Спирас. Книга 1 (СИ)
Опять непонятно!
Она повторила фокус несколько раз… несколько десятков раз и заботливо отложила очки в сторону.
Вот это да… здорово-то как! Но писать в книге лучше на родном языке. Если кто-нибудь найдет, ничего не сможет понять.
Затаив дыхание, Алиса поднесла перо без стержня, без чернил, к чистому листу бумаги, и с восторгом увидела, как на нем остался тонкий след красивого фиолетового цвета. Действует! Она с восторгом нарисовала человечка в углу страницы. И домик. И еще солнышко.
Невероятно! Это просто… — она зевнула и с трудом разлепила глаза, — … потрясающе. Итак, новая запись:
«Первый Мир, день первый.
30.08.2016.
Обнаружен новый волшебный предмет — очки-переводчики»…
Нужно будет непременно выучить язык этого мира… чтобы… — Алиса зевнула так сильно, что чуть не вывихнула челюсть, — … ох, чтобы обходиться без них…
«принцип действия очков заключается в» …
Голова стала слишком тяжелой. Единственное, что Алиса успела сделать перед тем, как вырубиться, это принять позу поудобнее. Мир снов принял ее с распростертыми объятиями…
Судя по всему, перемещения между мирами действительно уматывали.
Писалка выскользнула из пальцев и упала на пол, откатилась к закрытой двери. За ней стояли двое местных контрабандистов, разговор которых Алиса уже не могла слышать, да это было и к лучшему.
— Ты проверил? Действительно все?
— Все до единого!
— Говори тише! Пусть она спит.
— Ты не понимаешь? Из-за нее подохли ВСЕ откатные животные. Вообще все! Ты понимаешь?! Почему так вышло? Можешь мне объяснить?
— Откуда я знаю, видимо сбой какой-то. Придется закупить новых кролей. Эх, одни проблемы из-за нее. И свалилась же она на нас!
— И не говори, как гром среди ясного неба.
* * *31.08.2016 г.
Первый Мир
Княжество Цирит
46 лет после Революции
18:14 (Среда)
Люций
14 часов 16 минут — именно столько занимал путь от княжеского дворца Эмбер до Школы Господина Рикмора. Люций скептически (последние 14 часов 16 минут он по-другому и не смотрел) окинул взглядом поганый вид, который плавно покачивался за окном экипажа. Все леса да поля. Ненавистное солнце беспощадно выжигало окружающий мир. Гадость, да и только.
— Стивен, может хватит? Вы все доказали, я все понял. Давай разворачиваться!
Стивен — чопорный мужчина средних лет со старательно скрываемой лысиной — выпал из задумчивости и посмотрел на молодого князя.
— Мой господин, но позвольте, это не розыгрыш. Мы действительно держим путь в Школу Господина Рикмора.
Люций закатил глаза.
— Можешь расслабиться, старина, я все прекрасно понял. Сейчас мы приедем, вы разыграете сценку с моим зачислением в этот клоповник, я раскаюсь и рассыплюсь в извинениях, ты отдашь письмо от отца. Он еще раз напомнит, что я позорю весь род человеческий, бла-бла-бла… это последнее-препоследнее предупреждение… и мы поедем домой. Предлагаю не мучать ни меня, ни тебя, и сократить этот процесс. Как идея?
Помощник князя по воспитанию детей печально посмотрел на Люция.
— Мой юный князь, разве клятвы перед всем святым в этом мире и моей матушкой недостаточно, чтобы вы поверили? Мы действительно едем в Школу Господина Рикмора. Вот приказ о вашем зачислении.
Стивен протянул конверт, на который Люций не обратил внимания.
— То есть, ты хочешь сказать, что князь богатейшего княжества отправит учиться своего старшего сына в худшую школу на свете?
Стивен пожал плечами.
— Он предупреждал вас…
— Ладно, хорошо. Хотите играть спектакль до конца? Я не против, играем!
Он ни на секунду не предполагал, что это может оказаться правдой, поэтому спокойно откинулся на мягкую обивку кресла и убрал голову в тот угол, куда попадало меньше света. Темные стекла экипажа надежно защищали от проникновения солнечных лучей, но глаза Люция, привыкшие к свету солнечных цветов, устали и болели. Ничего, еще чуть-чуть, и он вернется в родной Эмбер, и все станет по-прежнему… что станет по-прежнему? Дома теперь настолько невыносимо, что и туда возвращаться не хотелось, но, если выбирать между школой Господина Рикмора и домом, пожалуй, дом в выигрыше… наверное.
Из глубоких раздумий Люция вывел Стивен.
— Мой господин, мы почти на месте, — оповестил воспитатель.
Люций глянул на карманные часы.
14 часов 30 минут… И столько же назад!
Он не будет издеваться над Стивеном, бедолага же не виноват. Наверняка, просто выполняет инструкции папаши. Слишком точно, как всегда. Когда правда откроется, Люций будет милостив и не станет стебаться над бедолагой все 14 часов 30 минут обратного пути, но разок-то победно улыбнуться с выражением «Я вас как облупленных знаю, воспитатели хреновы», он себе позволит… Надо только оглядеться и убедиться, что это никакая не школа.
Увиденное озадачивало. Он, конечно, предполагал, что место, в которое его в воспитательных целях привезут, будет слегка задрипанным, чтобы подчеркнуть разницу с его прежним лицеем. «Сияние вечной магии» считался элитным учебным заведением и выглядел как небольшой современный дворец… Но тут с антуражем немного перегнули палку, такого сарая Люций не ожидал.
Ржавые ворота заросли сорной травой, погнувшаяся решетка качалась на одной петле. Рядом высился памятник Великих Героев Революции. Поломанный и разрисованный бранными словами, он представлял собой печальное зрелище. От гнева у Люция сжались кулаки, ведь там, на пьедестале, среди шести каменных фигур, находилась и статуя его отца.
Узкая аллея, по которой еле-еле смог проехать их экипаж, микроскопический дворик… А вот и она сама, «Школа господина Рикмора». Ну да, конечно!
Трехэтажное здание из блеклого красного кирпича было щедро покрыто трещинами. На фасаде кое-где сохранилась лепнина черного цвета и даже куски статуй, но они будто кричали: «Если вы хотели увидеть здесь что-то стоящее, нужно было приезжать лет сто назад!»
Люций надел темные защитные очки и победно глянул на Стивена.
— Сам же видишь, отец не отправил бы меня учится… сюда! Тут и подхватить что-нибудь можно — вон какая антисанитария.
Он знал слабые места Стивена и научился давить на них еще в возрасте пяти лет.
— Мой юный князь, умоляю, ну поверьте! — взмолился воспитатель.
— Да-да… Пойдем, хочется побыстрее со всем этим закончить.
Люций захватил цилиндр и трость (в отличие от остальных княжеств, Эмбер ценил хороший вкус в одежде, да и во всем остальном), выскочил из экипажа и разогнул спину. Отвратительное солнце тут же дало о себе знать.
— Ненавижу яркий свет, голова болит, — заметил он и огляделся. — Слушай, Стивен, — продолжил Люций драматическим шепотом, — а это точно школа господина Рикмора? Может, вы меня привезли неизвестно куда?
— Нет, господин, это точно она.
— Ага, а вокруг ни души, потому что…
— Сейчас каникулы, никого еще нет. Ученики прибудут завтра.
Люций кивнул.
— Ну да, ну да, конечно. А встречать нас кто-нибудь…
— А! Вот вы и приперлись! — донесся от покосившихся дверей хриплый, прокуренный голос.
Из высоких дверей здания вышел тощий старик.
— Господин Рикмор, я счастлив представить… — начал было Стивен, но директор его перебил:
— Ага, и вам в штаны не пердеть. И это, что ли, мой новый ученик?
Люций с открытой неприязнью смотрел на старика. Помятый и небритый, в грязной одежде и с пигментными пятнами на старом морщинистом лице, он вызывал отвращение.
— А это, ЧТО ЛИ, Аластер Рикмор? Один из Величайших людей мира и бывший Герой Революции?
Люций сделал реверанс, размахивая руками так, что господин Рафильстон, его учитель церемониалов, наверняка сломал бы свою любимую линейку и выкинул бы угломер.
Стивен испуганно пискнул, однако старик и бровью не повел.
— О! Прекрасно! Унаследовал характер отца. А магию, судя по всему, — нет.