Неизведанные гати судьбы (СИ)

Услышав последние слова отец и Родасвет Казимирович одновременно рассмеялись. Когда они закончили смеяться, увидев мой удивлённый взгляд отец спросил:
— Демид, неужели ты сам не смог догадаться, что более позднее предание было написано последователями учения, которое оставил после себя Гаутама-Будда, а более раннее предание записали очевидцы указанных событий?
— Отец, я как-то вообще не задумывался про времена, когда появились данные предания, ибо они оба были записаны в одной книге. Когда я в первый раз прочитал её, то у меня сложилось мнение, что сначала древние наги обучали человека, а когда он смог достичь состояния духовного просветления, то начал сам обучать нагов. Лишь перечитывая дедовские книги по нескольку раз, я стал обращать внимание на вот такие непонятные места.
— Хорошо, что твоё внимание улучшилось и ты начал замечать, как постепенно искажались события произошедшие в далёком прошлом. Теперь ты сможешь более внимательно наблюдать за происходящим вокруг. Посмотри, видишь люди разбирают руины старинных зданий, у которых уцелели только лицевые стены?
— Вижу, отец. Наверное кому-то не хватает материалов для строительства своих домов, раз люди занялись разборкой старых зданий.
— Думаешь, что причина разборки старых разрушенных строений заключается только лишь в нехватке кирпича и камня для строительства новых зданий для жилья?
— Не знаю что сказать, отец. Вполне возможно, что местные уездные власти решили заодно со строительством новых зданий, битым кирпичом и камнями замостить все улицы города, ведь они совсем не имеют никакого покрытия. Представляю какая тут на улицах грязюка непролазная после дождей. Даже у нас в поселении дорожки вдоль домов выложены деревянными плашками, чтобы после дождей грязь в дома не таскать.
— Насчёт грязи ты прав, такое часто здесь бывает, но тут дело в другом. Сокрытие событий прошлого является основной задачей нынешних властей. После последнего потопа и большой войны Российской империи с Великой Тартарией, представители власти стараются уничтожить у простых людей всю память о недавнем и далёком прошлом, чтобы все последующие поколения живущих на земле, верили придуманной ими истории государства Российского, а не тому, что происходило на самом деле. Взять к примеру Барнаул. Для многих людей прибывших с западных губерний, он первым делом представляется торговым, купеческим городом, ибо именно торговля дала ему нынче возможность развиваться. Про существование различных богатейших рудников вокруг уездного города и старинных заводов, мало кто из прибывших сюда переселенцев знает. Теперь знания о них принадлежат только имперским властям и нескольким богатым чиновникам. Кроме того, известные в городе купцы Морозовы, Суховы, Смирновы, Второвы, Флягины и другие, сами ничегошеньки не построили. Они лишь выбрали себе самые лучшие и уцелевшие во время потопа здания, а потом открыли в них свои лавки и магазины. Через одно-два поколения, многие жители города приходя в магазины и лавки того же купца Морозова, уже совершенно искренне считают, что именно данный уважаемый купец со своими сыновьями построили все дома с магазинами и здания со складами, которыми они в нынешнее время владеют. То же самое можно сказать и про всех других уважаемых купцов Барнаула, — сказал отец, и о чём-то ненадолго задумался. Так в молчании мы неспешно проехали ещё два городских квартала.
Перед пересечением Бийской улицы и Московского проспекта наша пролётка неожиданно для меня остановилась, и отец, что-то прихватив с собой, медленно и очень степенно покинул её. Как пояснил мне чуть позже Родасвет Казимирович, в угловом старинном здании с довольно большими застеклёнными окнами, у которого видимый нижний этаж наполовину был скрыт под землёй, находилось Полицейское управление. Именно туда и направился мой отец. Далее тесть пояснил, что каждый Глава поселения или староста какой-либо деревни обязан хотя бы раз в год появляться в данном здании, для сдачи ежегодного отчёта о том, что все дела идут нормально.
 
Отец пробыл в здании Полицейского управления недолго. За время его отсутствия, я так и не смог просчитать, насколько же этажей такое большое здание могло уйти под землю, на один с половиной или на два с половиною уровня. От размышлений меня отвлёк отец, он уже вернулся из Полицейской управы с довольной улыбкой на лице. Вскоре мы уже были на улице Большая Тобольская, где находились нужные нам магазины торгового дома «А.Г. Морозов с сыновьями».
Однако всё что нам надобно, так и не удалось купить. Старший приказчик, руководивший своими помощниками что укладывали наши покупки в пролётку, оказался очень разговорчивым человеком. Для начала он нам всем представился как Дымовский Тихон Петрович, а потом стал рассказывать моему отцу и тестю, что многих необходимых нам товаров сейчас нет в наличии на складах торгового дома в Барнауле, и ему не известно когда их вообще завезут.
— А что случилось, Тихон Петрович? — спросил старшего приказчика Родасвет Казимирович.
— Разве вы не слышали новости, уважаемые господа, что совсем недавно, в мае месяце, в Ново-Николаевске произошёл страшный пожар? С сожалением спешу вам сообщить, что большая часть товаров купца первой гильдии Морозова, сгорела вместе со складами. А ведь товары были доставлены туда из столицы империи, а некоторые аж из самой Европы. Хорошо что тамошние приказчики успели часть товаров со складов в Томск отправить, иначе бы вообще вся торговля в убыток обратилась.
— Мы только вчера в Барнаул за покупками приехали, Тихон Петрович, — сказал старшему приказчику мой отец, — так что ни о каком пожаре в Ново-Николаевске даже не слышали. Может быть вы нам расскажете, что там вообще произошло?
— Охотно, уважаемые господа, охотно расскажу. Один из складских приказчиков нашего торгового дома, спасшийся во время того майского пожара в Ново-Николаевске, рассказывал по приезду в Барнаул, что огненное безумие продолжалось несколько дней. Брат нашего приказчика, служащий в местной полиции, поведал ему, что сгорело двадцать два квартала в городе. Огонь уничтожил почти восемьсот домов со всеми приусадебными постройками, а более шести тысяч человек остались без крова.
— Тихон Петрович, — сказал Родасвет Казимирович, — так месяц май уже прошёл, да и пожар, насколько я понял, из вашего интересного рассказа, в Ново-Николаевске уже давно потушили. Мы лишь не поняли одного. Почему же нового завоза товаров в магазины вашего торгового дома не было?
— Так тут другая напасть произошла, уважаемые господа. Вслед за майским пожаром, через несколько дней, в Ново-Николаевске началась эпидемия тифа. Кто же у нас товары доставленные из тифозного города покупать-то будет? Вот наш уважаемый хозяин и осторожничает. Ждёт, когда там эпидемия тифа закончится. Для него ведь репутация купца первой гильдии довольно многое значит…
— А у других уважаемых купцов города, есть товары что нам надобны? — спросил отец.
— Так они же тоже с Ново-Николаевских складов свои товары в Барнаул завозили. Вам лучше, уважаемые господа, в губернскую столицу съездить. Там однозначно всё в наличии имеется, ибо нужные вам товары туда завезены были ещё до пожара.
Пока мои отец с тестем разговаривали со старшим приказчиком, работники торгового дома погрузили все наши покупки в пролётку. Попрощавшись с разговорчивым Тихоном Петровичем, мы покинули уездный город и направились в столицу Томской губернии.
  
Глава 26
 
Поселение «Урманное». В Алтайском Белогорье.
 
Едва мы выехали на Томский почтовый тракт я задумался об увиденных в Барнауле следах последнего потопа. Прикрыв глаза от яркого света солнышка, я постарался хорошенько запомнить все увиденные старые здания и полуразрушенные дома, которые смогли сохраниться до наших дней. Погружённый в свои мысли, я даже не заметил как заснул, и проспал весь путь, благо хорошо подрессоренную пролётку тестя не трясло на неровностях дороги, как обычную телегу или повозку. Проснулся я от того, что наша пролётка неожиданно резко остановилась. Открыв глаза и осмотревшись по сторонам, я увидел что уже наступил поздний вечер, так как солнышко наполовину скрылось за лесом, а также заметил то, что мы вернулись в Урманное поселение и остановились возле ворот нашего дома.