Неизведанные гати судьбы (СИ)

Поднявшись, я быстро оделся, и захватив новый пушистый рушник, отправился в комнату для умываний. Там я застал моющего руки старшего обоза.
— Доброго утра, Иван Иваныч. С пробуждением. Как ночь прошла? Было нападение, которое мы предполагали? — спросил я, после чего начал умываться.
— И тебе доброго утра, Демид Ярославич. Вот только я ещё затемно поднялся, и уже успел проверить все посты охраны. Ночь в представительстве прошла без всяких происшествий. Видать желающих проверить наши закрома, после вашей вчерашней стрельбы на улице, не нашлось. А как прошла твоя беседа с московским чекистом?
— Ты возможно удивишься, но задержанный нами «московский гость» отказался отвечать на мои вопросы. Так что… я его всего лишь накормил поздним ужином, и отправился спать.
— Понятно. Этого следовало ожидать. Что думаешь дальше с ним делать?
— Всё зависит о того, ответит или нет чекист на все вопросы Семёна Марковича. Зачем-то же он хотел его похитить. Ежели ответит, то тогда я его отпущу, а если не станет отвечать, то передам нашего «гостя» Якову Ефимовичу. Пусть он сам с чекистом, и с теми кто его прислал, разбирается. Кстати, Иван Иваныч, ты случайно не знаешь, как там Семён Маркович себя чувствует?
— Да уже всё нормально с ним. Сидит в трапезной и напивается капустным рассолом. Я весь в пыли перемазался, пока нашёл в подвалах бочку с квашенной капустой. Её никто не заметил в тёмном углу. Нужно же было каким-то образом твоего друга в божеский вид приводить. Кроме Семёна Марковича, моей находке наши повара на кухне обрадовались. Они пообещали на обед, помимо борща, для всех отличный бигус приготовить. И вот ещё что, Демид Ярославич. Меня тут последнее время одолевают некоторые мысли, не мог бы ты их как-нибудь развеять?
— Что за мысли тебя одолевают, Иван Иваныч?! — удивлённо спросил я, вытираясь пушистым рушником.
— Мне непонятно почему ты много лет поддерживаешь дружбу с Семёном Марковичем? Ты же прекрасно знаешь, к какому народу он принадлежит. Этот народ никто в мире не любит, и по возможности все стараются не иметь с ними никаких дел.
— Понимаешь, Иван Иваныч, я не сужу о каком-то народе, по отдельным его представителям. В каждом народе есть и хорошие, и плохие люди. Вполне возможно, что мне больше встречались в жизни только хорошие люди, а вокруг тебя в основном обретались плохие. К тому же я помню, что ты христианин, а вам попы постоянно твердили, что народ, к которому принадлежит Семён Маркович — плохой, так как их предки предали и потребовали распять Христа. Но почему-то все христиане напрочь забывают, что Иисус родился среди данного народа, и все свои наставления он давал именно ему…
— А как ты тогда объяснишь, что представителей этого народа не любят в странах, где нет и никогда не было христианства? Я говорю, про Японию, Индию, Сиам, Китай и другие государства Востока, где существуют совершенно другие религии и верования?
— Объяснить такое очень просто. Кто посещал и посещает указанные тобой страны? В данных странах появлялись только торговцы. А ты когда-нибудь видел честного купца или торговца? Таких нет и отродясь не было. Обман является неотъемлемой частью их дела. Ведь купцы или торговцы всегда мечтают получать как можно больше прибыли. Надеюсь, что ты с данным утверждением не будешь спорить?
— Это утверждение невозможно оспорить. Тем более, что большинство купцов и торговцев в мире, принадлежат именно к этому библейскому народу. Однако ты сам, насколько мне известно, иногда вёл какие-то тайные дела с Семёном Марковичем. Вполне возможно, что именно из-за этих самых дел, ты продолжаешь с ним дружить, и всячески оберегаешь его. Скажи мне, не в этом ли причина?
— Наши прошлые дела никоим образом не касались торговли. Я всегда был охотником, а не торговцем. Нам было просто интересно общаться друг с другом на различные темы, в том числе, относительно политики. Изначально мы с Семёном сошлись по причине нашей любви к прекрасно приготовленным блюдам. Вот так, с посещения ресторанов, и началась наша с ним дружба. К тому же, Семён Маркович никогда не пытался, даже в мелочах, хоть как-то обмануть меня и всегда был честен со мною. Мне иногда кажется, что он воспринимает меня как своего старшего брата. Не в родственном смысле, а как пример для подражания. К уже сказанному могу лишь добавить, что Семён уже давно покинул свою семью и близких ему людей, а также общину своего народа. Он искал лучшей доли в жизни, для себя и своих близких, потому-то и увлёкся политической борьбой с несовершенством мира, в котором мы живёт. В своей душе, он уже давно стал изгоем, который ищет собственный путь к счастью. Представители его народа, исподволь стараются использовать Семёна в своих целях, и он прекрасно чувствуя такое отношение, просто перестал воспринимать себя, частицей данного народа. Вчерашние события, только лишь подтвердили все его догадки.
 
— А что вчера с ним произошло?
— Ты же знаешь, что в городе произошло нападение на конвой с арестованным, в результате которого, сбежал наш «гость» из Москвы. Несколько красноармейцев и большинство нападавших были убиты, а друг детства Семёна Марковича, который оказался командиром того конвоя, при нападении получил очень тяжёлые ранения и сейчас находится в больнице.
— Об этом наверное уже весь город знает, а не только я или ты. Вот только мне непонятно, при чём тут Семён Маркович? Тяжёлые ранения ведь получил не он, а его друг.
— Так высокое губернское начальство решило найти виноватого, и попыталось обвинить во всех произошедших событиях Семёна. Якобы из-за его халатного отношения к порученным делам, в конечном итоге всё и случилось. Ему всё же удалось доказать, что все обвинения в его адрес беспочвенны. Ты только представь себе, какой нехороший осадок, от общения с начальством, у него на душе остался. Вот Семён Маркович и отправился в ресторан заливать своё горе коньяком. И ещё неизвестно, что бы дальше случилось, если бы я не пришёл в тот ресторан и не поговорил с ним. Вот ещё что. Чуть не забыл. Надобно отправить кого-нибудь из наших, в поселение с вестью. Пусть моя матушка или супруга приедут сюда, и полечат тяжело раненого командира.
— Кого послать с вестью в Урманное я найду. Вот только на подводе быстро обернуться в оба конца не получится. Да и пустую подводу туда-сюда гонять не вижу смысла, даже ради знакомого вам раненного. А гружённая мешками подвода долго до поселения добираться будет.
— Подвода не нужна. Семён Маркович пообещал насчёт автомобиля договориться. Гонец на нём быстрее до поселения доедет и с кем-нибудь из целительниц назад возвернётся.
— Ну ежели на авто ехать придётся, тогда согласен с таким решением. А в больницу пустят деревенскую целительницу? Ведь врачи всегда отвергали народные методы лечения.
— Лечить раненого будут у нас в представительстве. Так что надобно к приезду, подготовить чистую и светлую комнату.
— Свободные комнаты у нас есть. Вот только с лекарствами в городе проблема.
— Насчёт лекарств можешь не переживать, Иван Иваныч. Всё что необходимо, перед каждой поездкой к больным, наши целительницы всегда с собой берут. Так что Семёну больше не нужно будет пить из-за раненого друга детства.
— Демид Ярославич, а как же так получилось, что Семён Маркович раскрылся перед тобой? Он же, если так можно сказать, поступил неправильно. Нарушил все устои и понятия его народа. Мне вот это непонятно.
— Про то, что у каждого народа на земле имеются свои устои мне известно, а вот какой смысл ты вкладываешь в слово «понятия»?
 
— Странно, слышать от тебя такой вопрос. Их народ уже давно живет обособленно, согласно своих древних устоев и «Торы». «Тора» для них священна, ибо они собрали в неё все свои законы. Когда кому-то что-то непонятно из написанного в «Торе», или возникает вопрос относительно того, как поступить в том или ином случае, то он приходит к раввину или другому мудрому человеку за советом. Те начинают разъяснять, на понятных для спрашивающего примерах из обычной жизни. Вот все эти разъяснения, в данном народе, и стали называть «понятиями». Когда ты услышишь, что какой-то человек «живет по закону», значит он в своей жизни соблюдает «Тору». А если вдруг про кого-то говорят, что он «живёт по понятиям», то значит он в своей жизни пользуется только лишь устными разъяснениями.