Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

Церковный служка заметил Лэнгдона и Софи и, несмотря на позднее время, приветливо улыбнулся и сделал жест, приглашающий их осмотреть храм.
Лэнгдон кивнул в знак благодарности и двинулся дальше. А Софи так и осталась у дверей, и по ее лицу было видно, что она растеряна и удивлена.
— В чем дело? — спросил Лэнгдон. Софи оглядывала часовню.
— Мне кажется… я здесь уже бывала.
Лэнгдон удивился:
— Но вы говорили, что никогда даже не слышали о часовне Рослин.
— Не слышала… — Она неуверенно осмотрелась. — Должно быть, дедушка привозил меня сюда, когда я была еще совсем маленькой. Не знаю. Не помню. Но все так знакомо. — Софи продолжала оглядывать внутреннее убранство часовни. И кивнула. — Да, точно. — Она указала вперед. — Эти две колонны. Я их точно видела.
Лэнгдон проследил за направлением ее взгляда и увидел в дальнем конце помещения две покрытые искусной резьбой колонны. Белые каменные кружева отливали красновато-золотистыми отблесками, на них через окно падали последние лучи заходящего солнца. Сами колонны, расположенные в том месте, где обычно находится алтарь, являли собой довольно странную пару. Та, что слева, была покрыта резьбой из простых вертикальных линий, правую же по спирали украшал сложный цветочный узор.
Софи направилась к ним, и Лэнгдон поспешил следом. Приблизившись к колоннам, Софи решительно заявила:
— Да, я совершенно уверена, что видела их!
— Не сомневаюсь, что видели, — заметил Лэнгдон. — Но вовсе не обязательно здесь.
Она обернулась к нему:
— О чем это вы?
— Эти колонны имеют массу архитектурных двойников по всему свету. Их копии производили неоднократно на протяжении веков.
— Копии Рослин? — недоверчиво воскликнула Софи.
— Нет. Самих колонн. Помните, чуть раньше я говорил о том, что часовня Рослин является копией храма царя Соломона. И эти две колонны представляют собой точную копию тех, что некогда украшали вход в храм Соломона. — Лэнгдон указал на левую колонну. — Вот эта называется Боаз, или Масонская колонна. А та, что справа, — Джачин, или Колонна подмастерья. — Он помолчал, затем добавил: — Вообще-то в каждом масонском храме имеются две такие колонны.
Лэнгдон уже рассказывал Софи о тесных исторических связях ордена тамплиеров с современными тайными масонскими обществами. В последнем стихотворении Жака Соньера как раз содержалось прямое указание на мастеров-масонов, которые украсили Рослин искусной резьбой по камню. Говорилось в нем и о потолке часовни, украшенном резьбой в виде звезд и планет.
— Я никогда не была в масонском храме, — призналась Софи, разглядывая колонны, — но почти уверена, что видела эти колонны именно здесь. — И она начала озираться, словно в попытке отыскать что-то еще, что могло освежить память.
Туристы уходили, и экскурсовод с приветливой улыбкой поспешил навстречу Лэнгдону и Софи. Это был красивый молодой человек лет двадцати семи в ботинках на толстой подошве. Волосы длинные и светлые, как солома.
— А мы уже закрываемся. Могу я вам чем-то помочь?
Как насчет того, чтобы помочь нам найти Грааль? — подумал Лэнгдон.
— Код! — вдруг выпалила Софи, и лицо ее оживилось. — Здесь должен быть код!
Молодой человек улыбнулся:
— Да, он здесь есть, мэм.
— На потолке, — пробормотала она, указывая на стену справа. — Где-то вон там…
— Как вижу, вы здесь не впервые, — заметил светловолосый красавец.
Код, подумал Лэнгдон. Он совсем забыл об этой архитектурной особенности часовни. Помимо всего прочего, часовня Рослин была знаменита сводчатой аркой, из которой выступали сотни каменных блоков. Каждый блок был украшен каким-то одним символом, на первый взгляд взятым произвольно, но вместе они создавали некое пространное шифрованное послание, разгадать которое еще никому не удавалось. Одни считали, что этот код может открыть доступ в подземелье. Другие полагали, что здесь зашифрована истинная история Грааля. На протяжении веков криптографы бились над ним — и все напрасно. Даже сегодня Фонд Рослин предлагал щедрое вознаграждение тому, кто сумеет разгадать значение этих символов, но оно по-прежнему оставалось тайной.
 
— Буду рад показать вам…
Однако Софи не слышала, что говорит молодой человек.
Мой первый код, думала она, направляясь, точно в трансе, к сводчатой арке. Отдав шкатулку розового дерева Лэнгдону, она на какое-то время позабыла о Граале, Приорате Сиона, обо всех тайнах, с которыми довелось столкнуться накануне. И вот теперь, когда она увидела этот сводчатый потолок, усыпанный символами, на нее нахлынули воспоминания. Она вспомнила, как и при каких обстоятельствах побывала здесь впервые, и ощутила тягостную грусть.
Она совсем еще маленькая девочка… прошел лишь год после гибели ее семьи. Дед привез ее в Шотландию на короткие каникулы. Перед тем как отправиться домой, в Париж, они решили осмотреть часовню Рослин. Был уже вечер, и часовня оказалась закрыта. Но каким-то образом они все же попали в нее.
— А скоро домой, дедуля? — взмолилась Софи. Она очень устала.
— Скоро, милая, скоро. — Голос деда звучал почему-то грустно. — Просто у меня тут одно небольшое дельце. Может, подождешь в машине?
— Очень важное дело, да?
Дед кивнул:
— Я скоро. Обещаю.
— А можно мне еще раз посмотреть на аркин код? Это так интересно!
— Ну не знаю. Мне нужно выйти на минутку. Ты не испугаешься здесь одна?
— Ничего я не испугаюсь! — фыркнула она. — Еще даже не стемнело!
Он улыбнулся:
— Ну ладно, так и быть. — И подвел ее к высокой сводчатой арке, которую показывал чуть раньше.
Софи плюхнулась на каменный пол, улеглась на спину и начала разглядывать удивительные рисунки над головой.
— Да я запросто разгадаю этот код! Ты и вернуться не успеешь!
— Тогда поспеши. — Дед наклонился, поцеловал ее в лоб и направился к ближайшей боковой двери. — Я выйду только на минутку. Дверь оставлю открытой. Если что понадобится, позови. — С этими словами он вышел в мягкий вечерний свет.
Софи лежала на полу и разглядывала знаки. Глаза слипались. Через несколько минут буквы стали расплываться, а потом и вовсе померкли. Она уснула.
Проснулась Софи от холода.
— Grand-père?..
Ответа не последовало. Софи поднялась, отряхнула платье. Боковая дверь была открыта. На улице стемнело. Она вышла и увидела деда. Он стоял на крыльце небольшого дома из грубого камня, что находился невдалеке от часовни, и разговаривал с кем-то. Софи не видела с кем, человек был скрыт от нее застекленной дверью.
— Дедуля! — снова окликнула она.
Дед обернулся и махнул ей рукой, призывая подождать еще немного. Затем сказал что-то собеседнику и послал воздушный поцелуй. А потом подошел к ней, и Софи заметила в его глазах слезы.
— Почему ты плачешь, дедуля?
Он поднял ее с пола, крепко прижал к себе.
— Ах, Софи! Нам с тобой в этом году пришлось сказать «прощай» многим людям. И это тяжко.
Софи вспомнила о катастрофе, о том, как прощалась с мамой и папой, бабушкой и маленьким братиком.
— Ну а сейчас ты прощался с кем-то другим, да?
— С очень близким и дорогим другом, которого люблю, — ответил он сдавленным голосом. — И боюсь, не увижу ее еще очень и очень долго.
Лэнгдон оглядывал стены часовни, и у него возникло дурное предчувствие, что они вновь в тупике. Софи отошла посмотреть код на арке и оставила Лэнгдону шкатулку розового дерева с указанием местонахождения Грааля, но этот последний ключ ничуть не помог. Хотя стихотворение Соньера совершенно четко указывало на часовню Рослин, теперь Лэнгдон вовсе не был уверен, что они попали по адресу. Ведь там были слова «сосуд» и «меч», а этих символов он здесь не видел. Грааль под древним Рослином вас ждет. Сосуд и меч там охраняют вход.
И Лэнгдон снова почувствовал, что от него ускользает какая-то небольшая, но важная деталь этой загадки.
— Вы уж извините за любопытство, — произнес экскурсовод, не сводя глаз со шкатулки розового дерева в руках Лэнгдона. — Но эта шкатулка… могу я спросить, откуда она у вас?