Куропаты - змеиный поцелуй Америки

По инициативе Зенона Позняка, повествует Василий Быков в биографическом произведении «Долгая дорога домой», было решено создать специальное товарищество «Белорусский мартиролог» с перспективой его преобразования в другую, более радикальную организацию. Потом Позняк будет сам утверждать, что о её создании знали Дубенецкий и Быков. Последний это тоже, по привычке, подобно любому агенту спецслужб, тщательно скрывал. Учреждение «Мартиролога» проходило в Красном костёле, который был тогда белорусским Домом кино. На учредительном собрании, по описанию Быкова, были многие художники и писатели, в том числе Максим Танк, Нил Гилевич, Анатоль Вертинский, Рыгор Бородулин, Владимир Колесник, Михаил Дубенецкий и другие. Однако и противная сторона, по мнению Быкова, неплохо подготовилась к собранию и принимала необходимые меры. Чтобы занять места в зале и потом не запускать неугодных, за час до начала заседания места в зале заняла толпа служащих КГБ в штатском, секретари и работники горкома, представители прокуратуры во главе с заместителем генерального прокурора Кондрацким. Так написано в повести, но, видимо, правильнее будет назвать фамилию Кондратьев. Самым первым пришёл инструктор ЦК КПБ Бузук, который, судя по всему, по мнению В. Быкова, получил задание сорвать собрание.
«Я тоже пришёл немного раньше, — отметил Быков, — и заглянул в кабинет директора Дома кино, где стал очевидцем того, как Бузук (инструктор ЦК КПБ) сцепился с Позняком по поводу предстоящего собрания. Позняк дал цековскому хороший «отлуп», и я подумал: «Твёрдый характер! Побольше бы таких Беларуси» [1]. Зал был полон, вспоминал Быков, занял свои места президиум. Вести собрание взялся Дубенецкий. Предстояло избрать руководящие органы «Мартиролога». Быков припомнил: «Дубенецкий склонился ко мне и сказал: «Сейчас посыплются предложения избрать Быкова». И тогда заговорил внутренний голос писателя, подобный голосу агента спецслужб, который привык всё делать чужими руками, скрывать подлинную роль: «Этого допустить я не мог и попросил слово: «Предлагаю кандидатуру Позняка!» [2]. Что-то бубнил прокурор, истерично кричала с места дамочка — секретарь горкома. Началось обсуждение кандидатур. К ведущему подбежал Бузук, начал спихивать его с трибуны. «Тогда я встал из-за стола и предложил продолжить голосование: «Кто за? Кто против? Единогласно!» — объявил я, благо научился этой процедуре на сессиях Верховного Совета. На этом всё кончилось. Председателем «Мартиролога» стал Зенон Позняк» [3].
Далее: «Кто-то предложил считать комитет «Мартиролога» оргкомитетом Народного фронта. Зал оглушительно зааплодировал. Эти аплодисменты посчитали знаком согласия. Оппоненты были в ярости. Но что-то изменить уже было поздно. Мы поздравляли друг друга с победой. Назавтра меня позвал к себе председатель Президиума Верховного Совета Белоруссии Таразевич. Он предупредил, что прокуратура начала расследование. Вечером я, Позняк и Дубенецкий встретились в сквере». Дубенецкий предложил Быкову возглавить оргкомитет Народного фронта. Тот категорически вновь отказался. И высказал пожелание, чтобы оргкомитет возглавил Позняк. Но было одно противоречие: участие в «Мартирологе». После этого за два дня произвели переизбрание руководителей в «Мартирологе». Председателем была избрана Майя Кришталинская, дочь уничтоженного, по словам Быкова, НКВД белорусского писателя и сама бывшая узница ГУЛАГа [4].
Осенью при проведении лидерами БНФ «дедов» вмешалась милиция, применила дубинки и газ «Черемуха». «Сразу вечером, — записал Быков, — я связался с московским журналом «Огонёк», с Коротичем. Написал статью и передал её по телефону. Она сразу же под заголовком «Дубинки — вместо перестройки» была опубликована в «Огоньке». Горбачёв и Яковлев оказали поддержку в публикации. «Это был первый материал, — с пафосом подчеркнул Быков, — о подавлении национально-освободительного движения в Белоруссии» [5]. Василий Быков восторгается плеядой «прорабов» и «героев» перестройки: Горбачёвым, Ельциным, Шеварнадзе и им подобных. Однако только одного Александра Николаевича Яковлева среди них он выделяет, называя умным, гениальным. И тот тоже лишь Быкову одному уделял время для общения в период нахождения в Нью-Йорке на приёме в ООН. До этого контакты друг с другом они, как и принято у агентов спецслужб, тщательно скрывали от окружения, не афишировали. Осмелились сделать это только раз, в США. Вдали от родных берегов и глаз своих спецслужб и сограждан. Там они смогли уединиться и откровенно, наконец, обсудить все детали текущих дел, поговорить о «культуре». Там Быков поинтересовался, почему Яковлев отказался «опекать» в ЦК культуру. Яковлев ответил просто: «Коммунопатриоты выжили» [6].
 
З. С. Позняк люто ненавидит А. Г. Лукашенко, который объективными и образными публичными выступлениями похоронил все его мечты о вечной народной памяти. Коту под хвост ушли все его копания, подобно земляному чёрному жуку в могилах, пропали втуне все его пламенные обличительные выступления перед сторонниками и в печати, осталось только надеяться на поддержку Америки и Запада. Пришлось бежать за границу, в Америку. Он мечется по странам, заскучает в Америке — приедет и присядет в Польше перевести дух. А то похвастается американским паспортом и гражданством США, затем заскочит в Чехию полаять на Беларусь и Россию на радио «Свобода». Но всё это не то! Он возмечтал вернуть авторитет на вечные времена, воздвигнуть себе при жизни памятник, но, в отличие от Пушкина, рукотворный и за счёт белорусского народа.
Позняк планирует въехать в Беларусь победителем на белом коне. Соорудить грандиозный комплекс в Куропатах, который затмит польский в «Катыни». Потому изо всех сил продвигает с помощью Запада идею возведения в основании холма в Зелёном Луге мемориала памяти жертв «советского коммунистического геноцида», мечтает и надеется художественно оживить, увековечить, материализовать в запоминающихся образах собственную ложь о Куропатах. Ему находятся сторонники, в том числе и в государственных структурах, за хорошие деньги, конечно. Капитализм: всё продаётся и покупается.
В воображении Позняка живо и ярко встаёт холл комплекса. В нём посетителей встречает огромная картина-панорама, на которой изображены Позняк и Билл Клинтон, президент США 1994 года, на холме в Зелёном Луге, обсуждающие мировые проблемы. Одновременно звучит зычный голос драматического, недоученного, но опытного актёра Позняка. Речь уже готова и отрепетирована. Она звучит из динамика, сотрясая воздух. Позняк обличает преступления испорченных, обманутых, отравленных коммунистической пропагандой белорусов, которые применяли насилие против правильных, национально ориентированных «белорусских» богатырей-волатов, а именно: Костюшко, Калиновского, Ластовского, Ивановского, Арсеньевой, Луцкевичей, Гениуш, Кушеля. Быкова. Баразны, Кулика и им подобных. И совсем не важно, что они. их отцы и деды подвизались подручными у гитлеровцев (а до того — у Варшавы и Кайзера)! Все они «боролись за Беларусь». Они герои!
Позняк приводит жуткие цифры в 250–300 тысяч невинных жертв большевиков, покоящихся в Куропатах, и не менее трёх (!) миллионов по всей Беларуси. Приезжают сотни тысяч туристов из белорусских городов и весей, многие тысячи и тысячи из-за границы. И все первым делом направляются в Зелёный Луг навстречу… с Позняком. Художник А. Марочкин (Алесь Мара) уже закончил создание монументального впечатляющего полотна и всей панорамы. В кругу единомышленников на полном серьёзе говорят, что с открытием комплекса в Беларуси начнётся эра Позняка. Все другие политические и общественные деятели в последующем будут вспоминаться как мелкие служки, вассалы Москвы, жившие в эпоху Позняка. Об этом прямо вещает в кругу близких сторонников не кто-нибудь, а сам Зенон.
По укоренившейся привычке 3. С. Позняк продолжает клеветать на Беларусь и за границей. Весной 2019 года в Нью-Йорке он прочел двадцатиминутную лекцию о Куропатах (имеется видеозапись этого выступления). Слушателей было аж 2,5 десятка человек. При этом «лектор», укутавшись в бело-красно-белый флаг, полностью раскрывает причину и изначальные побудительные мотивы своих действий на холмах в окрестностях Минска в 1988 году. Слушателей Позняк называет студентами, исключёнными из университетов на родине. Беларусь, по заявлениям Позняка, оккупирована Российской империей. Во главе республики — оккупационная администрация, цель которой — уничтожение белорусов. В годы войны, мол, этим занимались партизаны, которые для того и были созданы НКВД. Уничтожали белорусов, жгли школы, сёла. К юбилею 75-летия Победы и освобождения благодарных народов Европы от коричневой чумы Позняк прямо заявляет, как и Василий Быков описал в своем автобиографичном произведении «Долгая дорога домой», что именно партизаны, исключительно они умышленно провоцировали немцев на жестокость, сожжение сёл и школ.