Демонология Агапи (СИ)

Поставив на край лежанки кастрюлю с горячим супом, протянула удивлённому Дэру ложки:
— Для вас суп принесла. Невесть что, но сытно и горячий. Посуды нет — придётся есть из общей. Приятного аппетита!
Чтобы не смущать голодных людей, не стала любоваться тем, с каким удовольствием они едят мой суп, а пошла к группе мужчин, которые хоть и делали вид, что происходящее их не касается, но жадно тянули носами аромат горячей еды.
— Вы говорите на межгалактическом? — обратилась я к ним.
Двое кивнули. Первый был крепкий, широкий в плечах мужчина средних лет. Держался уверенно, не обращая ни на кого внимания, и, кажется, был здесь главным. Второй, высокий, стройный, гибкий в движениях, прятал лицо под низко опущенным капюшоном. Поэтому я не стала его рассматривать. Кто знает, почему он таится. Может, стесняется шрама на лице или ещё что. Продолжила разговор с командиром. Не зная его уровень знаний языка, разговор повела короткими простыми фразами.
— Пойдем со мной. Для вас тоже есть еда. Ложек нет. Надо ждать. Поедят океанцы, у них возьмём, — качнула головой в сторону моих подопечных, которые, стараясь не уронить достоинства под взглядами посторонних, аккуратно хлебали суп. — Посуды здесь нет.
— Ложки у нас свои, госпожа. Мы же солдаты, поэтому запасливы, — низким голосом ответил собеседник. — Показывай, куда идти. Один справлюсь?
— Вполне. Большая кастрюля с таким же супом. Сварила на всех.
— Госпожа сама готовила еду для всех? — солдат удивился так, что даже остановился.
Вместо ответа я приглашающе открыла дверь в комнату Инка, который всё ещё спал, отвернувшись к стене лицом.
— Вот, забирай. Поедите, кастрюлю принесите назад. Помоем, вскипятим воды и заварим отвар. У меня есть хорошая трава.
Мужчина коротко поклонился, легко подхватил большую кастрюлю и ушёл кормить своих людей. Кот, тенью следовавший за мной всё это время, запрыгнул на стол:
— Меня когда кормить будешь? — недовольно спросил он.
— Прямо сейчас, лапушка, — сполоснула старенькую пиалку с облупленными краями, которую заприметила, еще когда кастрюли рассматривала, положила две ложки супа погуще и раскрошила на стол кусочек белого мяса. — Ешь, мой хороший. Набирайся сил.
— А ты?
— А я пойду будить Инка.
Страж спал на боку, по-детски подтянув ноги к животу. Его спина была такой трогательно незащищённой, что слёзы сами по себе навернулись на глаза. Но суп остывал, и времени на лишние эмоции не было. Дотронулась рукою до лопатки, чтобы легко потрясти и разбудить друга, но, почувствовав странное шевеление под ладонью, отдернула. Рес Плой застонал и проснулся, сел на лежанке, держась за голову.
— Пойдём есть, — погладила мужчину по плечу. — Я суп сварила.
Послушно встал, прошёл к столу, подвинул поудобнее лавку, взял ложку, подтянул к себе миску и принялся за еду. «Как робот», — вздохнула я.
«Он так сам всё слопает и тебе ничего не оставит!» — заботливо забеспокоился кот.
«Пусть, потом перекушу чем-нибудь из запасов. Ты ешь, а я пойду у океанцев котелок заберу. Воды вскипячу, чай сделаем».
Обошла стол, направляясь к выходу, но обернулась и посмотрела на спину Инка магическим зрением. Если амулет забвения колдовской, то должен светиться. Вдруг это он шевельнулся у меня под рукой? Но как ни напрягалась, ничего не увидела. Показалось, что ли?
Океанцы поели и были почти довольны жизнью. Только девочка зябко поводила плечиками под тоненькой блузкой и грела босые ступни ладошками. «Вот я балда!» — мысленно обругала себя и чуть не стукнула по лбу. Вернулась в коридор, достала из внутреннего кармана суму волшебную и принялась шарить в ней в поисках одежды. Вот футболка с длинными рукавами с изображением дерева на груди, вот носки толстые шерстяные, вот шаль, цветами расшитая.
— Держи, — протянула девушке свёрток. — Надевай, будет теплее.
Та вытаращила глаза цвета океанской волны на яркие узоры платка, прижала пальчики к губам и отрицательно замотала головой.
— Знаешь, мне некогда разбираться, отчего ты не хочешь взять эти вещи. Одно ответь: ты замуж хочешь? Деток мужу нарожать хочешь?
 
Океанка смущенно покосилась на Лата, сидящего рядом и внимательно слушающего наш разговор, кивнула.
— Вот и утепляйся, а то застудишься здесь, потом не до материнства будет.
Услышав это, парень сам выхватил вещи у меня из рук и, отряхнув шершавыми мозолистыми ладонями песок с ножек подружки, стал заботливо натягивать на них толстые носки из Дремлесья.
Улыбнувшись этой умильной картинке, подхватив опустевшую кастрюлю с бренчащими в ней ложками, направилась к группе воинов, активно скребущих по дну своего котла. Понимаю, что еды было мало на всех, но это лучше, чем совсем голодными быть.
— Господин… — я замялась, не зная, как обратиться к командиру.
— Называйте меня Пубок, госпожа, — легко встал, с достоинством поклонился тот.
— Хорошо. Меня зовут Агапи вар Фламери, господин Пубок, — и я сделала неглубокий реверанс.
Тут все члены команды разом встали, приложили правую руку к макушке, топнули и крикнули нечто похожее на «Кря! Кря!».
«Пушной зверёк, живущий в тундре? Песец!» — мысленно выругалась я языком сканвордов и ещё раз присела в реверансе.
Увидев мое замешательство от такого приветствия, командир усмехнулся в кулак, но спросил с почтением и серьёзно:
— Чем можем помочь, госпожа вар Фламери?
— Скажите, уважаемый, есть ли в вашем отряде лекарь?
— Конечно есть. Солдаты-наёмники сами должны заботиться о здоровье. Поэтому я всегда перед операцией нанимаю опытного целителя. Хоть и затратно, но жизнь дороже. Госпожа плохо себя чувствует?
— Благодарю, господин Пубок. Целитель нужен герою, который нас спас.
— Он ранен?
— Лучше бы был ранен, — вздохнула я и попросила: — Вы сможете перевести мой вопрос целителю?
— Переводчик не понадобится, я говорю на межгалактическом, — последовал ответ из-под низко надвинутого капюшона. — Чем могу помочь?
— Пойдёмте со мной, осмотрите пациента и решите, поддаётся ли лечению то, чем он страдает.
Потянулась было забрать опустевшую кастрюлю, но командир опередил меня. Взял посудину и пошагал к выходу. Проходя мимо, забрал у меня и котелок океанцев, попутно объяснил:
— С вами пойду, если не возражаешь, госпожа. Вдруг помощь понадобится.
Не стала вникать в истинную причину поступка мужчины. Пусть идёт, если хочет. В коридоре остановилась, дождалась целителя и чуть ли не шёпотом, помня о чутком слухе друга, объяснила:
— Инк под воздействием амулета забвения. Когда хочет что-то вспомнить, у него начинается сильная головная боль. Я осмотрела его магическим зрением, но ничего колдовского не заметила, — подумала секунду и добавила: — Не знаю, важно ли это, но когда я дотронулась его спины, показалось, что под ладонью что-то шевельнулось. Вот здесь.
Кончиками пальцев на лопатке командира, стоящего рядом, указала подозрительное место.
Лекарь молча выслушал, кивнул и вежливо открыл мне дверь в покои стража.
Казалось, что с момента моего ухода ничего в комнате не изменилось. Инк всё так же сидел у стола, Филипп молча наблюдал за ним, расположившись напротив.
— Как вы здесь, парни? — излишне бодро спросила я. — Поели?
— Спасибо. Было вкусно, — развернулся от стола наш спаситель. — Это кто?
— Знаешь, я заметила, что у тебя часто болит голова. Этот человек целитель, — я невежливо, но доходчиво ткнула пальцем в стройную фигуру. — Можно он тебя осмотрит?
Знакомое до слез пожатие плеч и равнодушное:
— Пусть, если больше делать нечего.
Неприлично девице присутствовать при обследовании мужчины, но уходить я не собиралась. Взяла обе кастрюли и пошла в угол, где располагался кран, отмывать от супа. Хоть и повернулась к служивым спиной, но напрягла слух до максимума, дабы не пропустить ни единого слова.
— Негоже такие ручки в холодной воде студить, — Пубок отобрал посудину, сполоснул небрежно, наполнил водой, повесил на крюк и запалил горелку. — Горячая вода всегда лучше холодной.