Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

— Если вы к нему прикоснетесь, оно вас не убьет, — сказал он, — но вы долгое время будете находиться без сознания. Не приближайтесь к нему ни сейчас, ни в будущем.
Он подал знак в сторону высокой бетонной башни, и узкий участок барьера неожиданно исчез. Осужденные толпой прошли через образовавшуюся щель, и барьер сомкнулся вновь.
— Его можно выключить только в башне, находящейся внутри него, — проревел Квобба. — Замечательно. Просто замечательно.
Затем Хэммонд понял. С этой планеты можно убежать только в космическом корабле. А звездные корабли совершали посадку только на территории космопорта, от которого заключенных отделял электрический барьер. Так что осужденные были свободны в этом мире, но не могли его покинуть.
В этом городке им предоставлялось жилье. Семьям — отдельные коттеджи, одиноким мужчинам — бараки. Вновь прибывшие едва успели осмотреться, как вернувшиеся с работы в джунглях столпились вокруг них и начали задавать вопросы. Шум разговора, взволнованные расспросы о далеких звездах и галактических портах, о которых он никогда не слышал, приводили Хэммонда в замешательство. Он сбежал от всего этого на эту скамейку, чтобы посмотреть, поудивляться и попытаться понять, что он находится совсем в другой части Галактики, далеко от Земли.
Из барака вышел мужчина и сел рядом с ним. Хэммонд быстро повернулся, готовый защищаться, но человек был ему незнаком. На его странного серого цвета лице светились очень умные глаза. Точно такой цвет лица был у Норта Абеля, но хотя на лице незнакомца не было морщин, он каким-то необъяснимым образом казался намного старше и намного более зрелым чем Абель.
— Меня зовут Тол Ор, — сказал он. — Ты — Хэммонд с Земли?
Хэммонд кивнул.
— А ты случайно не с Алгола?
— Это так. Но я уже довольно долго нахожусь здесь на Кууме, — продолжал Ор. — Там говорят, что ты шпионишь для врамэнов.
Сердце Хэммонда оборвалось. После короткой паузы он ответил:
— Это неправда. Но я не могу их в этом убедить.
Он чувствовал себя ужасно беспомощным. Он надеялся, что рано или поздно неприязнь исчезнет, и они прислушаются к голосу разума, но этого не произошло. Никто, даже Квобба не станет говорить с ним напрямую. Никто, казалось, даже не замечал его. Так было во время всего путешествия, тоже повторилось и здесь на Кууме.
Проклятая Тайан Марден. Он винил ее, не хумэнов. Шутка, которую она с ним сыграла, поставила его в это положение. У него возникло дикое желание отплатить ей и всей расе врамэнов за это.
Тол Ор смотрел на него с глубоким интересом.
— Они также говорят, что ты прибыл из далекого прошлого. Мне кажется, в это гораздо труднее поверить.
Хэммонд объяснил, не особенно переживая, верит ли ему собеседник или нет. Когда он закончил, Тол Ор покачал головой.
— Невероятная история, и все же с научной точки зрения вполне возможная. Я хочу услышать все это поподробнее. Я припишу тебя к своей рабочей бригаде.
Он объяснил, что всей работой на Кууме руководили сами осужденные. Федеративные солнца платили фиксированную зарплату мужчинам за расчистку джунглей, окружавших поселение. У них были мощные бульдозеры, грузовики и другие машины, но ничего такого, что можно было бы превратить в оружие. Охранники их не беспокоили, только офицер охраны каждый вечер являлся в поселок для краткой инспекции.
— Тебе будет не так трудно, если ты будешь работать в моей бригаде, учитывая враждебность, которая тебя окружает, — добавил алголиец.
— Значит, ты не веришь, что я врамэнский шпион?
Тор Ор улыбнулся.
— Врамэнам не нужны шпионы. Это всего лишь старая ненависть хумэнов к ним.
— Непохоже, чтобы ты их особенно ненавидел, — Хэммонд с любопытством посмотрел на Тола.
Тот пожал плечами.
— Именно врамэны отправили меня сюда. Но с другой стороны им было гораздо легче меня убить, но они этого не сделали. Когда-то я был довольно известным физиком. Мой энтузиазм вел меня вперед. Я занимался исследованиями поля, в маленьком корабле, и подобрался слишком близко к Трифиду.
Хэммонд посмотрел на него с неожиданным пристальным интересом.
 
— Ты охотился за Альтаром?
— Нет, вовсе нет. Я изучал космическую радиацию и обнаружил какие-то странные спектры излучений в окрестностях Трифида. Я ужасно заинтересовался и подлетел слишком близко. Врамэны вполне законно могли взорвать наш корабль, но они этого не сделали. Меня приговорили к пожизненному пребыванию на Кууме, а члены моей наемной команды получили по пять лет. Я подумал, что это довольно мягкий приговор.
Солнце село, и сумерки стали переходить в безлунную ночь. В небе ярко горели незнакомые созвездия, а вдали, за огнями маленького городка подобно странной ауре светился барьер, окружавший космопорт. Тол Ор встал и потянулся.
— Мы встаем рано, — сказал он, — поэтому тебе лучше поспать как можно дольше.
Хэммонд неохотно последовал за ним в главную хозяйственную комнату барака, с ненавистью думая о том, что его там ждет. Все шестьдесят или семьдесят жильцов собрались вокруг новеньких в одном конце комнаты. Войдя, он услышал раскаты голоса Квоббы и по взволнованным замечаниям остальных понял, что тот рассказывает им о сорвавшихся планах Джона Уилсона.
— Ради всех солнц, жаль что ты этого не сделал! — закричал толстый розовокожий мужчина. — Если бы в руки хумэнов попало то, что находится…
— Пока хватит об этом, — оборвал его Гурт Лунд.
Он смотрел на Хэммонда, и глаза всех остальных также повернулись к нему. Хэммонд подумал, что раньше никогда не видел такого количества враждебных лиц, обращенных к нему. Он хотел поговорить с ними, снова попытаться убедить их, что он не предатель, не шпион, но понял, что они не станут даже слушать его. Он повернулся и пошел в маленькую спальную комнату, предоставленную ему.
Лежа в темноте, Хэммонд чувствовал, как его гнев медленно превращается в дикую решимость. Эти хумэны ненавидят и подозревают его, потому что его глупость разрушила их мечту о достижении Альтара. Ладно. Он заставит их проглотить эти ненависть и подозрение. Он добьется этого, вызволив их и себя из этой планетной тюрьмы, чтобы они могли осуществить свой план. Он не знал, как он это сделает, но как-нибудь он это сделает, рань или поздно. Он покажет им, как сильно он любит врамэнов!
На следующее утро Хэммонд съел свой завтрак молча, никто не разговаривал с ним. Но когда объявили список рабочих бригад, Тол Ор выкрикнул его имя.
— Ты можешь сесть со мной в кабину управления, — сказал Ор, когда они направились к ожидавшим их грузовикам. Люди уже забирались в них. Хэммонда не прельщала перспектива ехать вместе с ними, но он сказал:
— Они и к тебе будут также относиться, если ты будешь разговаривать со мной.
Тол Ор улыбнулся.
— Не думаю. Я здесь уже слишком давно. Но все равно я рискну. Я хочу поговорить о прошлом.
К тому времени, как они пересекли расчищенный участок и достигли джунглей, сияющий шар Спики уже высоко поднялся в небо. Теплый влажный воздух приносил с сумрачных полян в лесу сырой туман. Хэммонд никогда не видел ничего похожего на эти черные джунгли. Это был лес, созданный воображением какого-то больного, одержимого дьяволом, художника: беспорядочное переплетение блестящих черных деревьев и кустарника, на эбеновых членах которого торчали огромные массы бледно-серых листьев. Здесь были и свисавшие кольцами черные лианы и огромные чисто-белые цветы; странные птицы, лишенные перьев и голоса, порхали с ветки на ветку.
Деревья и кусты предстояло выкорчевывать при помощи бульдозеров.
Как только расчищался маленький участок, его глубоко вспахивали и в почву вносились химикаты, подавлявшие рост мощных растений и позволявшие серой траве взойти вместо них.
— Держи цепь, — сказал Хэммонду Тол Ор. — Деревья побольше мы вырываем при помощи нашей главной силы.
Хэммонд обнаружил, что работает, подчиняясь приказам алголийца, вместе с остальными хумэнами, составлявшими маленькую пеструю бригаду.