Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Норден Лунд с усмешкой посмотрел на побагровевшего мэра и презрительно процедил:
— Я же говорил вам, Варна, надо было…
— Мы обсудим это позднее, — резко оборвала его девушка. Джон заметил, с каким трудом она сдерживает гнев.
Варна Аллан повернулась к мэру: — Мы ждали, пока план эвакуации будет полностью готов…
Забыв перевести сказанное, Джон воскликнул:
— Скажите прямо, вы считаете нас примитивными аборигенами, с которыми не стоит церемониться?
— Не понимаю, почему у вас сложилось такое превратное впечатление, — раздраженно возразила Администратор.
Выждав паузу, она мирно произнесла, словно уговаривала ребенка: — Скоро прибудет корабль с экспертами Совета Губернаторов. Они ознакомятся с обстановкой и подберут планету, соответствующую вашим потребностям. Думаю, она будет очень похожа на Землю вашего времени…
— Это весьма благородно с вашей стороны, — ядовито ответил Джон. Варна Аллан ответила высокомерным взглядом, но промолчала.
Кеннистон вспомнил о своих обязанностях и перевел их небольшой диалог членам муниципалитета. Гаррис от негодования даже потерял голос. Он просипел:
— Если они думают, что мы покинем Землю ради какого-то дурацкого мира в небесах, то они глубоко заблуждаются! Объясните им это, Кеннистон!
Когда Джон перевел слова мэра, Варна Аллан слегка побледнела — похоже, она была совершенно сбита с толку,
— Неужели ваши люди хотят остаться на этой холодной, умирающей планете?
Мэр затрясся, пожирая пришельцев испепеляющим взглядом:
— Кеннистон, объясните этим чужакам: нам и так пришлось оставить наш добрый старый Миддлтаун, наши дома и привычный образ жизни. Этого достаточно, больше мы не выдержим. Оставить Землю? Нет, ни за что!
Переведя слова мэра, Джон добавил:
— Поймите — мы прожили здесь большую часть жизни, здесь…
Он замолчал, не находя подходящих слов. Да и как объяснить гражданам Галактики, что значит для них родная планета? Земля — это цветущие луга, весенний ветер, напоенный запахами цветов, грозовые дожди… это рождение и смерть… это любовь. Разве можно забыть это?
Встряхнув гривой каштановых волос, Лунд сказам своей начальнице:
— Я предупреждал вас, Варна, эти «примитивы» слишком эмоциональны. К ним нужен другой подход…
Девушка, игнорируя Лунда, обратилась к Кеннистону:
— Но жить на умирающей планете невозможно. Рано или поздно вам придется уйти.
— Пусть она сама скажет это горожанам, — не без угрозы произнес мэр. — Впрочем, это сделаю я…
Он поднялся и не спеша направился к выходу. Его округлая приземистая фигура обрела неожиданную горделивую осанку. Борхард, Моретти и другие члены муниципалитета последовали за ним, смущенно переглядываясь, — они понимали, какое неприятное дело им предстоит. Помедлив, командование «Таниса» также вышло из здания.
Отсюда, со ступеней широкой лестницы, была отлично видна площадь, запруженная тысячами горожан — рабочих и домохозяек, банкиров и библиотекарей, стариков и ребятишек. Звучала веселая музыка, многие танцевали. Увидев мэра и рядом с ним двух пришельцев, люди зааплодировали. Громкое эхо от восторженных криков прокатилось под сияющим куполом, Мэр Гаррис шагнул вперед, держа в руках мегафон:
— Граждане Нью-Миддлтауна, слушайте меня внимательно, — твердо сказал он. — Пришельцы со звезд приказывают нам покинуть Землю! Они обещают найти для нас другой мир где-то на другом краю Галактики. Что вы на это скажете? Хотите вы оставить нашу родную планету?
На площади внезапно воцарилась тишина. Радость на лицах сменилась недоверием. Джон покосился на Варну Аллан — в ее голубых глазах росла тревога. «Вряд ли мы поймем друг друга, — подумал он. — Слишком уж мы разные…»
Наконец до горожан дошел смысл сказанного мэром. Ответом стал нарастающий гул возмущения:
— Улететь отсюда куда-то в небо? Эти чужаки что, спятили?
— Мало того, что мы с болью в сердце покинули Миддлтаун — теперь еще и Землю?
На лестницу вбежал краснощекий мужчина — Джон узнал в нем водителя городского автобуса. Подойдя вплотную к мэру, он закричал:
 
— Что это все значит, мистер Гаррис? Мы устроились в новом городе как следует, а сегодня еще получили и свет, много света! Почему же мы должны улететь на какую-то там Луну или еще куда подальше?
Гаррис с торжествующим видом обернулся к пришельцам.
— Видите? Мои люди не желают даже слушать о вашем нелепом предложении!
Варна Аллан с изумлением взглянула на него:
— Предложении? Это приказ Совета Губернаторов! Я рекомендовала провести операцию — и Совет ее одобрил.
Переведя, Джон не выдержал и сказал гостям:
— Наш народ не будет подчиняться никому, кроме своего собственного руководства. Приказ ваших Губернаторов ничего для нас не значит!
На лице Варны промелькнула тень испуга.
— Не понимаю… Никто не имеет права возражать Совету Губернаторов! Он представляет в этой части Галактики Федерацию Звезд, разве вы не понимаете это?
Джон ответил раздраженно:
— Что нам ваши звезды? Только огоньки в небе, не больше.
Норден Лунд, удовлетворенно улыбнувшись, вкрадчиво сказал Варне:
— Похоже, мы оказались в тупике, дорогая начальница. Не пора ли проконсультироваться с Вега-центром?
Администратор яростно взглянула на своего заместителя:
— О, я понимаю, что у вас на уме, Лунд. Не надейтесь — я выполню решение руководства, чего бы мне это ни стоило. И тогда поговорим с вами… и с этим изменником Горром Холлом…
Повернувшись, она резко сказала Джону:
— Горожане должны уяснить — мы не собираемся причинять им вреда! Объясните, какая жизнь предстоит здесь: полная изоляция от остального человечества, жалкое прозябание даже без надежды на какие-либо перспективы в будущем…
— Возможно, — тихо сказал Джон, — но мы все же надеемся на лучшее. Вы совершенно не знаете наших людей — их нелегко сломить.
Был ли он так уверен в этом? Джон не хотел признаваться самому себе, но слова Варны Аллан порой казались ему справедливыми…
Варна Аллан пожала плечами:
— Вам придется скоро убедиться, что решение Совета Губернаторов — это закон, которому необходимо подчиняться. Лунд, пойдемте — нам здесь больше нечего делать.
Пришельцы спустились по лестнице и пошли в сторону портала. Бурлящая, встревоженная толпа нехотя расступалась перед ними. Люди были озадачены, но явной враждебности к чужакам еще никто не выказывал. Джон обернулся к Хубблу:
— Что мы должны делать, шеф? — спросил он растерянно. — У вас есть какие-либо идеи?
— Увы, нет, — покачал головой тот. — Зато я знаю, чего нельзя допустить, — я имею в виду любое насилие по отношению к звездолетчикам. Это может иметь для нас самые фатальные последствия… Кен, мы должны как-то успокоить горожан — и до прибытия эвакуационной комиссии тщательно продумать план действий.
Весь остаток дня Кеннистон только и делал, что выступал на многочисленных импровизированных митингах, беседовал со знакомыми и незнакомыми людьми, спорил, успокаивал, убеждал… Он повторял доводы Варны Аллан, но чувствовал — его слова не доходят до людей. Ему возражали — жизнь в новом городе налажена, есть свет, вода и тепло, они не одиноки во Вселенной — чего еще надо? С неукротимым оптимизмом, свойственным землянам, люди верили — завтрашний день будет прекрасным! Чего же ради лететь к звездам?
Кеннистон не настаивал — он их понимал. Люди и так испытали страшный шок, перенесясь через миллионы лет в будущее, потеряв близких, привычный образ жизни и даже собственные дома. Повторный удар многие бы просто не вынесли… Кроме того, они были не одиноки в этом ледяном мире — там, за холмами, лежал старый Миддлтаун. Лучше всякого якоря он удерживал горожан от безумных попыток начать все снова на новом месте. Тем более если это место — далекий мир на другом краю Галактики…
Но было и еще одно — ужас, который охватывал людей при мысли, что им придется войти в звездолет и нырнуть в бездонную пропасть космоса, расцвеченную огоньками холодных звезд, — а надежная, безопасная твердь Земли останется позади, утраченная навеки! Даже закаленным мужчинам станет не по себе на борту чужого корабля — что же говорить о женщинах и стариках? Миддлтаун был тихим, провинциальным городком, многие его жители не переносили даже автомобильных поездок — какие уж тут галактические перелеты?