Истинная моего брата (СИ)
Я вздохнула и заявила:
— Домой ко мне поехали, там вещи заберу, не хочу по магазинам. А потом в кино и отсыпаться, — мой собственный план меня устраивал больше всего, раз все-равно все за меня всё решили. — Катальщик из меня все-равно никакой.
— Ну, в следующий раз, значит, — равнодушно пожал плечами мужчина, заставив задуматься.
— Какой ещё такой “следующий раз”? — вкрадчиво поинтересовалась я. — А меня спрашивать тут никто не собирается?
По тому, как демонстративно этот хвостатый мерзавец закатил глаза, я поняла, что моё мнение и правда никого не интересует.
Обидно, однако.
— Между прочим, у тебя может начаться послеродовая депрессия, — назидательно проговорил Кирилл. — Это ведь не шуточки, должна понимать! Психолог сказал, что если у женщины муж совсем мудак, то послеродовая депрессия может никогда и не закончиться! Мужа у тебя нет, но мы с родителями решили, что мы не мудак, на произвол судьбы тебя не кинем, поэтому буду тебя иногда вытаскивать, а мама хотя бы вдоволь на внуков налюбуется, вкусит радость бытия бабушкой.
Я запуталась в этих депрессиях и мудаках и понимала только одно: я чертовски устала, и с этим нужно что-то делать, потому что уставать, ничего не делая, — это ненормально.
когда мы подъехали к подъезду моего дома, я кое-что поняла:
— Я же не говорила адрес, — откуда Кириллу было знать, где я живу?
Ответом мне послужило сначала молчание, а затем короткое:
— Я кое-что о тебе узнавал.
И всё, больше я ничего не добилась.
Ключи от квартиры у меня, к счастью, были всегда при себе, так, на всякий случай. Вот и пригодились.
Пока я была беременна — поездки для меня были настоящим испытанием, а теперь я чувствовала необычайную лёгкость, не думала, что вообще когда-то вернусь к этому состоянию. За время, что я носила детей, я почти не располнела, так что сейчас можно было, взглянув на меня, подумать, что я и беременной-то никогда не была. Разве что растяжки с живота будут уходить не так быстро, как мне бы того хотелось, но всё-таки уйдут. Да и зима на улице, никто кроме меня этих растяжек и не увидит.
— Три недели там не была, да и до этого порядка особого там не было. Надо бы прибраться… — поймав взгляд Кирилла, сразу же добавила: — Но делать я этого, конечно же, не буду.
И наглый альфа тут же разулыбался. Нахал!
В квартире всё запылилось, конечно же, в холодильник я даже заглядывать не стала: страшно. Сбежать от проблемы — это не способ, конечно же, но лучше я потом как-нибудь одна всё тут разгребу.
Вещей у меня было достаточно много, но сейчас я просто брала джинсы, в основном те, которые были мне чуть большеваты до беременности, футболки, домашнюю одежду. Вещи, купленные Марией Александровной, некоторые остались даже ни разу не ношенными. Надо будет, наверное, потом их куда-нибудь деть.
в общем, едва-едва набралась сумка. Куртка меня вполне устраивала та, что была: я туго-туго затягивала шнурок на талии и можно было спокойно носить, смысла покупать на зиму что-то новое не было, потому как и выползала я за пределы двора крайне редко.
— Всё, — объявила я Кириллу, который так и стоял в коридоре, не проходя дальше. — Можем ехать. Ты фильм, я надеюсь, выбрал?
Кирилл счастливо покачал головой:
— Не-а, даже не знаю, что там идёт
В итоге, пока мы ехали до ТРЦ, я рыскала по сайтам, выбирая фильм. Самым вменяемым вариантом оказались “Маленькие женщины”, на них выбор и пал. Хотя бы буду потом хвастаться тем, что когда у меня были маленькие дети, я даже в кино была.
Приехали мы за час до начала сеанса, так что, купив билеты, отправились в кафетерий, чтобы перекусить:
— Ты по-прежнему фанатеешь от мяса? — усмехнулся Кирилл.
Я покачала головой.
— Нет, мои вкусы вернулись к обычным, так что мяса я не хочу вообще, предпочту овощи или выпечку. Сладкого ещё можно чего-нибудь…
И тут я вспомнила истории матерей, который кормили грудью и страдали от жесточайшей диеты. У меня и молока, в общем-то, не было, меня сразу в клинике напоили какими-то препаратами, остановившими процесс лактации. Всё-таки, я бы хотела кормить детей грудью, хотя бы какое-то время, но раз это им совсем не пойдёт на пользу, то нужно искать плюсы во всё. В том числе и в том, что я сейчас могу, ни в чём себе не отказывая, наесться до отвалу.
Чем я и занялась, заказав себе кусок пирога, кусок торта и две чашки чая. “Отвала” не получилось, и я добавила ко всему ещё порцию запечёной картошки. Благо, метаболизм у меня из обжор в животе нормальный, иногда можно себе позволить поесть без угрозы стать необъятной. Правда, после беременности стоило бы сначала всё-таки похудеть ещё немного, но теперь уже поздно грустить о съеденном.
Кирилл давно уже съел всё, что он там заказал и просто сидела, разглядывал меня.
— Что? — поинтересовалась я, немного смутившись. — Замаралась, что ли?..
Мужчина, улыбнувшись, покачал головой и ничего больше так и не сказал до самого начала сеанса, да и во время него, тоже.
Фильм оказался очень даже интересным, я была увлечена просмотром. Вот только ближе к середине мужик, сидящий впереди, справа от меня стал совсем уж громко поедать свой поп-корн. Чёрт, за два часа оголодает он, что ли?
— Извините, — проговорила я, тронув его за плечо, — Не могли бы вы быть потише?
Мужик обернулся, хмуро на меня глянул и сказал:
— Не мог бы, от****сь, — чуть ли не рявкнул он, повергнув меня в глубочайший шок, после чего обернулся и продолжил с ещё большим усердием, и едва ли не чавканьем, уничтожать поп-корн.
Я даже и не знала, как на подобное реагировать, зато, кажется, знал Кирилл.
— Хэй, мужик, — спокойно позвал он хама. Тот раздражённо дёрнулся, обернулся и собирался, видимо, и Кира тоже послать, но альфа посмотрел ему прямо в глаза, приказным шёпотом произнес: — Вывали поп-корн себе на голову.
В следующую секунду ничего не произошло. Я уже не могла наблюдать за тем, что происходит на экране, а мужчина, кажется, не понял смысла фразы… А потом выполнил приказ.
И только когда ведро, оказалось полностью пустым, он надел его себе на голову и очнулся.
Раздался пронзительный вскрик, на который отреагировали рядом сидящие люди. В радиусе двух мест от нас троих никого больше не было, но мужик заорал громко, услышали его голос все:
— Чё за херня, а?! Что ты со мной сделал? — он вскочил и едва ли не кинулся на спокойно сидящего Кирилла.
Тот посмотрел на него с удивлением, достойным “Оскара”.
— Не понимаю, о чём вы… Ведёте себя странно и ещё меня обвиняете, мешая фильм смотреть.
Жертва непонятного мне принуждения собрался заорать что-то вновь, но тут же в зал вошёл охранник и, свободно пройдя к мужчине, сказал:
— Покиньте, пожалуйста, помещение, иначе мы будем вынуждены обратиться в правоохранительные органы в связи с вашим непристойным поведением, — мужик всё это время смотрел Кириллу в глаза, тот, вроде как, молчал, но отчего-то тип не стал сопротивляться просьбе охранника.
В зале все завозмущались, и фильм отмотали на десять минут назад, но мне было уже не до него:
— И что это было? — спросила я, обращаясь к Кириллу. — Я же видела…
Оборотень усмехнулся.
— Все альфы так могут, по достижении определённого возраста. Но действует только на людей. Будь в этом мужике хотя бы восьмушка крови оборотней, могло бы не подействовать. Но пах он совершенно по-человечески.
Я вздохнула, потом пробормотала:
— Хорошо, что дети не смогут выманивать у меня лишний час просмотра мультиков таким образом. Было бы неудобно.
Кирилл пожал плечами:
— Не знаю, насколько мне известно, на отцов или матерей альф, которые являются людьми, тоже не действует. По крайней мере, со стороны их детей. Природа, всё-таки, не дура.
Я кивнула. Вот было бы забавно, если бы где-нибудь лет в шестнадцать, когда у детей пробудится вторая ипостась, они начали бы этим способом промышлять.
Фильм мы всё-таки досмотрели, я впечатлилась… И даже повосхищалась даже, но к моменту окончанию сеанса меня уже так сильно клонило в сон, что я едва ли на ходу не вырубалась.