Неизведанные гати судьбы (СИ)
Мои первоначальные предположения, что за время отсутствия отца и старосты в поселении, повседневная жизнь будет идти так же размеренно и спокойно как раньше, не оправдались. Уже на следующий день, сразу же после обеденной трапезы, когда мы вышли с Яринкой на крыльцо Управы, события стали меняться с такой быстротой, что потом всем жителям поселения пришлось вспоминать все мелкие детали, на которые изначально никто не обратил никакого внимания.
Первой заметила изменения моя Яринка, едва мы вышли на крыльцо Управы.
— Демидушка, ты ничего странного не замечаешь?
— Ты сейчас о чём спрашиваешь, Яринка?! — удивлённо спросил я супругу, выбирая мелкие хлебные крошки из своей бороды и направляя их в рот.
— Как-то вдруг необычно тихо стало. У меня даже «гуська» по коже несколько раз волнами прошлась. Прислушайся, все птицы разом замолчали, что у нас в Урманном, что в ближайшем лесу. Да и вся поселянская домашняя живность в округе ни единого звука не издаёт, словно бы и нет у нас в поселении вообще никакой живности.
Осмотревшись по сторонам, я заметил, как взволнованные поселянские женщины, то и дело поглядывая на небо за Управой, загоняли по домам испуганных маленьких детей, которые после обеденной трапезы решили немного поиграть в салочки за воротами. Через несколько минут вся улица опустела, лишь два десятка артельных охотников и дозорных с оружием стояли на площади перед Управой, да мы с Яринкой на её крыльце.
Спустившись с крыльца Управы и выйдя на середину поселянской площади, я встал рядом с охотниками и дозорными. Наши взоры были устремлены в сторону урмана за зданием Управы. То что мы увидели, мне не понравилось. Не издавая никаких звуков, против движения всех облаков, к нашему поселению, почти над самыми вершинами древнего урманного леса, очень медленно приближалась какая-то большая, странная «чёрная туча».
Странность заключалась в том, что «чёрная туча» имела весьма правильную форму и плыла на высоте трёх-четырёх десятков саженей над вершинами деревьев ближнего урмана. Она хоть и была сверху окутана какими-то клубами грязно-серого тумана, но по своим общим очертаниям очень сильно напоминала громадную широкополую шляпу, наподобие тех, в которых приходили барнаульские иудеи в аптеку на Петропавловской за лекарствами. Вот только эта «чёрная туча» не воспринималась пустотелой, а словно бы состояла из какого-то уплотнённого слоистого мрака. Видимые размеры странной «чёрной тучи» были около шестидесяти-восьмидесяти саженей. По всей её нижней чёрной поверхности, через ровные промежутки времени, то и дело проскакивали небольшие кровавые всполохи, тут же превращающиеся в круглые тёмно-красные пятна вспышек. Странность ещё заключалась в том, что каких-либо громовых раскатов, после появления кровавых всполохов и тёмно-красных вспышек, или какого иного звука вообще не было слышно.
Быстро отдав распоряжение, всем присутствующим на площади артельным охотникам и дозорным, «разойтись по домам и не выходить во дворы или на улицу пока всё не закончится», я вернулся назад в Управу и за руку завёл в неё Яринку.
— Мне нужно срочно бежать домой, там дети остались одни, — взволновано сказала супруга, и попыталась освободить свою руку.
— Наши дети не остались одни дома, Яринка, с ними сейчас бабушка, — ответил я, подведя её к окну. — Тебе необходимо остаться со мною в Управе. До нашего дома ты не успеешь добежать. У меня предчувствие, что сейчас никого живого на улице и во дворах быть не должно.
Словно подтверждая мои слова, через несколько мгновений, центральную улицу поселения заполнила «лавина» из бегущих лесных зверей и животных. Все они, гонимые страхом и ужасом, убегали от странной «чёрной тучи» используя дорогу идущую через Урманное. В едином потоке по улице поселения бежали лисы и зайцы, кабаны и волки, медведи и маралы, а также остальная лесная живность. А над живой «лавиной», в полной тишине, единой стаей летели различные виды птиц.
— Стой тут, — крикнул я Яринке, и подбежав к двери, открыл её, и прокричал наружу: — Урчана, сюда.
Из общего живого потока, тут же отделилась рыська и заскочила в раскрытую дверь Управы. Как только Урчана оказалась внутри, я быстро закрыл дверь на засов. Рыська сразу же прижалась к моим ногам. Было видно, что её дыхание сбилось, а по всему телу рыськи волнами шла дрожь. Я присел на корточки рядом с Урчаной и начал гладить её, чтобы она хоть немного успокоилась.
— Всё позади, девочка, теперь ты в полной безопасности. Здесь тебе уже никто не сможет причинить вред, — тихо говорил я рыське, сопровождая свою речь мысленными образами тишины, уюта, покоя и безопасности. Вскоре рыська немного пришла в себя, разлеглась возле моих ног, и полностью успокоилась. Я уселся на пол рядом, и продолжил гладить Урчану.
— Какая красавица, — раздался восхищённый голос Яринки за моей спиной. Рыська немного напряглась, но заметив, что ей никто не угрожает, вновь быстро успокоилась, прикрыла глаза от удовольствия, и даже заурчала от моих поглаживаний. — Демидушка, ты про неё нам рассказывал, говоря, что тебя частенько на охоте сопровождает лесная Хозяйка.
Услышав имя матери, Урчана открыла свои глаза и внимательно посмотрела на Яринку. Мне даже показалось, что рыська переслала ей мысленный образ: «Откуда ты про неё знаешь?» То, что произошло дальше, меня поразило до глубины души. В моей голове замелькали различные яркие образы, словно бы кто-то очень быстро показывал разные красочные картинки. Через несколько минут всё закончилось.
— Солнышко, лесная Хозяйка недавно умерла. Сию красавицу зовут Урчана, она дочка лесной Хозяйки о которой я рассказывал, — немного придя в себя, начал я пояснять супруге знакомство с рысью, но вдруг Яринка меня перебила. Впервые в жизни.
— Я знаю, Демидушка. Красавица мне уже всё поведала. Она даже рассказала как ты её спас, когда она будучи малышкой угодила в яму с плохой водой.
— Погоди-ка, Яринка. Ты мне вот что поведай. Ты когда научилась понимать мысленную речь зверей и животных?
Яринка улыбнулась глядя на меня, а потом тихо ответила:
— Ты постоянно забываешь, что у тебя жена целительница. Нас с детства обучают понимать мысленную речь. Понимаешь, иногда тяжелобольные не могут говорить, как обычные люди, из-за повреждений или опухолей горла. Вот и приходится нам с ними мысленно разговаривать, чтобы узнать где и что у них болит. А животных я научилась понимать уже давно. Моим наставником в учёбе была наша Мурлыка. Она научила меня быстро обмениваться мысленными образами. А вот что ты владеешь мысленной речью, я даже не догадывалась. Тебя устроит такой ответ?
Словно бы подтверждая всё сказанное, Урчана поднялась на ноги, подошла к моей Яринке и тщательно её обнюхала.
«От неё пахнет тобой», — передала мысленный образ рыська. — «Она твоя самка?»
— Да, — коротко ответил я.
Яринка и Урчана тут же одновременно кивнули мне головами. Похоже, что каждая из них восприняла моё «да», как ответ на свой заданный вопрос.
— Надо бы красавицу Урчану покормить, — сказала вдруг Яринка, — после твоего обеда остался большой кусок копчёного окорока, к которому ты так и не притронулся.
— Мне хватило наваристых щей и каши с мясом, которые ты приготовила. Так что окорок не зря остался нетронутым. Он по-моему сейчас в самый раз будет, для лёгкого обеда нашей лесной красавицы. Иди, покорми Урчану.
Едва моя супруга и рыська скрылись за дверями комнаты, где мы трапезничали, как я вдруг почувствовал странную тяжесть неприятно давящую мне на плечи.
Собрав все свои силы, я преодолевая давящую тяжесть поднялся с пола, подошёл к окну и увидел, как всё наше таёжное поселение полностью накрыла большая чёрная тень.
Центральная улица поселения уже опустела, лишь на площади недалеко от Управы одиноко лежал молодой оленёнок. Он несколько раз попытался встать на ноги, но у него ничегошеньки не получилось. Скорее всего оленёнку, во время панического бегства зверей и лесных животных по улице, через наше поселение, повредили все ноги, сначала сбив его, а потом пробежавшись по нему. Других подранков, на улице и на площади возле Управы, я не заметил. Единственное что я мог сделать для него, в таком положении, это навечно прекратить его мучения и страдания. Едва я подумал об этом, как вдруг обстановка на площади резко изменилась. Сначала, вокруг лежащего молодого оленёнка, возник широкий световой столб тёмно-серого цвета с синевато-белёсым отливом, уходящий прямой колонной в высоту и достигающий нижней части странной «чёрной тучи». После чего, внутри светового столба сверкнула очень яркая молния, мгновенно испарившая голову лежащего на площади оленёнка. Хорошо ещё, что моя Яринка кормила Урчану и не видела произошедшего. Спустя несколько мгновений, световой столб стал быстро втягиваться в странную «чёрную тучу», утаскивая с собой безголовое тело молодого оленёнка. Мне стало понятно, от чего убегали все лесные звери и животные, даже не обращая внимания то, что на их пути находится человеческое поселение. Все они в ужасе бежали от своей смерти.