Жена - (не) игрушка для дракона (СИ)

Когда тот закончил, то вперился в меня своими темно-синими, как у сына, глазами. Я мужественно выдержала взгляд, если сейчас отступлю, то потеряю для него всякое подобие человека и стану пустым местом. Мужчина отвернулся первым.
Глава 4
Из-за ссоры с мужем леди Аркадия не стала откладывать поход на ярмарку. Думаю, что это частое явлению в их доме. С нами пошел Григорий Семенович в качестве переводчика. Это очень облегчило коммуникацию со свекровью. Стоило нам выйти за порог, как возникла большая проблема. Три красавца пегаса ждали нас у крыльца. Сильные, мощные, с блестящей шерстью, они нервно переминались с ноги на ногу, ожидая, пока их оседлают. Ловким движением свекровь забралась на свою лошадь с помощью грума, а следом за ней оседлал свой транспорт и учитель. Только я осталась на земле в полном недоумении.
Они мне что, предлагают вскарабкаться на этого монстра самостоятельно да еще и взлететь на нем? Да, на вид он очень красивый, статный, гордый, но лезть я на него не собиралась.
Заметив мою нерешительность, свекровь через переводчика обратилась ко мне, хотя одно слово из ее речи я смогла понять и сама.
— Что случилось, леди Лана?
— Я давно не практиковалась в верховой езде и до конца не отошла от перемещения между мирами, — намекнула на то, что прогулка на пегасе не входила в мои планы.
На самом деле я вообще ни разу в жизни не садилась на животных верхом. А на крылатых — тем более. Мне до сих пор было не по себе от полета вверх попой, который пришлось пережить несколько дней назад. Страшно даже думать о том, что мои ноги оторвутся от твердой земли.
Леди Аркадии ничего не осталось, как спешиться и что-то скомандовать конюху. Тот кивнул головой и скрылся в конюшне.
— Сейчас нам подадут открытую коляску, — улыбнулась она, а я в который раз поразилась терпению этой женщины.
Она живет в доме с такими напыщенными индюками, которые в любой момент могут взорваться, но умело лавирует между ними, пытаясь сглаживать конфликты. Да еще и я нарисовалась со своими заморочками. На лошадях не езжу, мясо не ем, одежды не имею. А ведь она наверняка тоже не простой человек, судя по тому, как выглядит. Уместно ли в этом мире спрашивать про расу человека? Могу я взять и спросить, не дракон ли она?
— Эти животные, пеллы, наш основной способ передвижения, — начал рассказывать мне Григорий Семенович. — Я понимаю, что на Земле такого нет, но нужно привыкать на них летать, это позволяет сэкономить много времени при передвижении по сельской местности.
Я и без него это поняла, но не могла пересилить страх и залезть на спину животного, которое поднимет меня на головокружительную высоту, а потом возьмет и выкинет, поддавшись секундному порыву. А я всего лишь хрупкий человек и вряд ли переживу падение.
— А без этого никак не обойтись? — поинтересовалась я, растягивая слова и превращаясь в светскую даму.
— Конечно, можно.
Я уже обрадовалась, но мужчина тут же спустил с небес на землю:
— Можете не выходить за пределы усадьбы, потому что на большей части территории империи дороги оставляют желать лучшего.
— Как у вас люди передвигаются? Не думаю, что пеллы есть у каждого крестьянина, — чуть высокомерно от обиды произнесла я.
— Пешком, кто побогаче, заводит мула, который тащит телегу по размытым дорогам, — ничуть не обиделся учитель.
Да, все-таки даже в другом мире остаются проблемы с дорогами, но, в отличие от Земли, здесь есть летающий транспорт, который доступен высшей части общества.
Но за простых граждан стало обидно. Думаю, что здесь, как и в нашем мире, большая часть империи все-таки принадлежит не к знати, а значит, не имеет возможности летать, когда вздумается. Но вряд ли власть это интересует. У них даже люди не считаются людьми, если не рождены здесь.
Нам подогнали открытую коляску, в которую запрягли мула. С трудом, но мы втроем поместились на кожаном сидении. Кучер поднял вверх хлыст и рассек воздух, коляска медленно тронулась. Пока мы двигались по территории усадьбы, ехать было довольно комфортно. Ветер пытался трепать прическу, вокруг много зелени, словно я на морском курорте, солнышко мягко касалось открытых частей тела. Свекровь передала мне платок, который неизвестно откуда взялся в ее руках, я повязала его на волосы, чтобы к приезду на рынок не выглядеть словно швабра.
 
Как только мы выехали за ворота усадьбы, я поняла, почему пеллы в почете. Мы подпрыгивали на каждой кочке, дергались, словно в автобусе, у которого сломалась коробка передач. Никогда не думала, что меня может укачать в открытой коляске, но к концу путешествия я так вымоталась, что на еду даже смотреть не могла. Казалось, что все внутренности перемешались между собой и напрочь забыли свое место. Потому как желудок явно переместился в район горла.
Спустилась по ступенькам с коляски. Ноги дрожали, руки тряслись, а пятая точка нещадно саднила. Даже представить себе не могла, что мне придется снова сесть в коляску и отправиться на ней домой, лучше пойду пешком.
Ярмарка напоминала простой деревенский рынок. Вдоль главной дороги расположились палатки с разнообразными товарами. Вначале шли ткани, бижутерия, хозяйственные принадлежности. Я смотрела на искусно сделанные гребни для волос, заколки и ленты. Сразу вспомнилось, насколько любила ходить по магазинам, покупать обновки. Оплачивая очередную вещь, я чувствовала приятное удовлетворение, пусть даже она мне совсем не нужна. Сейчас же у меня не было никаких денег, поэтому я могла только смотреть на красивые товары и вздыхать.
Не удержалась и взяла одну заколку, украшенную бледно-голубыми камнями. Я понимала, что это совсем недорогая безделушка и камни самые простые, но сделана довольно искусно, с любовью. И тепло от нее шло, словно она досталась мне от бабушки, но пришлось ее вернуть на место, потому что даже такую малость я не могла себе позволить.
Я здесь никто, у меня нет совершенно ничего. И заботится обо мне леди Аркадия исключительно потому, что ее непутевый сын совершил фатальную ошибку и женился на девушке, которая без его имени не имеет права даже распоряжаться своей жизнью.
Я не собиралась отказываться от этого брака, памятуя о судьбе в случае разрыва. У меня есть пять лет, чтобы родить ребенка, потому как другого выбора, чтобы остаться в середине иерархической пирамиды, нет. Хотя о чем я? Конечно, есть. Можно убить мужа и стать вдовой. Но что-то подсказывало, что дракона уничтожить не так просто, а наказание последует незамедлительно. Да и вообще я не убийца, нож-то в руке держать как следует не умею. Может, он не самый заботливый мужчина, но, сам того не желая, спас меня от незавидной участи, хотя бы за это буду ему благодарна.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мы продолжали идти по рынку, рядом след в след двигался Григорий Семенович, который комментировал все.
— Хотя здесь и продаются готовые платья, но это не ваш уровень. Для особ титулованных одежду шьют модистки. Вот ленты и украшения для повседневной носки вы можете позволить купить здесь, да и то только если будете носить это в сельской глуши. В городе же принято ходить в золоте даже по дому.
Я внимательно слушала все, что он говорит. Раз стала частью этого общества, то должна соответствовать. С одной стороны, хотелось насолить противному мужу и его папаше: опозорить их на первом же официальном мероприятии. С другой — я догадывалась, что вся ответственность ляжет на плечи хрупкой женщины, которая пытается изо всех сил держать лицо, даже если все летит в тартарары. Да и жить мне теперь здесь придется до самой смерти, а значит, нужно вливаться в местное общество. Не думаю, что это будет сложно. На земле я завсегдатай вечеринок. Если только у них нет предвзятого отношения к попаданкам, даже тем, которые стали леди.
Наконец мы достигли гастрономических рядов, где были представлены всевозможные продукты. Я с облегчением поняла, что в этом мире живут не только драконы, которые поедают мясо в огромных количествах, но и простые люди. Им не чужда любовь к сладкому, овощам и сыру.