Неизведанные гати судьбы (СИ)

— А что тут говорить-то, отец? Надо идти и самому смотреть, что за чудные страсти у нас на дальнем урмане творятся. Мне даже самому интересно, что там за чудище лесное появилось, да ещё в медвежьем обличии. Ведь не просто же так оно нашим поселянам показалось. Вот только я не завтра туда пойду. Мне надобно хотя бы пару деньков отдохнуть от поездки, с детьми своими позаниматься, накопившиеся дела по дому поделать, а потом уже можно и к дальним сопкам наведаться.
— Один пойдёшь, али с собою кого-то из наших поселянских охотников возьмёшь? — спросил отец.
— В одного пойду. Так проще и надёжней для всех будет. Ежели что, мне на дальнем урмане моя подружка подсобит.
— Какая-такая подружка у тебя завелась?! — удивлённо воскликнул тесть, и сурово посмотрел в мою сторону. — Тебе что… моей Яринки мало для жизни стало?
— Успокойтесь, пожалуйста, Родасвет Казимирович, — спокойным голосом ответил я своему тестю. — Яринки мне для жизни вполне хватает. Вот только говоря про свою подружку, я не девок Урманнских или уездных имел в виду, а лесную помощницу, что у всех людей рысью зовётся. Мы с ней уже давно подружились. Она мне в охоте помогает, а я ей за помощь часть добытого отдаю.
— Вечно у тебя, Демид, всё не по-людски, — проворчал Родасвет Казимирович. — Все поселяне стараются среди себе подобных друзей надёжных обрести, и лишь ты, с дикими зверями дружбу предпочитаешь водить.
— Что поделать, Родасвет Казимирович, видно судьба у меня такая. Так зачем же мне против судьбы своей идти?
Последующие два дня я в основном занимался домашними делами и детьми, стараясь дать побольше отдыха своей любимой Яринке, ибо в день моего возвращения из поездки в Барнаул, она перед сном меня обрадовала, что снова ждёт ребёнка.
В перерывах между делами, несколько раз сходил в Управу и прочитал все рассказы детей и нашей молодёжи. После чего, стало понятно, в каком месте дальнего урмана заметили странного «чудовищного медведя» и куда мне следует идти.
Перед самым рассветом, ранним утром четвёртого дня, после нашего возвращения из Барнаула, собравшись как на долгую охоту, я поцеловал спящую Яринку, взял своё ружьё и тихо покинул поселение. Мой путь лежал к дальнему урману, где поселянами было замечено странное и необычное существо…
  
Глава 33
 
Район дальнего урмана. В Алтайском Белогорье.
Прибыв на место, я очень внимательно осмотрел растущий прямо на сопках и рядом с ними старый смешанный лес. Каким-то чудом эта местность не пострадала во время последнего потопа. По небольшим узким просекам, что оставили за собой катящиеся с сопки небольшие камни и валуны, мне удалось определить примерное направление, откуда они скатились в лес. Застывшие небольшими каменными изваяниями аршинные валуны создали, на своём продолжительном пути, довольно приметные прорехи и бреши в молодой поросли разросшегося папоротника, что заполнил всё свободное пространство между крепких стволов старых деревьев.
Появись кто-нибудь другой в данном месте, то он сделал бы однозначный вывод: «На самой большой сопке, по непонятным причинам, возможно из-за землетрясения, произошёл оползень, в результате которого различные камни и валуны устремились вниз оставляя на своём пути прорехи среди лесной растительности». И никто бы не смог переубедить такого человека, появившегося в том месте лесной чащи, в неверности сделанного им вывода. Все остальные люди тоже поверили бы в данный вывод, но только не я. С молоком матери мной впитано правило, что наши поселяне никогда никого из своих не обманывают, именно потому-то я сразу поверил во все невероятные события, о которых они рассказали в Управе.
Пока осматривал места с прорехами в зарослях папоротника, вокруг меня кругами ходила и чего-то вынюхивала четвероногая подруга, которую я называл Хозяйка леса или просто «Хозяйка». Она присоединилась к моему выходу на дальний урман, едва я покинул поселение. По мере приближения к дальнему урману, я поведал ей о странных событиях там происходящих, не забыв упомянуть, что всё это очень сильно напугало детей. Услышав про опасность для потомства, рысь сразу же начала обследовать всё вокруг. Неожиданно, сработало предчувствие, а тело напряглось, как перед прыжком с высокого берега в глубокую реку, так у меня иногда бывало, особенно при приближении опасности. Буквально через несколько минут, недалеко от меня, зарычала рысь.
 
— Что ты там обнаружила, Хозяйка? — спросил я подругу голосом, одновременно передавая свой вопрос мысленно, после чего, направился в её сторону.
Свою четвероногую подругу я обнаружил за зарослями папоротника на странной лесной тропе. Странной мне эта тропа показалась ещё и потому, что она скорее была кем-то проломлена через молодые деревья и кустарники, чем просто протоптана. Это прекрасно подтверждали и деревья растущие вдоль тропы. Почти у всех деревьев, со стороны тропы, были обломлены ветви на высоту около трёх саженей от поверхности, а разросшийся кустарник был либо вытоптан, либо вырван с корнями и отброшен в сторону.
«Здесь остались свежие следы больших, неизвестных мне зверей, а высоко на деревьях я заметила клочья их шерсти», — тут же пришёл мне ответный образ, который перевёл в привычные понятия мой амулет.
Рысь как всегда оказалась права, на высоте примерно полутора-двух саженей, я увидел на стволах деревьев, растущих вдоль странной тропы, большие клочки чёрно-бурой шерсти. Мне показалось, что неведомые нам большие звери не просто зацепились своей шерстью за старые деревья, проходя через лес, а что они намеренно чесались об них. На самой тропе моя подруга обнаружила странные следы округлой формы и заполненные водой, но не это удивило меня, а сам размер следов. Они были примерно с локоть в поперечнике, и могло показаться, что тут кто-то вбивал в мягкую почву спиленный ствол толстого дерева. Мне было непонятно, какие из ныне существующих зверей могли оставить такие странные и крупные следы. Во времена моей юности, дед где-то купил книгу с картинками, в которой давалось описание птиц, зверей и животных живших ранее и ныне существующих на земле. Эта книга мне очень помогла стать охотником, но даже в ней не было описания таких странных следов. Об этом я и сообщил своей подруге…
«Не это сейчас для нас важно…», — пришёл мне ответ от рыси.
— Почему ты так решила, Хозяйка?!
«Я чувствую приближение этих больших зверей. Они уже скоро будут здесь, и нам лучше не находиться у них на пути», — сообщив мне это, рысь быстро ушла с тропы вглубь леса, запрыгнула на толстую ветку старого дерева и скрылась в его листве.
Пришлось последовать её примеру и забраться немного повыше на дерево, которое росло недалеко от укрытия рыси. Место оказалось довольно удобным, ветви дерева переплелись таким образом, что получилась очень крепкая площадка на высоте примерно двух с половиной саженей, с которой можно было спокойно наблюдать за всем что происходит на странной тропе. Удобно устроившись на переплетённых между собой ветвях дерева, я разместил рядом своё охотничье ружьё и заплечный мешок с припасами, после чего, сразу же активировал необычное защитное одеяние, подаренное мне однажды богатырём Ставром в древнем опустевшем городе. В общем, через несколько мгновений, окраска моего защитного кокона слилась с листвой старого дерева, и я словно бы растворился в первозданной лесной чаще. Теперь меня уже никто не мог заметить, даже с очень близкого расстояния. Да что там ещё говорить, если уж от моей лесной подруги, после активации защитного кокона, пришёл вопросительный образ: «Куда ты пропал, охотник?», то за свою скрытность я был совершенно спокоен. Лишь мой мысленный ответ, что я спрятался на дереве недалеко от неё, немного успокоил Хозяйку леса.
 
Ждать нам долго не пришлось. Вскоре послышался треск сухих веток, что обильно валялись по всей тропе, а спустя некоторое время мимо наших деревьев прошествовало три необычных существа, покрытых буро-чёрной шерстью. Двое существ были просто огромными, не менее двух с лишним саженей в высоту, а третий, идущий посредине, был скорее всего их малышом, хотя «малыш» вымахал ростиком больше полутора саженей. У всех троих были довольно крупные тела, длиннющие носы, которыми два больших существа срывали молодую зелень и траву направляя её себе в рот. На их головах располагались большие лепёшкообразные уши, а изо ртов торчало по паре довольно громадных, отдающих желтизной, и немного загнутых белых клыков, которыми они раздвигали молодые деревца и кусты на своём пути. Самым интересным мне показалось то, как «малыш» держался своим длинным носом за хвост впереди идущего существа. Возможно, это была его мать.