Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Внизу находилась освещенная сторона Земли, большая часть покрыта облаками. Ему показалось, что он узнал Иберийский полуостров. Если это так, то он двигался над Тихим океаном по направлению к Северной Америке, которая была на теневой стороне. Он должен точно определить время катапультирования из спутника, когда будет над Землей.
Неуклюжими пальцами он трогал рычаги и переключатели. Неожиданно ему на ум пришла очень смешная мысль.
«Неужели они не удивятся, когда их мертвый герой спустится на парашюте живым?»
Кресло Хэммонда было подвешено таким образом, что он висел внутри пластиковой чаши внутри спутника. Теперь, когда заработал пульт управления из-под Хэммонда поднялись другие пластиковые секции и запаковали кресло и пульт экстренного катапультирования.
Хэммонд не выпускал кислородной трубки изо рта, вглядывался сквозь пластик и стекло иллюминатора, чтобы определить, где находится Девятнадцатый.
«О чертовы облака! Не смогу увидеть огней городов.»
Спутник несся к теневой стороне Земли, которая была почти полностью закрыта облаками.
Внутри пластиковой сферы становилось все жарче. Внезапно он увидел, что алюминиевое ребро иллюминатора начало слегка светиться и коробиться. Центр Девятнадцать приближался к критической точке нагрева от трения.
Хэммонд едва удержался, чтобы тут же не дернуть рычаг катапультирования. Он находился где-то над Атлантикой, была ночь и его не смогут найти в течение длительного времени.
Нет, ждать, пока он не убедится, что находится над твердой землей.
Но мог ли он ждать? Зловещее слабое красное пламя покрывало всю поверхность спутника и у него от жары кружилась голова. Он сцепил зубы и стал ждать. Он не мог видеть, с какой скоростью и на какой высоте летел. Мог только предполагать. Однако считал, что летит уже над побережьем. Подождать еще немного, чтобы полностью удостовериться…
Хэммонд дернул один из двух рычагов. Ничего не произошло.
Его снова охватила паника. Если не сможет открыть люк катапультирования, то не выберется. С неистовством он тянул рычаг.
В этот рычаг заработал. Со скрежетом нижняя часть спутника отделилась и взорвалась. Теперь Хэммонд мог прямо сквозь пластик прямо под ноги. Его пальцы ухватили другой рычаг, на котором была буква «К». Рычаг был так раскален, что его едва можно было держать. Хэммонд не мог больше ждать. Конечно же, он был над твердой землей.
Хэммонд потянул рычаг «К».
Его страшно дернуло, когда катапульта выбросила капсулу. Тело Хэммонда, налитое свинцом, мотало из стороны в сторону, в то время как капсула крутилась вокруг своей оси. Кислородная трубка выпала у него изо рта. Он начал шарить вокруг, но огненная дымка не давала ничего увидеть. Стало трудно дышать. Боль в легких заставила его еще судорожнее задвигать руками. Наконец пальцы нащупали раскачивающуюся трубку. Он сунул ее в рот, а потом едва не выронил снова при очередном рывке. Через некоторое время в голове слегка прояснилось. Капсула перестала вращаться. Он поднял голову и увидел небо, усеянное звездами. Первый раз после пробуждения. Прямо над ним висел парашют капсулы. Он раскрылся как раз вовремя. Хэммонд опускался на ночную поверхность Земли.
От облегчения его слегка передернуло. Все, что он делал до этого момента, он делал механически, благодаря своей тренированности.
Он почувствовал некоторое возбуждение.
«У меня получится…»
Кровь пульсировала в венам. Он почувствовал ужасную слабость, но новое состояние вымыло из него свинцовую тяжесть. Хэммонд с жадностью взглянул вниз. Там плыли только свинцовые облака. Пока он их не пролетит ничего не увидит.
Прошло много времени, прежде чем он спустился под облака. Сердце неистово застучало, когда он вынул изо рта кислородную трубку. Она была больше не нужна…
Он продолжал всматриваться вниз, ловя какие-нибудь огни.
Никаких огней не увидел. Вокруг была плотная, ужасающая темнота и он не был даже уверен что пролетел сквозь облака. Но он же должен уже что-то видеть! Затем, внезапно, глаза уловили какое-то слабое свечение. Он с ужасом осознал, что свечение было не далеко под ним, а очень-очень близко и понял, что это такое.
 
Это было море. Он ошибся и катапультировался раньше времени.
Пластиковый шар ударился о воду и его подняло на гребень волны. Хэммонд вспомнил о парашюте и нажал отцепляющее устройство. Капсула катапультирования была сконструирована и для посадки на воду. Сейчас она поднималась вверх и опускалась вниз и спасенный почувствовал себя маленьким в плавающей бутылке. Он расслабился, чувствуя себя ужасно и заснул.
Когда он проснулся, то подумал, что прошло несколько часов. Над морем дул ветер и облака рассеялись. На всем небе сияли звезды. Хэммонд взглянул на запад. Конечно же он не может быть далеко от побережья. Там, где звезды соприкасались с океаном, он увидел темную низкую полосу. Он почувствовал уверенность в том, что это побережье и ветер гонит капсулу в нужном направлении.
Хэммонд взглянул на небо. Казалось невероятным, что он вернулся оттуда, пережив ложную смерть в космосе, снова пробудившись, когда по какой-то странной и загадочной причине спутник вернулся к Земле. Что же послужило этому причиной?
Но вопрос этот вылетел из его головы, когда он пристально взглянул на звезды в северном направлении.
Что-то странное произошло со звездами, странное до сумасшествия.
  
Глава 3
 
Хэммонд отлично разбирался в созвездиях. Тщательное их изучение было частью астронавигационного курса, который им вдалбливали до прибытия на Канаверал. Северные созвездия, мерцавшие низко над морем, были не такие как положено. Большая Медведица, Дракон и другие медленно вращались вокруг небесного северного полюса. Но центром этого движения была не Полярная звезда. Он был тусклее и Хэммонд узнал ее — это была Дельта Лебедя, которая находилась на много градусов дальше, чем бывшая Полярная звезда.
Сначала он не мог поверить своим глазам. Но по мере того, как капсула перекатывалась по направлению к суше, а Хэммонд продолжал следить за звездами, у него исчезли все сомнения. Он был сильно озадачен.
«Но ведь это означает, что прошли сотни лет. Нет, не сотни, а тысячи.»
Небесный северный полюс постоянно менял свое местоположение на небе из-за прецессии равноденствий. В течение двадцати семи тысяч лет полюс описывает небольшой круг на небе.
Если полюс был сейчас около Дельты Лебедя, значит он совершил одну треть круга. А это означает, что прошло около десяти тысяч лет с того времени, как Хэммонд в последний раз наблюдал северные звезды.
Десять тысяч лет? Это было слишком смехотворно. Слишком фантастично. Или это была какая-то аберрация света или что-то случилось с его глазами. Невозможно было представить, что прошло такое огромное количество времени с тех пор, как он умер, с тех пор…
На смену раздраженному неприятию в голову ему пришла мысль, от которой он похолодел: может, было какое-то объяснение, о котором он не предполагал, нечто потрясающее. Сон в замороженном состоянии, состояние ультрагипотермии, в которой он находился. Даже не подумав, он считал, что это состояние длилось недолго. Несколько дней, неделю, но не больше. Но на каком основании он так думал? Абсолютный и постоянный холод заморозил все клеточки в его теле, когда он открыл люк. Он мог быть в этом состоянии как день, так и год. Или даже тысячу лет.
Сколько же времени он провел в замороженном состоянии?
Мерцающие стрелки звездных часов дали ему ответ, но он не мог принять этот ужасающий ответ.
Но все же это объясняло, почему Центр Девятнадцать вернулся к Земле. Когда Хэммонд открыл люк, чтобы избежать ужасного конца, спутник находился за Луной в направлении космоса по огромной эллиптической орбите, Хэммонд вычислил, что спутник вернется на орбиту через много лет и, возможно, попадет в гравитационное поле Земли. Если произошло именно так, если звездные часы показывали истинное время, то Хэммонд сидел в течение столетий замороженный в капсуле, пока спутник не подошел так близко к своей планете, что попал в гравитационное поле Земли и тепло от трения в атмосфере пробудило его.