Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

— Что ж… — рассудительно заметил Шорр Кан. — Х’харны — довольно низкорослая раса. С чего бы им заботиться о нашем комфорте?
Хелл, рослый даже в сравнении с Шорром Каном, поднял голову и тут же стукнулся о нависавшую над ним деталь оборудования.
— Они могли бы не заходить так далеко, — проворчал он, выругавшись и снова втянув голову в плечи. — И хотелось бы, чтобы система управления кораблем не была настолько загадочной.
Он продолжал осторожно изучать назначение кнопок и приборов с непонятными символами.
«Если Хелл разберется с ними, — подумал Гордон, — значит он отличнейший пилот во всей Галактике. И было бы лучше, если бы он все-таки разобрался, поскольку от этого зависят наши драгоценные жизни».
Шорр Кан с зачарованным видом смотрел на передний экран. Субэлектронный рефлектор преобразовывал в видимые картины массовые импульсы пространства, сквозь которое они рвались, обгоняя свет.
— А какая, по-вашему, у нас сейчас скорость? — спросил Шорр Кан. — Хотя бы приблизительно.
Гордон взглянул на звезды, живые и уже погасшие, на изгибы пылевых течений — все это хаотичное великолепие Внешних Миров казалось сейчас почти неподвижным.
— У меня такое ощущение, будто мы вообще не движемся. Во всяком случае, не очень быстро.
Хелл тоже повернулся к экрану, и его медное лицо просияло.
— Мы хорошо идем. Ни один корабль в Галактике не способен летать так быстро. — Он вспомнил про вопрос Шорра Кана. — Нет, не могу определить. Мне нужна точка отсчета и…
— А это не опасно при такой скученности? — снова спросил Шорр Кан.
Антаресианец огляделся с немного рассеянным видом:
— Опасно? Полагаю, что нет…
Гордон неожиданно занервничал. Если уж такой бывалый человек, как Шорр Кан, начал беспокоиться, то ему самому и подавно можно.
— Хелл, может, притормозим немного?
«Безопасность всегда важнее, чем скорость», — подумал он.
— Мм… — произнес Хелл, хмуро разглядывая маленькие, словно игрушечные, приборы. — Я не могу разобрать эти проклятые каракули, — продолжил он, раздраженно повысив голос. — Как я проложу курс к Магеллановым Облакам, если не понимаю показаний приборов?
— Что вы сказали? — удивился Гордон. — Куда вы собрались проложить курс?
Хелл недоуменно затряс головой:
— К Магеллановым Облакам, откуда родом х’харны. Разве не туда мы отправляемся на разведку?
— В соседнюю галактику на этом крошечном корабле? — Гордон поднялся с места и с тревогой посмотрел на антаресианца. — Очнитесь, Хелл!
Шорр Как встал рядом с ним, слегка наклонив голову, чтобы не задеть потолок.
— В жизни не слышал более нелепого предложения.
Хелл разъяренно обернулся, его взгляд обрел привычную твердость.
— Нелепое? Но ведь вы сами предложили это! Это вы сказали, что мы полетим туда и узнаем, что затевают х’харны против империи!
Шорр Кан вдруг потрясенно замер.
— Это очень смешно. Но… Да, я сказал это.
Временами его взгляд становился холодным, твердым и острым как клинок. Сейчас наступило именно такое время.
— Скажите, Хелл, — резко спросил он, — почему вы выбрали для бегства именно корабль х’харнов?
— Это вы его выбрали, — вмешался Гордон. — Вы сказали, что он быстрее.
— Ах, это я его выбрал? Но, Хелл, как вам удалось взлететь на нем?
Антаресианца явно озадачил этот вопрос.
— Я просто догадался, как им управлять.
— Догадались? — с издевкой повторил Шорр Кан. — Вы взлетели, как опытный пилот, на корабле, устройство которого вам абсолютно незнакомо?
Его черные глаза метнулись от Хелла Беррела к Гордону.
— Всему этому есть только одно объяснение. Мы находились под контролем. Под контролем кого-то из х’харнов.
Гордон похолодел от страха:
— Но вы говорили, что х’харны не могут воздействовать на чужой разум с большого расстояния.
— И это правда. — Шорр Кан посмотрел на закрытую дверь, ведущую в кормовую часть корабля. — Мы ведь туда еще не заглядывали?
Догадка потрясла Гордона до глубины души. Бывают разные виды страха и разные степени испуга, но перед х’харнами он испытывал запредельный, животный ужас.
 
— Вы думаете, что х’харн был на этом корабле? — с трудом выговорил он. — Что он и сейчас здесь?
Гордон посмотрел на дверь, мысленно представив таящееся за ней существо — низкорослое, уродливое, гибкое, словно лишенное костей, со странной, катящейся походкой. Загадочное и безликое шипящее существо, закутанное в серую сутану и обладающее чудовищной силой.
— Думаю, да, — пробормотал Шорр Кан. — Одному богу известно, сколько этих маленьких монстров тайно проникли в нашу Галактику Я слышал про четверых. Но это говорил Сии Кривер, а его словам нельзя верить, ведь он утверждал, что на Ааре находится только один х’харн.
Гордон с Хеллом Беррелом переглянулись. Ужас, который они испытали при появлении лорда Суссюра, еще не успел забыться.
— Черт возьми, — упавшим голосом сказал Гордон.
Он повернулся к Шорру Кану, чтобы спросить, что им теперь делать, но тот опередил его:
— Если х’харн здесь, на корабле, нам остается только найти его и убить.
Шорр Кан решительно выхватил из-за пояса станнер.
Гордон бросился на него, с грохотом повалил на пол и стал выкручивать руку, державшую оружие. Шорр Кан сражался как лев, но лицо его при этом оставалось бесстрастным, словно вырезанным из дерева, а остекленевшие глаза незряче смотрели куда-то в сторону.
— Хелл, помогите мне! — крикнул Гордон.
Антаресианец уже рванулся к нему:
— Значит, он все-таки предатель? Я же говорил, что ему нельзя доверять!
— Не в этом дело, — тяжело дыша, ответил Гордон. — Взгляните на его лицо. Я сразу понял… что он под контролем х’харна. Отберите у него станнер.
Хелл принялся методично разгибать пальцы Шорра Кана, пока тот не выпустил оружие. Как только станнер оказался в руках у антаресианца, Шорр Кан осел на пол. Очнувшись, он растерянно посмотрел на спутников:
— Что случилось? Я почувствовал…
Но Гордон уже не думал о нем. Он вырвал станнер из рук оцепеневшего Хелла Беррела и торопливо разрядил, вытащив все заряды из магазина. И тут же вернул оружие Хеллу:
— Держите его при себе. А заряды останутся у меня. И тогда ни один из нас не сможет им воспользоваться, если х’харн снова возьмет под контроль…
Он так и не закончил фразу. Черная молния, холодная парализующая сила, знакомая еще по Тейну, пугающе беззвучно взорвалась у него в голове. Но сейчас он не имел никакой защиты, никакой возможности сопротивляться. Это было подобно смерти. И он действительно умер.
Но так же неожиданно воскрес. Он лежал на полу и сжимал пальцы на шее Шорра Кана, пытаясь задушить его, а Хелл Беррел оттаскивал его прочь с такой силой, что было слышно, как рвутся сухожилия.
— Отпустите его, — прорычал Хелл. — Отпустите, или мне придется ударить вас.
Гордон разжал пальцы. Шорр Кан откатился в сторону, судорожно хватая ртом воздух.
— Я уже… в порядке, — пробормотал Гордон, кривясь от боли и чувствуя непонятную слабость.
Он попытался подняться, но Хелл вдруг еще сильнее сжал его руки и засадил коленом по почкам. Гордон упал, и его подбородок со звоном ударился о металлический пол.
Х’харн выбрал себе новую жертву. С пустым, остекленевшим взглядом антаресианец оставил в покое Гордона и бросился на Шорра Кана. Тому удалось продержаться, пока Гордон не пришел в себя и не поспешил к нему на помощь. Вдвоем они повалили Хелла и прижали к полу. Через мгновение антаресианец перестал вырываться. Глаза его все еще были широко открыты, но взгляд стал вполне разумным.
— И я тоже?
Гордон кивнул. Хелл сел и уронил голову на руки:
— Почему он просто не убил нас?
— Он не может убить силой мысли, — объяснил Шорр Кан. — Он способен лишь разрушить мозг каждому из нас, но, видимо, опасается лететь через Внешние Миры с тремя идиотами на борту. Он хочет, чтобы мы сами поубивали друг друга и остался кто-то один, которого он сможет без труда контролировать. Вероятно, ему нужен помощник для управления кораблем. — Он посмотрел на дверь в кормовую часть. — Так мы его не одолеем…