Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Триумфальный вопль, напоминающий рев носорога, потряс воздух. Лита бросилась к Аллану, но жесткие пальцы вцепились в ее плечо.
— Бежала, да? — прохрипел Гара, и его глаза уставились, на Манна. — С этой бледнолицей овцой! Посмотрим так ли, он хорош, чтобы отобрать девочку у Гары! — затем, обращаясь к Аллану, добавил. — У тебя нет ни копья, ни дубины, но руки-то у тебя остались. Решим наш спор на кулаках.
Рыжий гигант отбросил оружие в сторону и, вытянув руки, пошел на противника.
— Что ты имеешь в виду? — изумился, Аллан.
— Драку, конечно. Ты хочешь эту девочку, так отбери ее у меня!
Манн мгновенно оценил ситуацию. Шансы, на победу были явно ничтожными. Он должен воспользоваться единственным, что возвышает человека над животным — рассудком:
— Но я не хочу драться из-за этой женщинам! — выдохнул Аллан. — Она мне совсем не нужна!
Гара остановился, ошарашенный. В глазах Литы мелькнуло презрение..
— Не хочешь драться? — закричал противник… — Тогда беги, крыса!
Скривившись, Гара отвернулся. Быстро нагнувшись, Аллан схватил тяжелую суковатую палку и с размаху опустил ее на рыжую макушку. Тело врага мешком рухнуло наземь.
— Быстрее! — крикнул Манн. — Пока он очухается, мы успеем удрать.
Беглецы нырнули в кустарник. Вскоре голоса за спиной затихли и они остались совсем одни.
— Головой работать надо! — ликовал юноша. — Он проваляется не меньше часа.
Лита презрительна покосилась на него.
— Эта драка не была честной!
— Честная драка?! — пробормотал Аллан: — Но ты же хотела спастись. Не думала же ты, что я смогу с ним справиться голыми руками…
— Все равно, это было нечестно. Ты ударил Гару трусливо, когда он этого не ожидал.
Если бы Аллан не был столь цивилизован, он непременно бы выругался.
— Но что в этом плохого? — он явно был сбит с толку. — Ведь, наверняка для меня было разумнее использовать свой ум против его силы.
— На этом острове мы не придаем особого значения благоразумию… Ты должен это знать, — бросила она на ходу. — Но мы верим в честную драку.
— В таком случае в следующий раз отбивайся сама, — разозлился Аллан. — Вы все тут безрассудные.
Внезапно его осенило.
— Как получилось, что ты оказалась на острове?
Лита улыбнулась.
— Я пожизненная. Так же, как и Гара, и большинство других в деревне.
— Пожизненная? Что же ты натворила, чтобы навсегда попасть в это ужасное место?
— Ну, шесть месяцев назад Евгенический Совет нашего города назначил мне супруга. Я отказалась принять его. Совет обвинил меня в нарушении логики и приговорил к пожизненной высылке сюда.
— Не удивительно, — выдохнул Аллан. — Отказаться от супруга, назначенного Советом… Я никогда не слышал о подобном! Зачем ты это сделала?
— Мне не нравилось, как он смотрел на меня. — ответила Лита просто.
Аллан Манн покачал головой. Понять этих безрассудных казалось невозможным.
— Нам лучше уйти в глубь острова, — предложила девушка. — Гара скоро придет в себя. Если он схватит нас — тебе будет плохо.
От этих слов кровь Аллана застыла в жилах.
— Куда нужно идти? — шепотом спросил он.
Лита кивнула в глубь леса.
— Там самая непроходимая чаща. Нужно держаться подальше от деревни.
Лита отправилась первой, держа копье обеими руками.
Вскоре юноша нашел тяжелый и крепкий сук, из которого получилась неплохая дубинка. Неуклюже взмахнув приобретенным оружием, он поплелся дальше.
Путники все дальше забирались в дебри. Обстановка становилась все более непривычной. Аллан видел леса только с высоты полета флайера — зеленые массивы, разделяющие города. Теперь он находился в одном из них, сам стал частью леса. Птицы и насекомые, малые зверушки в кустах — все это было интересным и удивительным.
Несколько раз Лита ругала его, когда он наступал на сухие ветки. Сама же она двигалась бесшумно, как кошка.
Беглецы взобрались на холм и, немного пройдя по гребню, остановились. Девушка показала Аллану деревню — маленькую поляну, с двумя-тремя десятками бревенчатых избушек, на западном краю острова. Кое-где над домами вился дымок, в стороне стояли группами мужчины. В тени играли детишки. Как ни занимательно было это зрелище, пришлось оставить его и идти дальше.
 
Деревья теперь росли так густо, что Аллан начал чувствовать себя в большей безопасности. Он уже достиг некоторого искусства в ходьбе, но внезапно сбился с шага. Кролик выпрыгнул из-под ноги юркнул в кусты. Копье Литы блеснуло как молния и зверек затих. Девушка схватила и подняла пушистый комочек. Лицо ее светилось радостью. Это будет их ужин, сообщила она. Аллан не верил своим глазам. Он испытывал такое же отвращение к ее поступку, какое предки, многими поколениями старше, питали к убийству. Но внешне он постарался остаться невозмутимым.
Подойдя к незаметному овражку, Лита остановилась. Солнце зашло и в лесу начали сгущаться сумерки.
— Ночь проведем здесь, — сказала девушка, опускаясь на землю. По ее указанию юноша ломал и укладывал ветви деревьев. Поминутно одергиваемый и поправляемый, он чувствовал себя страшно неловко. Наконец работа была окончена и Аллан стал наблюдать, как медленно, с помощью камня и куска стали, извлеченных из кармана на поясе, Лита разводит огонь.
Вскоре бездымный костер затанцевал на склоне оврага. Он был слишком мал и хорошо скрыт, чтобы привлечь чье-то внимание.
Освежевав кролика, девушка порезала мясо на ломтики, нанизала на прутик и протянула Аллану.
— Поджарь.
— Я не смогу это есть, — выдавил он с отвращением.
Лита усмехнулась.
— Все через это проходят. Я вела себя точно так же, попав на остров, но теперь мне это кажется вкусным.
— Вкусно есть плоть живого существа? Мне это никогда не понравится!
— Понравится, когда достаточно проголодаешься, — спокойно ответила она, принимаясь за еду.
Аллан вдруг почувствовал, до какой степени голоден. Он не ел с самого утра. И хотя жареное мясо ничем не напоминало привычные блюда из Пищевого Распределителя, запах его уже не казался таким омерзительным, как раньше.
— Иди сюда, поешь, — позвала девушка, протягивая прутик с мясом, — ягод сейчас не собрать, темно, а есть что-то надо. Иначе не останется сил.
Доводы были разумными.
— Я не уверен, что смогу это сделать, как бы то ни было, — произнес Аллан, разглядывая румяный ломтик. Очень осторожно юноша впился зубами в то, что еще недавно было живым существом. Переборов спазм в желудке, он сглотнул. Мясо не казалось неприятным, скорее его можно было назвать вкусным, правда, ничуть не похожим на то, что мог предложить Пищевой Распределитель. Вздохнув, Аллан потянулся за вторым куском.
Прикрыв глаза и слегка улыбаясь, Лита сквозь ресницы наблюдала за тем, как он отправляет в рот кусок за куском.
Челюсти ныли от непрерывной работы, но остановиться Аллан уже не мог. Съев все мясо, он вернулся к отложенным костям и обглодал их более тщательно.
Подняв глаза и встретив загадочный взгляд Литы, юноша покраснел.
— Раз уж я начал это есть, то вполне резонно было съесть все до конца, — сказал он, защищаясь.
— Тебе понравилось?
— А что общего между моим вкусом и питательными свойствами пищи?
В ответ Лита расхохоталась.
Погасив костер и захватив оружие, друзья разошлись по хижинам, очень напоминающим берлоги. Ложе из веток казалось страшно неудобным, и Аллан долго не мог уснуть, вспоминая свою опрятную постель в Городе 72. Интересно, сколько времени пройдет прежде, чем он снова окажется там. Сколько…
Аллан сел, протер глаза и заметил, что солнце пробивается сквозь щели в его берлоге. Он выбрался наружу, разминая онемевшее тело. Свежее утро было пронизано солнечными лучами.
Вторая хижина оказалась пустой, девушки нигде не было видно. Чувство тревоги охватило Аллана. Он уже собрался крикнуть, когда неожиданный шорох в кустах заставил юношу обернуться. Лита стояла перед ним, протягивая полную пригоршню маленьких рубиновых ягод.