Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

Утрачивают веру…
Так вот, значит, для чего вся эта затея? Лэнгдона мучил вопрос, как отреагируют христиане всего мира, увидев, что их кардиналы валяются на улице, словно дохлые собаки. Если вера не смогла защитить высших священнослужителей от происков сатаны, то на что же надеяться им — простым смертным? Лэнгдону казалось, что в его голове стучит тяжелый молот… а какие-то негромкие голоса распевают военный гимн.
«Вера тебя не спасет… Тебя спасут медицина и надувные мешки в автомобиле. Бог тебя не защитит… Тебя сможет защитить только разум. Только просвещение… Верь лишь в то, что приносит ощутимые результаты. Сколько лет прошло с тех пор, когда кто-то расхаживал по воде аки посуху? В наше время чудеса способна творить только наука… компьютеры, вакцины, космические станции… а теперь даже и божественное чудо творения. Вещество из ничего получено в лаборатории… Кому нужен этот Бог? Никому! Наука — вот наше божество!»
В ушах Лэнгдона зазвучал голос убийцы. Полночь… Математическая прогрессия смерти… невинные агнцы, возложенные на алтарь науки.
Затем навязчивые голоса вдруг исчезли. Призраки разбежались так, как разбегается толпа при звуках первого выстрела.
Роберт Лэнгдон вскочил на ноги настолько резко, что его стул откинулся назад и со стуком свалился на пол.
Виттория и камерарий едва не подпрыгнули от неожиданности.
— Как я мог этого не увидеть? — прошептал Лэнгдон словно завороженный. — Ведь это было совершенно очевидно…
— Не увидеть что? — спросила Виттория.
Не ответив на вопрос девушки, Лэнгдон повернулся к священнику и сказал:
— Святой отец, в течение трех лет я бомбардировал кабинет его преосвященства просьбами открыть для меня доступ к архивам Ватикана. И семь раз я получил отказ.
— Простите, мистер Лэнгдон, но боюсь, что сейчас не время выступать с подобными жалобами.
— Мне нужен немедленный доступ в архивы. Это касается четырех исчезнувших кардиналов. Не исключено, что я смогу узнать те места, где их собираются убить.
Виттория бросила на него изумленный, непонимающий взгляд.
Камерарий явно растерялся и выглядел так, словно стал мишенью какой-то грубой шутки.
— Не могу поверить в то, что подобная информация содержится в наших архивах.
— Не стану обещать, что добуду нужные сведения вовремя, но если вы допустите меня…
— Мистер Лэнгдон, через четыре минуты я обязан появиться в Сикстинской капелле. А архив расположен в противоположном конце Ватикана.
— Вы ведь не шутите? — спросила Виттория, заглядывая Лэнгдону в глаза. Казалось, в их глубине она хотела увидеть, насколько серьезны его намерения.
— Сейчас не время для шуток! — бросил Лэнгдон.
— Святой отец, — сказала Виттория, оборачиваясь к камерарию, — если имеется хотя бы малейший шанс… узнать, где намечены убийства, мы могли бы устроить там засады и…
— Но при чем здесь архивы? — недоуменно спросил клирик. — Каким образом в них может оказаться подобная информация?
— На объяснение уйдет гораздо больше времени, чем у нас есть. Но если я прав, эта информация поможет нам схватить ассасина.
Камерарий, судя по его виду, очень хотел поверить словам американца и почему-то не мог.
— Но в этих архивах хранятся величайшие тайны христианства. Сокровища, на которые даже я не имею права взглянуть.
— Мне это известно.
— Пользоваться архивами можно, лишь имея письменное разрешение главного хранителя или Библиотечного совета Ватикана.
— Или прямое согласие папы, — добавил Лэнгдон. — Об этом сказано во всех отказах, которые направил мне ваш главный хранитель.
Камерарий кивнул, подтверждая слова американца.
— Не хочу показаться чрезмерно настойчивым, — продолжал Лэнгдон, — но если я не ошибаюсь, то папское разрешение исходит именно из этого кабинета. И, как нам всем известно, в настоящее время вы являетесь его хозяином. Учитывая обстоятельства…
Камерарий извлек из кармана сутаны часы и посмотрел на циферблат.
— Мистер Лэнгдон, для того чтобы спасти церковь, я в буквальном смысле слова готов пожертвовать своей жизнью.
 
По выражению глаз прелата Лэнгдон понял, что тот говорит правду.
— Вы действительно уверены, что этот документ хранится в наших архивах? И вы действительно верите в то, что он способен помочь нам установить, где расположены эти четыре церкви?
— Если бы я не был в этом уверен, то не стал бы столько раз просить разрешения на доступ в архивы. Италия слишком далека от Соединенных Штатов, чтобы лететь туда без уверенности его получить. Подобные вещи чересчур обременительны для скромного профессорского жалованья. Документ этот является старинной…
— Умоляю… — прервал его камерарий. — Простите меня, но мой мозг уже отказывается воспринимать какие-либо дополнительные сведения. Вам известно, где находится секретный архив?
— Около ворот Святой Анны, — почему-то волнуясь, ответил Лэнгдон.
— Впечатляюще! — заметил камерарий. — Большинство ученых полагают, что в архивы ведет потайная дверь за троном Святого Петра.
— Весьма распространенное заблуждение в научных кругах. Та дверь ведет в Archivio della Reverenda di Fabbrica di S. Pietro [59], — ответил Лэнгдон.
— Обычно всех посетителей архива сопровождает ассистент библиотекаря, но сейчас в архивах никого нет. Таким образом, вы получаете от меня карт-бланш. Учтите, что даже кардиналы не имеют права входить в архив без сопровождения.
— Заверяю вас, что буду обращаться с вашими сокровищами предельно осторожно. Главный хранитель даже не заподозрит, что я побывал в его владениях.
Где-то высоко над их головами зазвонили колокола собора Святого Петра. Камерарий еще раз взглянул на свои карманные часы.
— Мне пора, — сказал он. А затем после недолгой паузы добавил, глядя в глаза Лэнгдона: — Я распоряжусь, чтобы у архива вас встретил один из швейцарских гвардейцев. Я верю вам, мистер Лэнгдон. Отправляйтесь.
Лэнгдон был настолько взволнован, что некоторое время не мог говорить. А молодой служитель церкви, казалось, напротив, вновь обрел душевное равновесие. Камерарий был так спокоен, что это даже пугало. Протянув руку, он крепко сжал плечо Лэнгдона и произнес решительно:
— Желаю вам обрести то, что вы ищете. И как можно скорее.
  
Глава 46
 
Секретные архивы Ватикана расположены на возвышении в самом дальнем конце двора Борджиа за воротами Святой Анны. Архивы насчитывают 20 000 единиц хранения, среди которых, по слухам, имеются такие сокровища, как пропавшие дневники Леонардо да Винчи и не увидевшие свет варианты Священного Писания. Лэнгдон энергично шагал по пустынной виа делла Фондаменто в направлении архива. Он не мог до конца поверить в то, что получил доступ в это заповедное место. Виттория шла рядом с американцем, без труда выдерживая взятый им темп. Ее пахнущие миндалем волосы развевались на легком ветру, и Лэнгдон с удовольствием впитывал этот запах, чувствуя, как мысли, помимо воли, уводят его куда-то в далекое прошлое.
— Вы скажете мне, что мы собираемся искать? — спросила Виттория.
— Небольшую книжку, написанную парнем по имени Галилей.
— Похоже, вы не намерены зря тратить время, — несколько удивленно произнесла девушка. — И что же написано в этой книге?
— В ней должно находиться нечто такое, что называют il segno.
— Знак?
— Знак, ключ, сигнал, указание… в зависимости от перевода.
— Указание на что?
— На местонахождение тайного убежища. Во времена Галилея иллюминаты должны были остерегаться Ватикана, и поэтому они устраивали свои собрания в одном сверхсекретном месте. Иллюминаты называли его Храм Света.
— Довольно нагло с их стороны величать храмом логово сатанистов.
— Во времена Галилея братство «Иллюминати» отнюдь не было сборищем сатанистов. Это были ученые люди, преклонявшиеся перед просвещением. А их убежище служило лишь местом, где они могли собираться и свободно обсуждать вопросы, поставленные под запрет Ватиканом. Хотя мы точно знаем, что такое убежище существовало, его никто до сих пор не нашел.