Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

— Они нашли мои следы на снегу, — предположил Кеттрик. — И им показалось подозрительным, почему я начал бежать, как только скрылся из виду.
Бокер сказал:
— Нам потребуется пятнадцать минут, чтобы установить этот вал. Ты должен нам дать это время, Джонни.
Он заставил Глевана подняться:
— Пойдем.
Глеван качая головой неуверенно ковылял за Бокером. Хурт по-прежнему не шевелился.
Кеттрик открыл оружейный отсек и достал два ружья с широкими дулами. Набив карманы куртки газовыми снарядами, он спустился по лестнице.
Внизу он увидел Чай.
— Сюда идут, Джон-ни.
— Знаю. — Кубрик был пуст. Чай вынесла двух сыновей на снег, и Кеттрик отправил ее за третьим телом. Сам он вышел на трап возле люка, чувствуя себя необычно спокойно и уверенно. Весь его пыл испарился при виде двух тел на полу мостика. Руки его не дрожали, заряжая ружье, которое он поставил потом у стены возле себя. Все это время он не спускал глаз с Флея, который с десятком своих спутников несся через поле.
Кеттрик выстрелил, целясь прямо по направлению к приближающейся группе.
Всадники скрылись за завесой темных клубов дыма. Некоторые выплыли из тумана, подчиняясь несущей их вперед инерции. Но и через несколько шагов животные под ними начали спотыкаться, и всадники больше не могли удержаться в седле.
Чай подошла сзади, неся через плечо безжизненное тело третьего сына. Она протащила его через проем люка. Рядом с ней вдруг зазвенел металл от удара снаряда об обшивку с корабля. Раздались выстрелы и в рассеявшемся дыме видно было, что шесть или семь нападающих выстояло в первом залпе Кеттрика. Среди них был Флей. Кеттрик оттолкнул Чай назад и повернул ручку люка. Толстая стальная дверь закрылась. По ней тут же забарабанил град пуль. Кеттрик продолжал вести огонь сквозь оставленную в люке щель.
Противники, сгрудившиеся было в отчаянной попытке взять штурмом люк, снова рассыпались, и когда рассеялся дым, было видно, что в седле остался только Флей и еще три всадника.
Возле люка был рупор, который они использовали для общения с большими и бурными толпами продавцов на ярмарках. Кеттрик взял его и обратился к нападающим:
— Бросьте оружие. У вас есть пять минут, чтобы вывести своих людей из зоны огня. Флей, можешь подойти и забрать своих сыновей.
Он три раза повторил это сообщение, голос его холодным металлом звенел в утреннем воздухе. Внизу он увидел, как один рыжеволосый мужчина встал, уцепившись за перила трапа, потом помог подняться второму, державшемуся за поломанную челюсть. Третий лежал в неуклюжей позе, там где он упал с разбросанными руками и ногами. После второго сообщения всадники начали бросать оружия. Когда Кеттрик заговорил в третий раз, Флей направился к кораблю.
Кеттрик опустил широкоствольное ружье, спрятавшись за дверью люка. Снаружи трое оставшихся на ногах выносили жертвы из зоны огня. Двое рыжеволосых склонились в скорбной позе над телом брата.
Флей стоял рядом с ними под люком. Он посмотрел сначала на своих сыновей, потом на Кеттрика.
— Ты лгал мне, Джонни.
— И ты лгал, Флей.
— Я спас тебя, а мой сын погиб.
— Хурт тоже погиб.
Лицо Флея блестело как будто от пота, хотя от мороза его борода покрылась инеем.
— Почему, Джонни?
— Что Сери пообещал тебе, Флей? Что твое древнее солнце спокойно доживет свой век? — По выражению лица Флея он понял, что угадал, и покачал головой, вспоминая людей Гурры и собственные слова, обращенные к маленькой Ниллэн. — Другие тоже любят свои миры, Флей. Они тоже хотят жить. — Братья поднимали тело мертвого сына и укладывали его на седло. Кеттрик кивнул в их сторону. — Вот что сделала для вас Роковая Звезда. Теперь уведи их отсюда.
Флей еще на несколько секунд задержал свой взгляд на Кеттрике, потом повернувшись посмотрел на красное солнце. Его ровные плечи поникли и вся его стать утратила гордость осанки. Он помог своим сыновьям и через несколько минут они покинули мрачное место, ведя за собой животное, груженное скорбной ношей. Никто больше не сказал ни слова, никто не оглянулся в сторону Кеттрика.
 
«Грелла» внезапно ожила, залилась гулом и рокотом моторов. Кеттрик нажал автоматический замок. Люк защелкнулся и герметично закрылся, подготовившись к космическому полету. Трап улегся в свое гнездо с тяжелым скрежещущим стоном. Кеттрик кивнул Чай, и они направились в кубрик, оставляя позади люки, которые захлопывались автоматически за их спинами, образовывая двойной воздушный шлюз судна. Прозвучал предупредительный гудок. Кеттрик взошел на мостик.
Бокер уже был у штурвала. Хурта положили на одно из кресел. Глеван придерживал тело. Кеттрик послал Чай на помощь, заметив, что Хурт все еще дышал и даже застонал. Кожа раненного приобрела страшный темный оттенок, но кровь, залившая рубашку была достаточно яркой. Кеттрик занял место Хурта возле Бокера. Через иллюминатор они видели, как люди Флея выносили последних своих товарищей из опасной зоны. Кеттрик наблюдал за ними, пока взрыв стартового огня и дым зажигания не скрыл из виду всю землю. Тогда он произнес:
— Еще одно место, куда мне уже никогда не вернуться.
«Грелла» медленно поднималась навстречу огромному красному солнцу.
  
Глава 15
 
Хурт выжил. Это было большой удачей и счастьем для всех. Пуля прошла возле сердца между ребер, он потерял сознание, утратил много крови, но выжил.
Другого повода для радости у них, к сожалению, не было.
— Мне не удалось улучить ни минуты наедине с Секма, — злобно сообщил Бокер. — Никому из нас не удалось. Эти три рыжие обезьяны или их другие братья не оставляли нас ни на секунду. Они хотели удостовериться, наверное… был ли какой-то сговор. Я не осмелился рискнуть. Мы не были вооружены, а они все время держали палец на курке, готовые стрелять при первом же неверном жесте.
— Да еще и я тут, — продолжил Кеттрик.
— Я люблю тебя, Джонни, как собственного брата, — сказал Бокер, — но я подумал, что если можно было бы сделать это и спастись…
— Конечно, — согласился Кеттрик. — Я знаю. Ну а что теперь? Секма направляется в Гурру. Так что о нем можно забыть.
— Джонни, что-то не так. Когда он осматривал корабль, он видел товары с Гурры, но мне конечно, пришлось сказать, что они с Пеллина. Сыновья Флея не поняли разницы, но ты же знаешь, что Секма наверняка разобрался, и все же он и глазом не моргнул. Он умный черт, хитрый, это нам знать как никому другому. Может, он все понял. Может, он сам идет вслед за Сери, просто прикрываясь версией, что ищут тебя.
— Я сам стараюсь надеяться на это, — сказал Кеттрик. — Я хочу верить, что это так. Но если нет, то нам лучше подумать том, что делать, когда мы приедем в Кираноку.
И мрачно добавил:
— Но в Кираноке есть одна хорошая вещь — у меня там нет друзей.
— Там ни у кого нет друзей, — сказал Бокер. — И поэтому вам лучше оставаться в корабле, и не попадаться никому на глаза будучи там. Я сам пойду на разведку.
Они еще не один раз обсуждали все возможности во время прыжка.
— Если только не выяснится, что Секма идет по следу, — говорил Бокер, — нам придется рассказать МК все, что мы знаем, это уж точно. Только когда это будет.
— Что значит, когда? — спросил Хурт, которого волновало в первую очередь, заживет ли его рана до всех этих событий.
— Если мы направимся к ним сразу же после посадки, — рассуждал Бокер, — мы можем больше не взлететь. Они могут задержать нас для допроса, или подождать кого-то из начальства, чтобы те решали, что с нами делать. Они могут засадить Джонни и нас всех вместе с ним.
Хурт кивнул:
— Мне это и в голову не приходило.
— А мне приходило, — сказал Кеттрик. — Роковая Звезда важнее нашей судьбы, но с другой стороны… Черт, они могут и вовсе не поверить нам. Они могут подумать, что это просто трюк, чтобы отвлечь внимание от нас самих. Но пока они найдут Секма и спросят у него, будет уже слишком поздно.
— Я предлагаю ждать, пока мы не подготовимся к прыжку, — сказал Бокер, — а за это время мы должны выяснить все, что можно, о Сери… Потом послать сообщение в МК и смываться побыстрее.