Доспех духа. Том 6 (СИ)

— Из-за чего всё это началось? — спросил я, используя голосовой прибор.
— Люди Чёрного Тигра и Людоеда обвинили Акера в том, что он специально заманил их сюда, чтобы убить, — сказал Бэр. — Негры схлестнулись друг с другом и задели кого-то из гостей, вспыхнула драка, к которой подключились русские.
— И самое плохое, — с ирландским акцентом, сказал помощник Бэра, — что чёрные, похоже, договорились.
Маккон Батлер хмуро смотрел на ряды сильно пострадавших палаток, ведущих к взлётной полосе и автостоянке. С той стороны действительно слышался ожесточённый шум боя, а вот со стороны рынка уже ничего не взрывалось, и никто не стрелял. Негры очень быстро сообразят, что с гостей ничего не поимеешь, кроме проблем. Единственный лакомый кусочек, который есть в пределах досягаемости — это торговый дом Хантов. И вопрос, решатся ли они ввязаться в драку с серьёзными мастерами, не стоял. Зная характер этих бармалеев, пока на их стороне будет численный перевес, они будут драться. Бэр Пойзон это тоже понимал, поэтому и стоял на самом видном месте, внешне спокойный и расслабленный, но любые предметы или техники, попавшие в двадцатиметровую зону вокруг него, станут очень тяжёлыми и неуправляемыми. Когда-то я считал эту технику одной из лучших в плане защиты, так как, помимо прочего, она могла переломать кости любому мастеру, попавшему в неё.
Из-за обгорелой палатки, метрах в сорока, что-то сверкнуло и очень быстро метнулось в нашу сторону. Второй раз этот объект я увидел, только когда он влетел в гравитационное поле и, внезапно потяжелев, по пологой дуге рухнул на землю, высекая из бетонной дороги сноп искр. Это оказался небольшой диск от ручной пилы, переточенный в острое лезвие. Диск задёргался, словно кто-то пытался его поднять, но у него не хватало сил. Мастер, запустивший его, довольно быстро понял, что ему не хватит сил даже оторвать его от земли и отпустил силу. Бэр показал взглядом на палатку, из-за которой вышли двое прятавшихся там мастеров. Первый держал в руках ещё пять или шесть похожих дисков, а второй просто демонстрировал, что освоил технику «огненного тела». В том смысле, что он выглядел так, как будто его облили бензином и подожгли. Сложнейшая в освоении, но при этом не самая сильная из огненных техник. Меня всегда интересовал вопрос, как они умудряются дышать, находясь в эпицентре пожара, огонь ведь сжирает весь кислород. Но сочетание мастеров огня и воздуха всегда было очень неприятным, так как второй мог раздуть пламя, значительно усиливая его.
«Дурачьё», — подумал я, оценивая расстояние. Если Бэр не стал слабее, то он чрезвычайно опасен даже на расстоянии в сто метров. И эти мастера его явно недооценивали, даже учитывая, что за палаткой притаились ещё двое. Мистер Пойзон, коротко и резко взмахнул рукой, бросая что-то в парочку. За громким хлопком я едва услышал свист разрезаемого воздуха. Одновременно с этим огненного мастера отшвырнуло на несколько метров, и он кубарем покатился по лужам. В последний раз он ярко вспыхнул, как горящее полено, по которому ударили со всей силы и огонь моментально погас. Второй мастер бросил в нас сразу два диска, даже не целясь и буквально нырнул за палатку. Бэр взвесил в руке ещё один матовый железный кубик сантиметрового размера, но бросать не стал. Эка он сегодня злой, сразу показал, что в поединки на расстоянии с ним лучше не вступать. Только приближаться к нему — гораздо опаснее.
Пока мы решали, что предпринять, на палатку, за которой прятались чернокожие мастера, рухнул ослепительно белый шар, какой я сегодня уже видел. Даже хотел активировать защитное поле, но не стал, так как Бэр значительно сократил размер гравитационного поля, дела его плотнее. Дождевые капли уже не могли пробиться через этот барьер и просто стекали по его поверхности.
Оглушительный взрыв прогремел, едва шар коснулся палатки. Это было какое-то умение молний, создающих объёмные взрывы. Неприятная штука, разрывающая на куски всё, что находится близко к эпицентру. Собственно, это и произошло с палаткой и несчастными мастерами, которые за ней прятался. Ударная волна швырнула вверх и в сторону разорванную тёмно-зелёную ткань, разметала стоявшие по соседству палатки и повалила столб освещения. Мы же взрыв ощутили, как лёгкое дрожание воздуха. Даже звук до нас добрался приглушённый и дребезжащий.
 
— Чёртовы паны, — проворчал мистер Пойзон. Ирландец закивал, поморщился и сплюнул под ноги.
Я вопросительно посмотрел на одного, затем на второго, но пояснять мне ничего не стали. Да и не требовалось это, так как через минуту на горизонте появилось сразу четыре мастера в одинаковых военных комбинезонах серой защитной раскраски.
— Могу поставить защиту лучше, чем эта, — сказал я через прибор. — И сил она отнимает гораздо меньше.
Бэр задумался, но кивнул, убирая гравитационное поле. Обрадовавшись, сверху на нас обрушился поток дождя, но почти сразу исчез, разбиваясь о невысокий купол. Поверх же легла техника Лу Ханя с маленьким изменением, придуманным мною ещё в Тибете. Мастера тем временем подходили ближе. Стрельба в лагере ещё звучала, но уже заметно меньше и далеко от нас. Со стоянки с шумом отъехал последний оставшийся невредимым внедорожник, угнанный бандой чернокожих, облепивших его со всех сторон, словно мухи.
— Мистер Пойзон, какая неожиданная встреча, — раздался голос одного из мастеров. Говорил он с очень знакомым акцентом, присущим всем полякам.
Мастера остановились шагах в двадцати, и судя по используемым защитным техникам, явно не с добрыми намерениями. Бэр отвечать на приветствие не стал, крепче перехватив трость. Ирландец тоже готовил что-то серьёзное из атакующих умений. Далековато, чтобы точно оценить силу этой четвёрки, но если учесть технику взрыва, то они явно не слабаки. Может, конкуренты Бэра, ещё одни охотники за головами?
— Мистер Пойзон, у нас серьёзный разговор к человеку, стоящему рядом с вами, — снова раздался тот же голос. — Не хотите отступить, чтобы догнать ушедшую только что группу?
Я удивлённо ткнул себя большим пальцем в грудь. Неужто пришли за маской? Хотя если за неё Разумовский готов заплатить огромные деньги, то, скорее всего, причина в ней. Только им меня для начала нужно поймать. Я не так быстр, как Старицкий, но до ближайшего леса добегу легко, они меня просто не смогут остановить. Им для этого нужно связать меня ближним боем, а на это я бы посмотрел. Не вижу среди них ни одного мастера оружия, хотя один из них вооружён парой кастетов.
— У нас преимущество, мистер Пойзон, очень советую Вам отступить.
Нет, этот чёрт совершенно не знает Бэра. Англичанин упрям и горд, чтобы вот так убегать, особенно когда ему так нагло угрожают какие-то поляки. Снова оттянув воротник свитера, я коснулся прибором горла.
— В нас только что стреляли, — сказал я, не стесняясь показывая направление. — Чем-то крупнокалиберным, с северо-востока.
Я даже смог разглядеть тяжёлую пулю, зависшую в воздухе. Спокойно сходив за ней, я вернулся к Бэру, продемонстрировав чёрный носик пули и такую же полоску по центру. Специальная бронебойная, с сердечником из карбида вольфрама, предназначенная для уверенного поражения мастеров.
Бэр сердито нахмурился и коротким движением запустил в четвёрку мастеров второй железный кубик. Я едва успел создать брешь в защитном поле. Со стороны поляков хлопнул взрыв и кубик, став ярко-красным, с протяжным свистом ушёл по касательной вверх. Ирландец решил не отставать от шефа и запустил в них огненную технику, что демонстрировал недавно. Её тоже попытались сбить, но не смогли и поляков поглотил поток огня, который почти сразу исчез. Я улыбнулся, видя, как от их комбинезонов поднимается пар. Мастер огня у них в команде гораздо слабее, чем Маккон Батлер, что уже хорошо, не придётся отвлекаться.
 
Ответ долго ждать не пришлось, в нас запустили сразу несколько ярких молний, которые изогнулись в защитном поле и ударили в бетон, испарив большую лужу. Ещё пара быстрых разрядов с тем же успехом разбились о дорогу перед нами. Вроде бы патовая ситуация. Полякам нужно взять меня живым, иначе какой смысл всё это затевать. Сейчас они подумают и начнут нас методично разматывать, пользуясь численным преимуществом и наличием снайпера, засевшего на деревянной вышке у взлётной полосы. Ждать — значит развязать им руки. Когда эта мысль окончательно сформировалась в голове, я уже шёл в сторону поляков.