Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)
— Многие в Сети, — продолжал Уинстон, — задаются вопросом: не слишком ли странное совпадение, что эти двое скончались почти одновременно?
Лэнгдон молча кивнул. Так или иначе, но сейчас епископ Вальдеспино — единственный на земле человек, которому известно, в чем суть открытия Эдмонда Кирша.
«Гольфстрим-G550» коснулся посадочной полосы аэропорта Сабадель в предместье Барселоны. Амбра смотрела в иллюминатор: репортеров не было. Эдмонд говорил, что пользуется этим маленьким аэропортом, чтобы избегать встреч с папарацци в международном аэропорту Барселоны Эль-Прат. Амбра знала: на самом деле причина в другом. Эдмонд любил внимание публики и держал свой самолет в аэропорту Сабадель только потому, что ему нравилось добираться до дома по горным серпантинам на любимом спорткаре «Тесла-XP90D» ручной сборки, который, по слухам, подарил ему Илон Маск [329]. Говорят, однажды Эдмонд предложил своим пилотам устроить гонку «на милю» — «гольфстрим» против «теслы», но летчики прикинули шансы и отказались.
Мне будет не хватать Эдмонда, с грустью подумала Амбра. Да, он был зациклен на себе, нагл и порой невыносим, но такой блистательный ум не заслуживал столь ужасного конца. Мы должны почтить его память, не позволив пропасть его открытию.
Самолет остановился в личном ангаре Эдмонда, шум двигателей смолк. Кругом было тихо и спокойно. Похоже, их пока не засекли.
Спускаясь по трапу самолета, Амбра вдохнула ночной воздух и попыталась собраться с мыслями. Второй бокал вина явно был лишним. Ступив на бетонный пол ангара, она слегка пошатнулась, и тут же под локоть ее подхватила сильная рука Лэнгдона.
— Спасибо, — прошептала Амбра и улыбнулась.
Лэнгдон после двух чашек кофе выглядел сосредоточенным и бодрым.
— Нам надо сматываться как можно скорее, — сказал он, глядя на элегантный черный спорткар, припаркованный в углу ангара. — Это и есть машина, о которой вы говорили?
Она кивнула:
— Тайная любовь Эдмонда.
— Номер какой-то странный.
Амбра посмотрела на номерной знак и усмехнулась.
E-WAVE— Эдмонд рассказал, — объяснила она, — что «Гугл» и НАСА недавно разработали «квантовый» суперкомпьютер и назвали его «D-Wave». Эдмонд пытался донести до меня, как он работает, но там все сложно. Суперпозиции, квантовая механика. Словом, машина построена на совершенно новых принципах. Эдмонд сказал, что сделает компьютер лучше, чем «D-Wave». Собирался назвать его «Е-Wave».
Е — это от Эдмонд [330], подумал Лэнгдон.
И еще Е в английском алфавите идет после D, подумала Амбра, вспоминая историю, которую рассказал ей Эдмонд. Знаменитый компьютер в фильме «2001 год: Космическая одиссея» назывался «HAL», потому что каждая буква предшествовала в алфавите буквам «IBM».
— А ключ от машины? — спросил Лэнгдон. — Он не сказал, где его прячет?
— Ключ не нужен. — Амбра помахала смартфоном Эдмонда. — Он показывал мне, как это работает, когда я гостила у него месяц назад.
Она коснулась экрана смартфона, запустила приложение «Тесла» и выбрала команду.
У спорткара включились фары, и он, бесшумно подкатив к Лэнгдону и Амбре, остановился.
Профессор настороженно смотрел на автомобиль: ему явно не хотелось ехать в машине, которая все делает сама.
— Не волнуйтесь, — успокоила его Амбра. — Садитесь за руль. До дома Эдмонда поведете вы.
Лэнгдон кивнул в знак согласия и начал обходить автомобиль, направляясь к водительской дверце. Оказавшись перед передним бампером, взглянул на номер и расхохотался. Амбра знала, что его рассмешило. На рамке спереди было написано: И АЙТИШНИКИ НАСЛЕДУЮТ ЗЕМЛЮ.
— Как это характерно для Эдмонда, — улыбнулся Лэнгдон, садясь за руль. — Скромность никогда не входила в число его достоинств.
— Он любил свою машину, — сказала Амбра, опускаясь на пассажирское сиденье. — Этот электромобиль шустрее, чем «феррари».
Лэнгдон поежился, глядя на навороченную приборную панель.
— Вообще-то я не большой поклонник автомобилей.
Амбра улыбнулась:
— У вас все впереди.
Глава 48
Такси «Убер» мчалось в темноте на восток, а адмирал Авила вспоминал, сколько раз, будучи на морской службе, заходил в порт Барселоны.
Прежняя жизнь казалась такой далекой, и закончилась она взрывом в Севилье. Судьба жестока и непредсказуема, как капризная женщина. Но сейчас она, похоже, перестала истерить и начала вести себя разумно. Та же судьба, что растерзала его душу в кафедральном соборе, подарила ему вторую жизнь, которая тоже началась в стенах собора, но совершенно иного.
И привел его туда простой физиотерапевт по имени Марко.
— Встреча с папой? — с удивлением спрашивал Авила много месяцев назад, когда Марко впервые сказал ему, что такое возможно. — Завтра? В Риме?
— Завтра в Испании, — ответил Марко. — Папа здесь.
Авила смотрел на него, как на сумасшедшего.
— Но в СМИ ничего не было о визите его святейшества в Испанию.
— Немного терпения и доверия, адмирал, — улыбнулся Марко. — Если, конечно, завтра у вас нет более важных дел.
Авила молча посмотрел на раненую ногу.
— Выезжаем завтра в девять, — сказал Марко. — Обещаю, поездка будет куда легче, чем занятие по реабилитации.
На следующее утро Авила, облаченный в парадную форму, которую Марко привез ему из дома, ковылял на костылях по двору к «фиату» Марко. Они выехали с территории больницы и помчались по авенида-де-ла-Раца, потом покинули город и продолжили движение на юг по трассе N-IV.
— Куда мы едем? — с тревогой спросил Авила.
— Не беспокойтесь, — ответил с улыбкой Марко. — Доверьтесь мне. Осталось всего полчаса.
Авила знал, что вдоль трассы N-IV на протяжении ближайших 150 километров — ничего, кроме выжженных солнцем пастбищ. Не совершает ли он ужасную ошибку?
Через полчаса они подъехали к городу-призраку Эль-Торбискаль — некогда он процветал, но теперь в нем не осталось ни одного жителя. Куда, черт возьми, он меня везет? Марко проехал еще несколько минут прямо, потом съехал с трассы и повернул на север.
— Смотрите! — Марко указал рукой куда-то в поле.
Авила ничего не видел. Или у инструктора галлюцинации, или глаза у адмирала уже не те. Они проехали еще чуть-чуть, и Авила вздрогнул от удивления.
Это… собор?
Столь внушительное здание скорее подходило для Мадрида или Парижа. Авила всю жизнь прожил в Севилье, но не знал, что относительно недалеко от города в чистом поле стоит такой огромный собор. Чем ближе они подъезжали, тем более ошеломляющее впечатление производило грандиозное строение. Мощные бетонные стены свидетельствовали о таком уровне безопасности, какой Авиле доводилось встречать только в Ватикане.
Марко свернул с магистрали на узкую подъездную дорожку и вскоре остановился у высоких железных ворот. Он вынул из бардачка ламинированную карточку и положил под лобовое стекло.
Вскоре появился охранник. Посмотрел на карточку, потом заглянул в салон машины и, узнав Марко, приветливо улыбнулся:
— Bienvenidos.¿Qué tal, Marco? [331]
Они пожали друг другу руки, и Марко представил адмирала Авилу.
— Ha venido a conocer al papa, — объяснил Марко охраннику. Приехал на встречу с папой.
Охранник кивнул, окинул уважительным взглядом награды на кителе Авилы и махнул рукой: проезжайте. Массивные ворота распахнулись. Авиле показалось, будто они въезжают в средневековый замок.
Перед ними возвышался величественный готический собор. Восемь устремленных ввысь шпилей с трехъярусными колокольнями. Три массивных купола составляли центр композиции. Облицован собор был бурым и белым камнем, и это придавало ему неожиданно современный вид.