Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Мириады красных лучей устремились к вражеским кораблям. По меньшей мере половина из них превратилась в алые вспышки, уцелевшие начали разворачиваться, пытаясь спастись бегством.
Мы орали от восторга.
Огромные светила сковали их маневр, а снующие вокруг боевые крейсера Патруля не давали возможности прорваться в обход звезд.
Красные лучи загнали звездолеты в круг смерти. Попав в капкан, уничтожаемые со всех сторон, пришельцы отчаянно сражались. Все больше неуправляемых патрульных крейсеров уносилось в пространство. С полдюжины вражеских звездолетов сумели в ожесточенной схватке прорвать кольцо и, используя преимущество в скорости, скрылись, возвращаясь крою.
— Смотрите! — торжествующе кричал Жул Дин. — Они потеряли больше сотни звездолетов!
— Подожди радоваться, — сказал я. — Главные силы их флота приближаются…
Меня прервал голос Лакью Ларуса, чей крейсер скользнул мимо нас.
— Всем кораблям собраться в боевое построение! — приказал он.
Корабли замедлили ход, перестраиваясь в три короткие толстые колонны, и неподвижно зависли в космосе.
На космопланшете мы видели массу из тысяч точек, застывших на краю галактики.
Это был наш флот.
Чуть в стороне от него находилась другая, почти равная по величине масса темных точек, которая, замедляя ход, приближалась к нам.
Рой вторгшихся звездолетов.
Он снова принял пирамидальную форму. Было ясно, что они не намерены отступать и будут драться до конца.
Наконец они остановились. Расстояние было слишком велико — корабли были вне досягаемости нашего оружия.
Наступила абсолютная тишина. Не сомневаюсь, история не знала еще такого необычного противостояния.
Резкая команда из динамиков вывела нас из бездействия. Наш флот мгновенно двинулся вперед.
Громада вражеских кораблей понеслась нам навстречу.
Битва началась!
Вражеский флот нацелился своей вершиной прямо в центр нашего построения. Я понял, что они хотят разрезать нас на две части.
Из аппарата мгновенной связи опять донеслась команда. Наша третья колонна взяла вправо, превращая построение в одну длинную колонну, которая лишь скользнула вдоль стороны вражеской пирамиды.
В центре их построения отчетливо стали видны дискообразные звездолеты.
И тут мы ударили.
Весь фланг пирамиды озарили алыми вспышками.
Они нанесли ответный удар. Все смешалось в переплетении красных и бледных лучей.
Наш маневр был так искусен, что огромная масса их кораблей не смогла участвовать в сражении без риска поразить свои же звездолеты.
Два флота сошлись лишь на мгновение, осыпая друг друга смертоносными ударами, и тут же умчались в разные стороны бескрайнего космоса.
Хотя мы и начали тут же разворачиваться, чтобы сойтись вновь, между нами уже лежало огромное расстояние.
Мы снова ринулись навстречу друг другу. Но на этот раз они учли урок. Поэтому, когда наш строй сместился вправо, они сделали то же самое и перестроились.
Теперь мы пронеслись параллельно друг другу на одинаковых скоростях, осыпая друг друга смертоносными ударами.
Боевые порядки каждой из сторон редели. Одни корабли исчезали в алых вспышках, другие беспорядочно уносились во тьму космоса.
Но сейчас звездолеты противника имели небольшое преимущество в ближнем бою — звезды слепили наших канониров, и наши крейсера все чаще выходили из боя.
Черный космос и пламенеющие звезды, бледные и красные лучи, овальные звездолеты и сигарообразные крейсера Межзвездного Патруля — все смешалось в дикой сцене из кошмарного сна. Но этот сон был явью.
Флагман попытался изменить нашу неудачную позицию, но колоссальная скорость чужаков свела на нет все его усилия. Я не мог представить, чем все кончится, если такое положение сохранится надолго.
Мы уже прошли созвездие Рака и начали удаляться от галактики. Раздалась новая команда. Крейсера собрались вместе, перестроившись в треугольник с вершиной, нацеленной на длинную линию вражеского флота, протянувшуюся между нами и созвездием.
Прежде, чем противник успел перегруппироваться, наш клин расчленил строй его кораблей надвое.
 
Последовали мгновения ожесточенной схватки. Наши крейсера проявляли чудеса храбрости. Я на всю жизнь запомню, как один из них протаранил корпус вражеского звездолета, и пространство озарилось вспышкой ярко-желтого пламени.
Мы прорвали их строй и, развернувшись, бросились опять к проделанной бреши. Они не успели ее затянуть.
— Мы победили! — заорал Жул Дин, глядя, как отпрянули в сторону овальные корабли, как лихорадочно заметался их полностью дезорганизованный флот.
— Мы победили! — продолжал кричать спиканец. — Мы победили!
Когда наш флот развернулся, чтобы нанести окончательный удар, все большее число вражеских звездолетов, увеличив скорость, выходили из боя.
Но я понимал, что они не просто уходят, а перестраиваются у дисколетов, которые заняли позицию над нами, пользуясь преимуществом в скорости.
Дисколеты собрались в плотное построение, а наш клин понесся прямо на них.
И тут я почувствовал, что что-то не так.
Действительно, какая-то непонятная сила отклоняла нос нашего крейсера прямо к центру скопления врагов.
Нижняя часть корпусов дисколетов была залита едва заметным пульсирующим зеленоватым светом.
Наши корабли продолжали подниматься вверх, но движение их замедлялось, а корпуса все теснее прижимались друг к другу, словно зажатые могучей неведомой схваткой.
— Притягивающие корабли! — закричал я. — Они притягивают нас, пользуясь неизвестной силой!
Я прокричал команду. Корус Кан налег на рычаги, крейсер рванулся в сторону и выскочил из объятий смертоносной силы. Еще несколько десятков крейсеров повторили наш маневр и вырвались на свободу. Но основная масса флота зависла в космосе, будучи не в силах разорвать невидимые путы.
Звездолеты, как стервятники, накинулись на беспомощные крейсера.
Мы ринулись на помощь. Но схватка была неравной. Среди вспыхивающих во мраке призрачных лучей очень редко мелькали красные. Парализованный флот пытался помочь нам огнем своих излучателей, но вражеские звездолеты держались мертвой зоны, нанося из нее смертоносные удары.
Мы сражались с неистовой яростью, но судьба битвы была предрешена.
Оставалось искать спасения в бегстве.
Но оно казалось невозможным.
Мы были заключены в плотное кольцо вражеских звездолетов. И вопрос заключался лишь в том, как быстро наступит наш конец.
Близость гибели толкнула меня на отчаянный поступок.
— Мы должны во что бы то ни стало прорваться! — закричал я. — Полный ход! Направление — Галактика!
Корус Кан бросил крейсер прямо на вражеские корабли, удачно развернувшись, мы выпустили залп красных лучей и, когда четыре овальных звездолета расцвели алыми вспышками, на полной скорости рванулись через образовавшуюся брешь к Галактике.
Но тут несколько бледных лучей скользнуло у нашего носа, а прямо перед нами возник корабль-чужак.
Я отчетливо увидел его рубку управления, наши траектории пересеклись…
…и мы врезались прямо в него!
Я помню страшный толчок, швырнувший меня на пол. Помню разлетающиеся во все стороны металлические и прозрачные части вражеского корабля.
В первое мгновение мне показалось, что сейчас и наш крейсер развалится на куски, но произошло то, что можно назвать чудом — проскочив крупную группу звездолетов, мы на максимальной скорости вошли в созвездие Рака.
Несколько кораблей-пришельцев пустились за нами в погоню.
Космопланшет показывал, что эскадра завоевателей, насчитывающая к этому времени около трех тысяч кораблей, вошла в созвездие и рассыпалась, готовясь, очевидно, высадить десант на планеты.
Мы уже выходили из созвездия, когда флот чужаков исчез с космопланшета — они приблизились к крупным планетарным телам и, таким образом, перестали быть досягаемы приборам, скрытые гравитацией планет.
Число наших преследователей уже уменьшилось до троих — остальные вернулись назад. Звездолеты быстро настигали нас, хотя и не могли использовать всю свою скорость. Оставалась последняя возможность. Я поделился своим планом с Корус Каном.