Доспех духа. Том 6 (СИ)

— Я бы сказал, что это самая простая задача, — вставил капитан Смирнов. — Ну что, вы в игре?
— Почему «мы»? — не понял я.
— Алёна Романовна нам тоже поможет, — сказал капитан. — Или мы можем привлечь девушку из военной академии.
— Нет, нет, я согласна, — быстро сказала она.
— Хорошо, пусть будет так. Если твой дед меня не прибьёт, — улыбнулся я. — Кстати, а его привлечь?
— Геннадий Сергеевич слишком заметная фигура, к тому же за ним следят.
— Начало операции — завтра рано утром, — сказал Алексей Павлович. — А пока вам следует отдохнуть и хорошенько выспаться. Останетесь на ночь во дворце. Никаких звонков и сообщений родственникам. Телефоны, документы и всё важное можете оставить в моём кабинете, в том шкафу.
Уже спустя пять минут нас проводили в небольшую, но уютную комнату для гостей, расположенную на втором этаже. Она мне чем-то номер отеля напомнила, с двумя раздельными кроватями, душем и санузлом. Всё для того, чтобы гости лишний раз не выходили на прогулку и не шастали по дворцу, напрягая охрану.
— О, тут халаты есть, — обрадовалась Алёна, выглядывая из душа, продемонстрировав мне пару больших махровых халатов. — А ужин нам дадут? Я бы покушала.
— Мы тут почти инкогнито, — напомнил я. — Может, и покормят…
В дверь как раз постучали. Алёна бросила халаты на кровать и поспешила открыть. Вернулась она с парой больших пластиковых коробок для обеда и парой бутылок минеральной воды в пакете.
— Живём! — улыбнулась она. — Только стола нет, но можно прикроватные тумбочки сдвинуть.
— Хорошая идея.
Кормили гостей котлетами и рисом с тушёными овощами. На десерт шёл яблочный пирог, очень вкусный, а ещё сладкие фруктовые батончики.
— Несмотря на то что рис здесь посредственный, — сказал я, — это гораздо вкуснее, чем японский бэнто из комбини. Но свежий кофе там очень вкусный. Недалеко от нашей школы был магазинчик, куда мы забегали за кофе. Хозяин, пожилой японец, очень уважал этот напиток, поэтому в его заведении кофе был самым вкусным в городе.
— А у нас рядом со школой продавали вкуснейшие булочки с яблочным пюре, — мечтательно сказала Алёна. — По тридцать копеек. Когда появлялись свободные деньги, я всегда забегала туда и могла умять, наверное, штук десять за раз. А потом булочную закрыли, а на месте неё открыли круглосуточный магазин, в котором хлеб и булки были на вкус как картон. Знаешь, как обидно было. Все эту булочную очень любили и продавщица там всегда приветливая. Кому она помешала?..
Некоторое время мы ужинали молча. Второй кусочек яблочного пирога я протянул Алёне, видя, как она их с аппетитом трескает.
— Не страшно? — спросила она. — Анархист этот — неприятный тип. До сих пор жутко, когда вспоминаю тот момент в поезде.
— Это она у меня спрашивает? — рассмеялся я. — Самой не страшно? Мы в гости во дворец не на чай едем.
— Если только чуть-чуть.
— Ладно уж, — сказал я ей, вручая пустую коробку. — Отдыхай, пока есть время. А я медитировать буду. Если бы знал, что предстоит, к твоему бывшему начальнику близко бы не подходил.
Последнее я тихо проворчал, удобнее усаживаясь на кровати.
— Я тогда в душ, — сказала она с намёком в голосе.
— Подсматривать не буду, — быстро сказал я.
Алёна нарочито громко вздохнула и ушла. Приоткрыв один глаз, я посмотрел в ту сторону, затем потёр лицо ладонями, пытаясь выкинуть лезущие в голову мысли. Получалось не очень. Обстановка романтическая и располагающая, только знаю я эти комнаты во дворцах, собирающих на посетителей компромат. Наверняка здесь где-то притаилась скрытая камера, а то и две.
— Точно, — соглашаясь с собственными мыслями, я глубоко вздохнул. Поёрзав немного, пересел, повернувшись спиной к душевой. Попытался вспомнить лица монахов из монастыря, где долгое время практиковался. Вроде помогло, когда перед глазами появилось сердитое лицо помощника настоятеля. Я улыбнулся этим воспоминаниям.
* * *
Потревожили нас незадолго до пяти часов утра. Кто-то настойчиво постучал в дверь. Так как легли мы рано, я успел не только восстановить силы, но и хорошо выспаться. Открыв дверь, увидел в коридоре Алексея Павловича в компании трёх незнакомых женщин, очень строгой наружности. Судя по всему, начальник царской охраны спать не ложился.
 
— Кузьма Фёдорович, знакомься, Клара Матвеевна, — Алексей Павлович показал на стоявшую первой женщину. — Она в курсе нашей проблемы и поможет вам с Алёной Романовной подготовиться. У вас есть один час и двадцать минут. Детали операции объясню по дороге.
— Хорошо, — озадаченно кивнул я.
Отступив в сторону, пропустил женщин в комнату. Обратил внимание, что в руках у них было несколько больших сумок и чехлов для одежды. Клара Матвеевна по-хозяйски щёлкнула выключателем, зажигая в комнате свет. Алёна уже проснулась и даже успела накинуть куртку от спортивного костюма.
— Быстро в душ, пять минут, чтобы привести себя в порядок, — сказала она Алёне. Одна из её помощниц уже разглаживала покрывало на моей кровати, раскладывая сумки.
— А что начальство планирует-то? — спросил я.
— Сегодня в Кремлёвском дворце меняется смена фрейлин Елены Алексеевны. Это хорошая возможность попасть в царскую часть дворца.
— В смысле? — не понял я, глядя, как одна женщина достаёт из чехла для одежды платье, а вторая продемонстрировала парик тёмных длинных и волнистых волос.
— Поедете во дворец под видом фрейлин, что не понятно? — строго спросила Клара Матвеевна.
Я показал пальцем на парик и платье, затем на себя.
— Вас что-то смущает? — прищурилась она.
— Нет, — быстро ответил я. — Всё отлично.
— Алексей Павлович сказал, что нужно будет переодеть молодого мужчину в хорошей физической форме и весом около девяносто килограмм, — она скептически осмотрела меня с головы до ног. — Широкие плечи, крепкие руки, грубые кисти… Обязательно следует побриться.
— Вот, — женщина, что демонстрировала парик, протянула набор для бритья в небольшой прозрачной сумочке.
В целом, процесс приготовления прошёл без спешки, но только благодаря Кларе Матвеевне. Строгая и внимательная к мелочам женщина, сразу указывала на недостатки и умело решала, как их устранить. Пока я принимал душ и приводил себя в порядок, Алёне успели высушить волосы и переодеть в красивое платье с пышной юбкой. Не знаю, можно ли назвать это особенностью, но у платья был высокий воротник, едва ли не до подбородка. С моим же нарядом пришлось повозиться. Как правильно было замечено, я хотя и не обладал комплекцией Джима, но плечи у меня широкие. Зато у женщин нашлось что-то похожее на корсет, к которому крепились особые накладки, делающие мою талию шире.
Пока меня переодевали, Алёна хихикала, а когда дело подошло к макияжу, то она едва на кровать не свалилась от смеха. Очки в широкой оправе завершали мой образ. Глядя на себя в зеркало, я боролся со стойким желанием пойти умыться. Специалист по косметике наложила толстый слой какого-то крема или чего-то в этом роде, сделав цвет кожи заметно светлее.
— Платок на плечи, — командовала Клара Матвеевна. — На улице сыро, можно поднять его на голову…
Я потянул платок, накидывая его на голову и повернулся к Алёне. Улыбаясь, она показала мне большой палец.
— Туфли надевать не буду, — сразу предупредил я. — В кедах поеду. Всё равно не видно их.
— Будешь ходить, как гусыня, — сказала Клара Матвеевна и задумалась. — Может это и лучше?.. Пройди к двери и обратно… Ещё раз, только шаг вполовину короче. Не надо семенить.
— А может, мне веер? — спросил я. — Буду им лицо прикрывать, как в кино.
— Руками лицо не трогай, — строго сказала она. — Зачем тебе веер? На улице пять градусов тепла. Спину держи ровно. И перчатки не снимай.
 
Она ещё раз скептически осмотрела меня.
— Дайте пудру Алёне Романовне, — сказала Клара Матвеевна. — На всякий случай. А вы постарайтесь не попасть под дождь.
— Постараемся, — вздохнул я.
В комнату постучали. Я находился ближе, поэтому открыл. В коридоре стоял Алексей Павлович и капитан Смирнов. И если на лице первого не дрогнул ни один мускул, то у капитана слегка приподнялись краешки губ.