Неизведанные гати судьбы (СИ)
— Я никогда не обсуждаю решения своего отца. Ежели он тебя назначил старшим, значит так тому и быть. У нас в Урманном, Иван Иваныч, если ты ещё не знаешь, решения Главы поселения никогда не обсуждаются, а выполняются всеми жителями со всем старанием.
— Очень хорошее правило, и оно мне нравится. В таком случае, чтобы немного успокоить тебя, Демид Ярославич, могу сказать, что значительная часть полученных от нас копчёностей уже пристроена. Её сразу же по местным ресторанам развезли. Сам подумай, кто же в здравом уме начнёт сравнивать кусочки копчёной рыбы под лимонным соусом на блюде в ресторане, или мясную нарезку из различных копченостей, с тем, что мы в продовольственном обозе привезли? Да никто. Посетителей ресторанов совершенно не интересует, откуда на их столах появляются те или иные продукты. Все посетители ресторанов приходят туда, чтобы хорошенько выпить, вкусно поесть и весело провести время. Правда, если говорить честно, иногда отдельные кабинеты в ресторанах используются деловыми людьми для особо важных переговоров.
— Насчёт вкусно поесть, тут я с тобой полностью согласен, Иван Иваныч. Сам люблю хорошо приготовленные блюда вкусить, особенно приготовленные умелыми поварами в ресторанах. Да и насчёт места для проведения важных переговоров ты тоже прав. В прошлые времена мне самому иногда приходилось участвовать в переговорах, проходивших в ресторанах.
— Вот гляжу я на тебя, Демид Ярославич, и поражаюсь. Ты вроде бы молод, по сравнению со мной, но в каких интересных событиях тебе проходилось поучаствовать раньше, даже представить себе не могу. Одни твои знакомства с теми, кто нынче находится у вершин власти, да и прошлые дела с теми, кто всегда привык «в тени» находиться, очень многого стоят. Ты мне лучше вот что скажи, как ты все эти перемены в стране воспринимаешь?
— Пока я до конца со своими выводами ещё не определился. Многое из того, что я увидел в городе, за прошедшие три дня, мне не понравилось. И я сейчас говорю не про разрушенные или сгоревшие дома в городе, и не про грязь и мусор на улицах. На такое можно вообще не обращать внимания, ибо дома люди способны заново отстроить, а грязь и мусор рано или поздно дворники уберут. Я говорю о том, что обычные люди стали другими.
— Что значит «люди стали другими»? По-моему, люди всё те же, что и раньше тут жили.
— Понимаешь, Иван Иваныч, всё дело в том, что я, если так можно сказать, большую часть своей жизни провёл не в нашем таёжном поселении, а прожил среди первозданной природы, в лесной чаще. У меня там душа отдыхает. Может быть из-за такой вот жизни, у меня взгляды на происходящие события и на поведение людей стали совершенно другими. То что для тебя вполне понятно и привычно, мне сразу бросается в глаза, как нечто неправильное или странное. Вот ты меня спросил о людях. Почему, по моему мнению, они стали другими? А ты разве не видел их глаза? Разве не замечал их взгляды?
— Умеешь ты задавать необычные вопросы, Демид Ярославич, — усмехнулся Иван Иваныч и почесал затылок, — но я всё же попробую тебе ответить. То что взгляды у многих нынешних людей довольно сильно изменились, ты полностью прав. Мне всё больше приходится видеть во взглядах людей злобу, хитрость или алчность. Иногда у меня складывается ощущение, что все люди хотят друг друга объегорить и по возможности, не прилагая никаких усилий, нажиться и жить беспечно за счёт других. Я ответил на твой вопрос?
— Частично. Вполне возможно, что мы с тобой, за прошедшие три дня, совершенно разных людей видели. Во время своих послеобеденных прогулок, у большинства людей, я заметил страх и какую-то обречённость в глазах, словно у них кто-то отнял смысл жизни. Скажу больше, меня очень поразило то, что во время своих прогулок, я не увидел на улицах Барнаула детей, словно их в городе совсем нет. Хотя в имперские времена на улицах Барнаула было много маленьких детей и подростков. Кроме того, у меня сложилось такое ощущение, что все встреченные мной люди не ведают как им дальше жить. Их совсем не интересует, что с ними может случиться, даже не завтра или в ближайшем будущем, а уже сегодня вечером…
— Интересные у тебя выводы, относительно людских взглядов. Сам-то что думаешь сегодня вечером делать, Демид Ярославич? — спросил меня старший обоза.
— Предлагаю посетить ближайший ресторан, где имеются отдельные кабинеты, и где весьма вкусно готовят. Там отведаем необычные блюда, приготовленные из наших продуктов, да заодно пообщаемся о жизни, как раньше задумывали. Как тебе такое предложение, Иван Иваныч?
— Предложение хорошее, но сегодня вечером у меня не получится посетить ресторан. Мне надобно внимательно всё посчитать и выяснить, сколько нам должны привезти мешков с зерном и с мукой, согласно заключённого с властями договора. Мне не хотелось бы краснеть перед твоим отцом, ежели представители власти нас хоть на один мешок обманут. Я нисколько не удивлюсь, если вороватые кладовщики, постараются подсунуть нам какое-нибудь загнившее зерно или муку с червями. Кстати, Демид Ярославич, а ты как будешь рассчитываться за ужин в ресторане? У тебя есть в наличии советские деньги?
— Советских денег у меня нет и никогда не было. В наличии только николаевские империалы и полуимпериалы, а вот их, насколько мне известно, даже во времена Сибирской республики и Российского государства, везде принимали к оплате с превеликим удовольствием. Иван Иваныч, ты мне вот что подскажи… Сколько денег нынче может понадобиться, чтобы плотно поужинать в приличном ресторане?
— Сколько сейчас будет стоить хороший ужин, я тебе не отвечу, ибо не знаю, а вот три месяца назад, мне приличный обед в хорошем ресторане обошёлся в несколько миллионов. Всё зависит от того, какие блюда и напитки заказываешь.
— Погоди. Что значит обед «обошёлся в несколько миллионов»?
— Так советские деньги из-за гражданской войны очень быстро стали обесцениваться. Такое произошло из-за «грамотного руководства страной», партийными представителями новой власти. Доруководились, мать их за ногу, до такой степени, что счёт цен за товары и продукты пошёл на миллионы. Вот и пришлось властям печатать деньги со множеством нулей. Правда, на рынках ходят слухи, что в нынешнем или в следующем году, власти решили денежную реформу провести. Поговаривают, что вновь введут в обращение золотые и серебряные монеты, а со всех новых советских денег уберут все лишние нули. Насчёт нулей даже можешь не сомневаться, верно люди сказывают. Я сам поначалу в это не верил, да вот сегодня один кладовщик, что выпросил для себя кусочек окорока, рассчитался со мной новыми деньгами. Сам посмотри, — и Иван Иваныч достал из кармана кожаный портмоне, открыл его, и протянул мне новенькую банкноту, — эти деньги новые, в этом году власти выпустили. Как сказал кладовщик, новыми деньгами уже второй месяц зарплату госчиновникам выдают. На них, как ты сам можешь видеть, уже нет лишних нулей, как на старых деньгах.
Я взял купюру и начал её рассматривать. На серо-сизой бумаге, в центре фигурной рамки с переплетёнными ветвями и красивыми завитушками, с нарисованными справа и слева большими цифрами «Пятьдесят», было напечатано: «Государственный денежный знак. Пятьдесят рублей. Обеспечивается всем достоянием республики». Пониже текста, стояли две подписи, Народного комиссара финансов и кассира, а ещё ниже дважды повторялся номер купюры. Вверху и внизу был указан нынешний год выпуска.
— Иван Иваныч, а где тут упоминание про миллионы?
— На обратной стороне посмотри.
Действительно, на обратной стороне купюры, в самом центре, я увидел довольно крупную цифру «Пятьдесят». Она была нарисована синей краской с розовой тенью, а поверх неё тёмно-серым типографским шрифтом было напечатано: «Один рубль равен одному миллиону рублей, дензнаками изъятыми из обращения». Я протянул купюру Иван Иванычу, но тот лишь отмахнулся и сказал:
— Оставь себе, Демид Ярославич. Будет чем расплатиться за ужин в ресторане, а ежели этих денег не хватит, то половые не брезгуют и николаевские империалы, и монеты серебром брать. Главное, чтобы никто из посторонних не видел, какими деньгами ты за ужин рассчитываешься. Ты постарайся свои золотые империалы нигде не светить, так нам всем спокойней будет. Лихих, да глазастых людей, падких до чужого добра, во все времена хватало, так что не забудь с собой свои «Кольты» взять, тем более у тебя разрешение на ношение оружия имеется.