Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Суровый голос Рольфа раздался за его спиной.
— Идем, Кайл, нам еще многое надо сделать.
Вернулся тяжело дышавший Киш.
— Ничего, — сказал он. — Там все спокойно, господин.
— Нам понадобятся Арраки, Кайл, — сказал Рольф.
Бэннинг вздрогнул и холодок пробежал по его спине. Пришло время — время, прихода которого он так боялся.
  
Глава 8
 
Лаборатория, в которой они находились, не походила ни на одну из виденных Бэннингом прежде. Машины и оборудование были упрятаны под щиты и кожухи и можно было только догадываться о их назначении и сложности. В этой длинной высокой комнате было тихо и чисто.
Бэннинг понял, что только выдающийся ученый мог занять такое высокое положение в этой огромной звездной империи. Сейчас Рольф быстро и резко говорил что-то этому человеку, Джоммо слушал с каменным лицом. Рольф отослал Хорика проверить, как обстоят дела с пленниками, но оба Арраки стояли здесь. Они, держась настороженно, внимательно смотрели по сторонам.
Тэрэния уже очнулась. Она сидела в кресле и на ее совершенно белом лице горели раскаленными сапфирами глаза, смотревшие на Бэннинга. Она смотрела только на него, не обращая внимания на остальных.
Рольф умлок, и Джоммо медленно произнес:
— Так вот оно что. Мне следовало бы догадаться.
— Нет, — сказала Тэрэния и с силой добавила:
— О нет! Мы не вернем вашему Валькару его память — он может уничтожить Империю!
— Ваш выбор ограничен, — зловеще проговорил Рольф.
Горящий взор Тэрэнии не отрывался от лица Бэннинга. Она с горечью заговорила, обращаясь к нему:
— Однажды ты едва не добился успеха, верно? Ты явился сюда со всеми ключами, оставленными тебе отцом, обманом добился от меня позволения порыться в древних архивах, нашел там путь к Молоту и ушел, насмехаясь над нами, надо мной.
— Я?
— Ты, и ты использовал самую древнюю и дешевую уловку, какую мужчина может применить к женщине.
— Тэрэния… — начал Джоммо, но она продолжала, не взглянув на него:
— Ты просто чуть-чуть промедлил. И это чуть-чуть спасло Империю! Мы схватили тебя и Джоммо стер твою память. Нам следовало стереть ТЕБЯ.
— Но вы этого не сделали, — сказал Бэннинг.
— Да, не сделали. Мы ненавидим убийство — этого не понять сыну Старой Империи. Мы оказались настолько глупы, что дали тебе ложную память, отправили на окраинную планету — Землю — и решили, что ты убран с пути и безопасен. Я оказалась настолько глупа.
Рольф сердито сказал:
— Вы настолько удачно убрали его с пути, что для того, чтобы найти Валькара, мне понадобились долгие годы секретных поисков на Земле.
Тэрэния медленно перевела взгляд на мрачного гиганта.
— А теперь, когда у тебя есть Валькар, ты хочешь заполучить и его память, а потом и Молот?
— Да, — отрезал Рольф, словно волк клацнул клыками. — Слушай, Джоммо, — повернулся он к ученому. — Ты можешь восстановить его память. И ты сделаешь это. Ты сделаешь это потому, что не захочешь увидеть Тэрэнию мертвой.
— Я знал, что ты скажешь это, — ответил Джоммо.
— Так как?
Джоммо посмотрел на Тэрэнию. Через несколько секунд его плечи опустились и он склонил голову.
— Ты сам сказал — мой выбор ограничен.
Бэннинг похолодел, а сердце его бешено застучало. Он хрипло спросил:
— Сколько времени это займет?
Секунды, часы, столетия — сколько времени понадобится, чтобы изменить «я» человека? Предположим, что весь этот невероятный сон — правда, и Нейл Бэннинг — всего лишь имя, фикция, воплощенная ложь. Что останется от него? Сохранится ли память человека, в действительности не существовавшего?
Джоммо медленно выпрямился. Бесцветным голосом, с неподвижным лицом он ответил:
— Час, возможно и меньше.
Тэрэния недоуменно смотрела на него. Казалось она не верила своим ушам. Потом она яростно закричала:
— Нет! Я запрещаю тебе, Джоммо — слышишь? Я запрещаю! Пусть они…
Сохмсей легонько положил когтистую руку на ее плечо, и она замолчала, задыхаясь от отвращения. А Арраки сказал:
— Господин, пока ее рот кричит гневные слова, мысли ее говорят о надежде. Здесь притворство, между ними двумя.
 
Рольф с неприятным цыканьем втянул воздух между зубами.
— Я так и думал — Джоммо слишком легко согласился. — Он поочередно посмотрел на них. — Прекрасно, все равно все выйдет наружу. С Арраки ложь бесполезна.
Тэрэния отпрянула от Сохмсея, но промолчала. Джоммо пожал плечами, его лицо по-прежнему ничего не выражало. Бэннинг восхищался его выдержкой.
— Арраки, — сказал Джоммо, — вне сомнения, хорошие слуги, но уж слишком они усердствуют. — Он посмотрел на Бэннинга. — Ты хочешь вернуть память. Я согласен. Я не могу сделать большего.
— Час, — сказал Бэннинг, — возможно и меньше. — Он шагнул к Тэрэнии. — Что может случиться в течение следующего часа, чего вы ждете?
Открытый взгляд горящих глаз был устремлен прямо на него.
— Не понимаю, о чем ты говоришь. И прошу прикажи СУЩЕСТВУ больше не дотрагиваться до меня.
— Что-то должно появиться, — задумчиво сказал Бэннинг. — Что-то достаточно сильное, чтобы помочь.
Сохмсей тихо произнес:
— Мысли ее скачут. Язык ее не говорит правды.
Совершенно иррациональная, но объяснимая ярость охватила Бэннинга. Он тряхнул Тэрэнию за плечи:
— ЧТО должно появиться?!
— Подожди и увидишь!
— Тэрэния! — предостерег Джоммо, и Сохмсей усмехнулся:
— Они думают о корабле.
Рольф выругался.
— Конечно, они же должны были послать за другими членами Совета Империи, чтобы совместно решить нашу судьбу. И если только обычаи не изменились, это означает тяжелый крейсер класса «А» под командованием адмирала. — Он повернулся к Джоммо. — Скоро?
— Пять минут, час — я не могу ответить точно.
— Но вы по-прежнему остаетесь заложниками, — свирепо сказал Рольф.
Джоммо кивнул. — Это должно сделать ситуацию забавной.
— Но не благоприятной, — откликнулся Бэннинг. — Рольф, нам надо убираться отсюда.
Рольф удивленно посмотрел на него. — Только после того, как Джоммо вернет тебе память!
— Джоммо, — решительно произнес Бэннинг, — сможет сделать это и на нашем корабле, не так ли? Мы уходим! — Он повернулся. — Киш, передай приказ Хорику и остальным готовиться к отлету. И приведи сюда несколько человек, поскорее. Они понесут оборудование. Джоммо! Ты покажешь, какие аппараты необходимы. Постарайся ничего не забыть! — если тебя волнует судьба твоей императрицы.
Складка вокруг рта Джоммо стала глубже, и в первый раз за все время он ослабил свой железный самоконтроль. Он посмотрел сначала на Сохмсея, который наблюдал за ним с пристальным интересом, потом на Рольфа и Бэннинга взглядом, горящим такой искренней ненавистью, что Бэннинг чуть не вздрогнул, и наконец — на Тэрэнию.
— Не берите с собой хоть ее, — сказал он. — Умоляю вас.
— Она будет в такой же безопасности, как и мы, — ответил Бэннинг и добавил, обращаясь к Тэрэнии: — Поверьте, я сожалею. В план это не входило.
Тэрэния прошептала:
— Не думаю, чтообы я отказалась, если бы мне предложили сначала посмотреть на твою смерть, а потом умереть самой. — Похоже, она говорила то, что думала.
Внезапное сомнение и чувство вины охватили Бэннинга. Он позволил себе идти к цели напролом, не слишком задумываясь об этике. Для него, землянина, звездные императоры и императрицы, Валькар и Молот, все эти интриги чуть ли не стотысячелетней давности в конце концов казались не более чем словами, не более чем невероятным сном, а человек не слишком-то задумывается о своем поведении в сновидении. Но теперь слова перестали быть словами. Слова превратились в людей, живых, реальных людей. Это были и Тэрэния, и Джоммо, и он сам стал реальной силой — Валькаром, если даже он лишь его тень. Его действия могли повлечь невообразимые последствия, способные повлиять на жизнь миллиардов людей, обитающих на мирах, о которых он и слыхом не слыхивал.