Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

Кэтрин с одобрительным видом откинулась на спинку скамейки.
— Тогда позвольте задать вам гипотетический вопрос.
Триш вдруг почувствовала, что их разговор превратился в собеседование.
Кэтрин нагнулась, подняла с земли крошечную песчинку и показала ее Триш:
— Насколько я понимаю, суть ваших исследований в том, чтобы определить вес всего песка на пляже… взвесив одну-единственную песчинку.
— Да, в целом так.
— Как вы знаете, у этой песчинки есть масса, пусть даже очень незначительная…
Триш молча кивнула.
— Стало быть, она обладает и силой притяжения. Опять же, очень слабой, но все-таки.
— Верно.
— А теперь представьте, — сказала Кэтрин, — что триллионы таких песчинок собрали вместе и они образуют… скажем, луну. Тогда общей силы их притяжения хватит на то, чтобы вызывать приливы и отливы на нашей планете.
Триш не понимала, куда клонит Кэтрин, но то, что она слышала, ей нравилось.
— А теперь представьте, что у мысли… у любой, самой крошечной идеи, возникшей в вашем мозгу… есть масса. Что мысль материальна и имеет измеримую массу. Крошечную, разумеется, но тем не менее. Какие выводы можно сделать?
— Ну, если говорить гипотетически, то напрашивается очевидный вывод: раз у мысли есть масса, то она обладает силой притяжения и может притягивать предметы.
Кэтрин улыбнулась:
— Совершенно верно. Идем дальше: что, если тысячи людей сосредоточатся на одном и том же? Все эти мысли начнут сливаться в одну, и ее совокупная масса будет расти. А значит, будет расти и сила притяжения.
— И?
— То есть… если достаточное количество людей будет думать об одном и том же, сила притяжения этой мысли станет осязаемой… Превратится в реальную силу. — Кэтрин подмигнула. — И окажет ощутимое влияние на материальный мир.
  
Глава 19
 
Директор Иноуэ Сато буравила взглядом Лэнгдона и переваривала новую информацию.
— Преступник велел вам открыть древний портал? И что прикажете с этим делать, профессор?
Лэнгдон беспомощно пожал плечами. Его опять мутило, и он старался не смотреть на отрезанную руку друга.
— Именно так… Я должен открыть древний портал, спрятанный где-то в этом здании. Я ответил, что знать не знаю ни о каком портале.
— Тогда с чего он взял, что вы сумеете его найти?
— Ясно же, он спятил!
«Еще он сказал, что Питер укажет путь».
Лэнгдон посмотрел на вытянутый палец Питера и содрогнулся при мысли о садистской игре слов.
«Питер укажет путь».
Профессор уже посмотрел, куда указывал палец — на купол. Портал наверху? Безумие!
— О моем приезде в Вашингтон знал только один человек, — сказал Лэнгдон. — Тот, кто мне звонил. Стало быть, вас известил он же. Рекомендую…
— Мои источники — не ваше дело, — перебила его Сато. — В настоящий момент моя первейшая задача — сотрудничать с этим человеком, и вы единственный, кто может раздобыть для него желаемое.
— А моя первейшая задача — найти друга, — раздраженно ответил Лэнгдон.
Сато вздохнула, явно теряя терпение.
— Если мы хотим найти Питера Соломона, то у нас может быть только один план действий, профессор, — выполнить требования человека, которому известно его местонахождение. — Сато посмотрела на часы. — Время идет. Надо как можно скорее выполнить требование преступника.
— Что?! — изумленно спросил Лэнгдон. — Вы предлагаете найти и открыть древний портал? Нет никакого портала, директор Сато! Он ненормальный!
Она приблизилась к профессору вплотную.
— Позвольте заметить… сегодня утром ваш «ненормальный» ловко обманул двух относительно неглупых людей. — Она перевела взгляд с Лэнгдона на Андерсона. — Грань между безумием и гениальностью очень тонка. Рекомендую проявить немного уважения к этому человеку.
— Он отрезал руку моему другу!
— Вот именно. Вряд ли это поступок неуверенного в своих действиях человека. Больше того, профессор, он твердо убежден, что вы можете ему помочь. Он заманил вас в Вашингтон — для этого у него должна быть веская причина.
— Питер якобы сказал ему, что я могу открыть портал! Вот и вся причина, — возразил Лэнгдон.
 
— И зачем Питеру было лгать?
— Уверен, он ничего подобного не говорил. А если и сказал, то под давлением. Он был растерян… или напуган.
— Верно. Называется «допрос с пристрастием» — весьма эффективный метод, между прочим. Едва ли мистер Соломон стал бы лгать. — Сато говорила тоном человека, не понаслышке знающего о таких допросах. — Он объяснил, почему Питер назвал именно вас?
Лэнгдон покачал головой.
— Профессор, судя по вашей репутации, у вас с Питером много общих интересов — тайны, эзотерика, мистицизм и прочее. За время вашего знакомства он ни разу не говорил о каком-нибудь тайном вашингтонском портале?
Лэнгдон не мог поверить, что этот вопрос задает ему высокопоставленный сотрудник ЦРУ.
— Никогда. Мы с Питером беседовали о многих загадочных явлениях, но, поверьте, я бы посоветовал ему обратиться к врачу, упомяни он какой-нибудь древний портал. Тем более ведущий к Мистериям древности.
Сато насторожилась.
— Простите? Так этот человек уточнил, куда именно ведет портал?
— Да, хотя в этом не было нужды. — Лэнгдон указал на руку. — Рука мистерий — торжественное приглашение пройти сквозь мистические врата и познать древнюю мудрость, так называемые Мистерии древности… или утраченную мудрость всех времен.
— Значит, вы все-таки имеете представление о том, что за тайна здесь якобы скрыта.
— Эта «тайна» известна многим историкам.
— Тогда с чего вы взяли, что портал не существует?
— При всем уважении, мэм… Полагаю, вы слышали о Фонтане вечной молодости и о Шангри-ла, но это еще не значит, что они есть на самом деле.
Их перебил громкий треск андерсоновской рации.
— Шеф!
Андерсон рванул рацию с пояса.
— Слушаю.
— Сэр, мы обыскали всю территорию и не нашли никого, кто бы соответствовал описанию. Какие будут распоряжения?
Андерсон украдкой поглядел на Сато, ожидая упреков, но той словно было все равно. Он отошел от директора СБ и Лэнгдона, что-то тихо бормоча в рацию.
Сато не сводила глаз с профессора.
— Хотите сказать, тайна, сокрытая в Вашингтоне, — вымысел?
Лэнгдон кивнул:
— Очень старый миф. Легенда о Мистериях древности даже старше христианства, ей несколько тысяч лет.
— И о ней до сих пор помнят?
— Как и о многих других чудесах.
Лэнгдон частенько напоминал студентам, что в большинстве современных религий есть истории, не выдерживающие научной проверки: от Моисея, перед которым расступилось Красное море… до Джозефа Смита, при помощи волшебных очков переведшего Книгу Мормона с золотых пластин, найденных на севере штата Нью-Йорк.
«Широкое признание какой-либо идеи еще не говорит о ее реалистичности».
— Понятно. Ну и что собой представляют… эти Мистерии древности?
Лэнгдон вздохнул.
«Пара недель найдется?»
— Если коротко, Мистерии древности — это собрание тайных знаний, накопленных в давние времена. Здесь есть любопытный аспект: тайные знания якобы наделяют допущенных к ним сверхъестественной силой, дремлющей в человеке. Адепты давали клятву о неразглашении этой мудрости, поскольку она якобы обладает огромной силой и опасна для непосвященных.
— Почему?
— А почему мы прячем от детей спички? В умелых руках огонь дарит свет… в неумелых — несет разрушение.
Сато сняла очки и внимательно посмотрела на Лэнгдона.
— Как по-вашему, профессор, информация такой силы действительно существует?
Роберт не знал, как лучше ответить. Мистерии древности представляли собой величайший парадокс в области научных исследований Лэнгдона. Любой мистический культ основывается на идее, что существует некая тайная мудрость, способная наделить человека сверхъестественной, почти божественной, силой: к примеру, с помощью карт таро и Книги перемен можно научиться предсказывать будущее, Философский камень якобы дарит бессмертие, действенные магические заклинания известны последователям Викки… Список продолжался до бесконечности.