рассказ о прекрасном будущем человечества нашли отклик в сердцах миллионов — и буквально за одну ночь классические книги о технологиях возглавили списки бестселлеров.
ИЗОБИЛИЕ: БУДУЩЕЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ [387]
 
ЧЕГО ХОТЯТ ТЕХНОЛОГИИ [388]
СИНГУЛЯРНОСТЬ УЖЕ БЛИЗКА [389]
Лэнгдон, как человек старой закалки, всегда испытывал некоторые опасения из-за стремительного развития технологий. Но сегодня вынужден был признать, что стал гораздо оптимистичнее относиться к перспективам человечества. В новостях уже давно сообщают о грядущих научных прорывах. Если этому верить, скоро люди получат возможность очищать океаны от загрязнений, производить сколько угодно питьевой воды, выращивать овощи и фрукты в пустынях, лечить смертельные болезни и даже запускать над слаборазвитыми странами солярные дроны — эти аппараты обеспечат их бесплатным Интернетом и помогут постепенно включиться в мировую экономику.
Одно удивляло Лэнгдона: как получилось, что на волне всеобщего увлечения новыми технологиями никому ничего не известно об Уинстоне? Видимо, Эдмонд тщательно скрывал свое творение. Но теперь мир знает о бикамеральном квантовом «Е-Wave», который стоит сейчас в Суперкомпьютерном центре. Интересно, спрашивал себя Лэнгдон, сколько времени пройдет, прежде чем программисты, вооружившись технологиями Эдмонда, начнут плодить новеньких, с иголочки, Уинстонов?
Кабинка нагревалась все сильнее. Лэнгдон дождаться не мог, когда наконец выберется на свежий воздух, увидит крепость, дворец и знаменитый Магический фонтан. Хотя бы на час занять голову чем-то, кроме Эдмонда, — и заодно полюбоваться местными достопримечательностями.
Желая узнать больше об истории горы, Лэнгдон начал читать большой информационный плакат, наклеенный внутри кабинки. Но прочитал только первое предложение.
 
Название Монтжуик происходит от латинского Mons Jovicus (Гора Юпитера) или же от средневекового каталанского Montjuich (Гора Иудеев).
 
Лэнгдон замер.
У него мелькнула одна мысль. Точнее, он обнаружил странную связь.
Нет, это не может быть совпадением.
Чем больше он думал об этом, тем больше тревожился. В конце концов вытащил из кармана телефон Эдмонда и еще раз перечитал на заставке экрана цитату Уинстона Черчилля:
История будет ко мне благосклонна, ибо я намерен ее написать.
Лэнгдон долго собирался с духом, потом нажал на иконку с буквой W и поднес телефон к уху.
Соединение установилось мгновенно.
— Профессор Лэнгдон, я полагаю? [390] — проговорил знакомый голос с британским акцентом. — Вы как раз вовремя. Я скоро отбываю.
Без предисловий Лэнгдон заявил:
— Monte по-испански значит то же, что hill по-английски [391].
Уинстон рассмеялся своим странным смешком.
— Осмелюсь сказать, что да.
— А iglesia — по-английски church [392].
— Два попадания из двух, профессор. Думаю, вам стоит всерьез заняться испанским…
— Получается,  [email protected] в буквальном переводе —  [email protected]?
— И снова верно, — после небольшой паузы ответил Уинстон.
— Поскольку твое имя Уинстон, и Эдмонд всегда почитал Черчилля, электронный адрес « [email protected]» кажется мне…
— Выбранным не случайно?
— Именно.
— Ну что ж, — весело отозвался Уинстон, — я вынужден согласиться. Знал, что вы разгадаете эту загадку.
Лэнгдон смотрел в окно, все еще не веря происходящему.
— Значит,  [email protected]… это ты.
— Верно. В конце концов, кто-то же должен был раздувать костер для Эдмонда? Кто, если не я? Адрес  [email protected] придуман для того, чтобы подкармливать информацией конспирологические сайты. Как вы знаете, теории заговоров живут своей жизнью, и я предположил, что онлайн-активность этого Монте увеличит общую аудиторию Эдмонда на целых пятьсот процентов. В итоге оказалось, на шестьсот двадцать. Как вы сказали вчера, Эдмонд гордился бы мной.