Демонология Агапи (СИ)
Всем было не до меня. Филипп нагло забрался на ноги богини и пытался заглянуть в тень шапочки, бормоча ей что-то неслышное мне. Лекмот, повернувшись в сторону Великого Разума, замер сурикатом-переростком, не отрывая глаз от хозяина. Не то медитирует, не то общается. Ни аплодисментов, ни цветов за мой героический героизм. «Эх, вы!» — подумала я обо всех сразу и плюхнулась на созданную мебель. Пуфик, на который я потратила кило нервов и тонну терпения, развалился в одно мгновение. Опять я сидела на полу, но на сей раз в центре гнезда из стеблей и листьев камыша, которые насмешливо шуршали от каждого моего движения.
Нерешительно подняла я глаза на присутствующих. Неловко было, что возомнила себя творцом и созидателем, а оно вон как случилось. Но никто даже не улыбнулся. Фамильяр мягко перетёк с божественных острых коленок на мои обтянутые джинсами и заглянул в глаза:
— Не ушиблась?
— Только самолюбием, — обняла я питомца.
Лекмот на секунду обернулся на шум, но тут же вернулся к созерцанию своего господина. Маттоттена грациозно спустила ножки в пушистых сапожках на пол и похлопала по освободившемуся рядом с собой месту ладошкой:
— Присаживайся, поговорим.
Выпуталась из невесть как сотворенных камышин и, отряхивая прилипшие волокна с одежды, пошла на аудиенцию к богине.
— Смотри, — без лишних слов девочка провела по воздуху раскрытой ладошкой, и воздух сгустился до состояния запотевшего стекла. Тонкий пальчик заскользил по матовой поверхности, выписывая замысловатые знаки. — Понятно?
С удивлением осознавая, что мне понятен каждый знак этой китайской грамоты, я стала в формуле отслеживать соотношение силы, вектора направления, количество материи и их соединение.
— Это понятно. Здесь тоже, — бормотала я про себя. — А это… Так, еще раз. Силу направляем в материю, закручиваем вектор и получаем…
Я третий раз спотыкалась на одном и том же месте, никак не понимая, как все предыдущие составляющие фиксируются в одно целое. Явно чего-то не хватает.
— Здесь что-то не так, — указала я на фрагмент, вызвавший затруднение.
Маттоттена взглядом пробежала по своим письменам, пожала плечиком и ткнула пальчиком в точку у знака силы. Ну конечно же! Силу фиксируем и только потом завершаем процесс кастования. Действительно, всё просто. Только интересно, откуда я это знаю и как понимаю?
— Это тело, — богиня пальчиком нарисовала спираль на своём колене, — как одежда, скафандр. Наша цивилизация развивается не так, как большинство рас и народов, населяющих Вселенную. Мы энергеты. Для нас нет прошлого или будущего. Течение времени мы можем отследить только относительно наших творений. Поэтому созидание — наш смысл жизни. Но появление в истинном облике перед такими, как вы, — она кивнула на лекмота и повела пальчиками в нашу с Филей сторону, — непредсказуемо опасно для материальных созданий. Только через глаза иногда вырывается излишек энергии. Не смертельная доза, но изменения может внести в облучённое тело значительные. В тебе мутация усилила уже имеющиеся качества и навыки ведовства и добавила знания одного из созданных мною миров.
— У тебя ещё мир есть? — удивилась я.
— Конечно, и не один. Если не творить, как жить?
— И ты везде Маттоттена Справедливая?
— А ты везде Агапи вар Фламери? — вопросом на вопрос ответила богиня.
— Нет.
— Вот и я нет.
Глава 22
Руки чесались опробовать новые знания, и я направилась к разбросанному по полу камышу, представляя, что сейчас из него сотворю. Но мой творческий порыв был прерван грохотом в дверь. Стучали чем-то весомым.
— Кажется, у моих друзей что-то случилось, — повернулась я к Маттоттене. — Как открыть дверь?
Недоумённое пожатие плеч было мне ответом. Ну да. Что это я? Повела рукой, старательно изображая изящное балетное движение, створки и распахнулись.
В открытый проем первой влетела закутанная в подаренную шаль и обутая в толстые полосатые носки девочка. Похоже, что её затолкали за свои спины мужчины, отбивающиеся от кого-то невидимого мне. Следом за перепуганной подружкой ввалился Лат с деформированным котлом в руках. Кажется, он этой посудиной в дверь стучал, чтобы привлечь моё внимание. Всё остальное заслоняли широкие спины воинов Пубока, но звука битвы слышно не было.
— Что там? — спросила у океанцев, пытаясь протиснуться между мужчинами.
— Ой, не ходи! Они страшные и с рогами! — попыталась удержать меня за руку девочка.
— Слушай, а как тебя зовут? — обернулась я к ней.
— Цая… — удивлённо протянула океанка.
В этот момент она была готова услышать что угодно, но не вопрос о своём имени.
— Меня… ну, ты знаешь, как меня зовут, — скомкала я процедуру знакомства. — Вот что, Цая, побудь с моим фламом. И никуда от него не отходи. Слышишь?
Девчонка мелко закивала и обернулась в поисках кота, а я, избавившись от ненужной опеки, ещё раз попыталась проскользнуть между крепких мужских тел, стоящих стеной.
— Да пустите же, твердолобые! Пубок, прикажи им, пусть меня пропустят! — крикнула кому-то под мышку.
Наверное, моё обращение дошло до адресата. Последовала короткая команда, парни расступились, и я увидела, что коридор, оборудованный лекмотами под походный лагерь, занят демонами почти до самых покоев Вэра. Между ними и моей командой было немногим больше десяти метров. Ещё чуть-чуть — и началась бы драка. Или бойня. Демоны явно сильнее наёмников, и они тоже были солдатами.
— Чего хотят? — спросила тихо, но Инк, материализовавшийся рядом, услышал.
— Тебя.
— Все сразу?! — ахнула я.
Как часто бывает, сначала ляпнула, а потом подумала о смысле сказанного. Пубок и лекарь хохотнули. Хорошо, что мы с Инком говорили на межгалактическом и только эти двое поняли меня. Иначе ржали бы все. Даже демоны.
— Туристка! — простонал страж. — Они пришли предать тебя справедливому суду. Ты нарушила массу местных законов и кого-то жестоко оскорбила действием, несовместимым с твоей жизнью.
— Ой, подумаешь, хвосты в косу заплела. Чего обиделись? Меня едва не съели, и то молчу, — фыркнула я. — Спасибо, парни, что встали на мою защиту. Тронута до глубины души. Но с этими рогачами справлюсь сама.
Не желая откладывать тест-драйв новых способностей, вскинула руки, готовясь дать отпор копытно-хвостатому воинству.
— Позволь мне самой разобраться, — мягко, но так, что возражать не хотелось, остановила меня Маттоттена, выходя из-за спины.
Завидя девочку в пушистой шубке, демоны разом рухнули ниц.
— Справедливости! — выдохнули они хором в качестве приветствия богине.
Торжественность встречи нарушил портал, вспыхнувший между распластавшимися на полу демонами и их демиургом, из которого шагнули взявшиеся за руки Кетсыл и Сивкилья.
— Благослови! — рухнули и они на колени перед Маттоттеной.
«Дурдом на выезде!» — констатировала я про себя и спряталась за крепкую спину Инка.
Богиня не торопилась поднимать паству с колен, взирая на благоговеющих перед ней демонов сверху вниз. И я её понимала. Должно быть, трудно чувствовать себя великой, когда макушкой едва дотягиваешься до локтя представителю тобою же созданного народа.
— Дети мои! — торжественно произнесла Маттоттена, нарушая затянувшееся молчание. Происходящее со стороны выглядело настолько комично, что я уткнулась лицом в куртку друга, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться в голос.
— Я пришла восстановить попранную справедливость и вернуть баланс миру Кеталопции, — тем временем объявила план мероприятий своего явления богиня, и демоны в знак одобрения, не поднимая рогатых голов, принялись хлопать ладонями по полу.
Тончайшая пыль, которая непонятным образом в этом мире лезла из всех щелей, от ударов поднялась в воздух серым туманом. У меня защекотало в носу, и я поспешно выдвинула из капюшона на лицо забрало, защищающее от вредностей. Похоже, что не только мне взвесь попала в дыхательные пути. То тут, то там раздалось чихание. Сначала скромное и сдержанное, но с каждой секундой всё чаще и громче. И вот уже почти все демоны, забыв о почтении к своему демиургу, сморкались, откашливались, тёрли слезившиеся глаза и, желая очутиться подальше от вредной пыли, вставали с колен. Не отставали от рогатых и наёмники. Они хоть и не падали ниц перед этим, но неожиданная порция сомнительного удовольствия от интенсивного чихания досталась и им.