Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Он медленно повернулся, чтобы пересечь ручей, но делал это механически, потому что этот путь он проделывал раньше. Мозг Нельсона подвергся потрясению и открылись ворота между ним и полубессознательным мозгом Эйши. Он вспомнил слова Кри: «Инстинкты Эйши, воспоминания, скрытые знания…»
Воспоминания.
Он был слишком занят прежде собственным ужасом и яростью, а после того, зеркалом новых и чуждых ощущений. Но теперь целое наводнение воспоминаний из запасов мозга Эйши прорвалось и потекло в Нельсона. Они не были просто воспоминаниями животного, а имели собственный необычный путь, как и человеческий.
Щенячьи кувыркания в согретой солнцем траве, новизна мира, уроки, первая охота, первое убийство, первый вид мерцающих башен Рууна, вхождение молодого волка в полноправные члены стаи. Маленькие детали, вкусы и запахи, мысли и грезы. Да, грезы, сродни тем, что были у мальчика Эрика Нельсона, лежавшего под зелеными деревьями Огайо в полусне лесной тишины.
Но те были только рябью на широкой и глубокой реке воспоминаний Эйши. Под ними текли сильные течения, которые привязывали индивидуальность к Клану и Клан к Братству. В беглом осмотре прошлого Эйши Нельсон видел целый новый путь жизни, где разумные существа приспособили себя в обществе, которое было в одно и то же время просто, как в Раю, а также сложно, как современный Нью-Йорк.
Общество с пятью огромными кланами — людей, волков, лошадей, тигров и орлов — жило в совершенном равенстве, даже не оговаривая этого, как в собственном мире Нельсона разумные расы жили друг с другом и считали это естественным. Общество с его собственными законами, которое запрещало убийство, кражу, регулировало право на охоту, и в котором верность давалась свободно. Разновидность свободного масонства, которое было в действительности братством.
Они не были совершенными, эти создания Кланов. Некоторые вспышки-воспоминания дали Нельсону встряску страха и других глупостей, заставивших его улыбнуться. Снова он почувствовал презрение, потому, что увидел трусость или кражу убитых другими. Но их сильные несовершенства делали их более человечными.
Когда он открыл свои ментальные глаза и заглянул в их разум, Нельсон был вынужден, наконец, понять истину без оговорок. Существа Клана были не более животными, чем он сам. Даже менее, он вынужден был восхищаться, потому что убивал из-за денег, в то время как Братство убивало только ради пищи. И он убивал людей, а Братство лишь оленей и кроликов.
Совершенно внезапно он осознал, что несется по лесу на четырех ногах и это не кажется ему странным. Близкий контакт с мозгом Эйши растворил эту странность Ему это казалось не более необычным, чем если бы он одел иностранную одежду. Он был дома.
Вдруг заяц метнулся прямо перед ним. Он схватил его в легком прыжке, сломал позвоночник и съел.
А затем стая серых братьев пришла к нему, медленно продвигаясь между деревьев с востока. Было безветренно, чтобы почуять это, а голод сыграл с ним дурную шутку. Он бросился прочь с полусъеденной жертвой, но вожак, серый старый волк без глаза, послал ему мысль.
«Заканчивай, юноша. Нечего спешить».
Старый волк присел, его язык высунулся.
«Мы бежим издалека, с холмов над Мрилой. А сейчас отдыхаем».
Глазами Эйши Нельсон увидел, что это были худые и истрепанные волки из внешней стаи, которые охотились на верхних уровнях.
Они его не знали, не знали, что он вне закона.
Он закончил жадно есть и оставил вкусные косточки. Затем облизал губы и стал ждать. Долгое клановое «У-У-У!» разносилось над рекой, подхватывалось и неслось дальше.
Старый волк сказал:
«Мы движемся в Аншан, наблюдать».
«Я тоже».
«Тогда пошли с нами, юноша».
Он не мог сейчас покинуть их, не вызвав подозрений. Он должен был присоединиться к ним теперь, а позднее решить, что делать.
Тощие серые тени поднялись, десять охотников с длинными клыками из бесплодных нагорий, полные трепещущего восхищения. Нельсон почти уверился, что он настоящий Эйша, бегущий с собственным племенем.
Но это было не так. Его племя, племя Нельсона, ожидало в Аншане с автоматами и гранатами.
 
Когда первые лучи рассвета начали пробиваться в небе, он со стаей прошел целые мили на юг. Он присматривался как бы покинуть горную стаю. Более безопасно теперь оставаться одному. Ему нужно найти какое-то место, чтобы залечь и, после наступления темноты, попытаться проникнуть в Аншан. Ночью у него был один шанс из ста, что его не подстрелят, как шпиона из Рууна. А днем — ни одного.
Нельсон потихоньку отделился бы, как и планировал, если бы не поднялся рассветный ветер и не выдал его.
Он отставал от других, выискивая шанс ускользнуть в кусты, когда вместе с низменным ветерком пришел внезапный вой и ментальный призыв: «Хей, братья! Чужак с вами!»
Вся стая горцев развернулась и уставилась на Нельсона с подозрением. Прежде, чем он сумел сбежать, их окружили волки, волки из Рууна, чьи мысли хором слились в одно проклятие.
«Эйша!»
Нельсон кружил и скакал возле старого волка, лежавшего в кустах.
За ним, как это было в Рууне, ментальный крик пробился, сквозь деревья.
«Эйша вне закона! Гоните его, братья! Гоните его из леса!»
Тогда стая обрушилась на него и призыв эхом пронесся по долине, переходя от одной стаи к другой.
«Вне закона!»
Снова Нельсон бежал с поджатым хвостом. Перед ним были открытые равнины Аншана, в которых его ожидала смерть. В отчаянии он кружил, петлял, путал след, но волки клана гнали и гнали его без пощады. И не было возможности сбежать.
Лес поредел. В разрывы между деревьями он мог видеть открытые пятна равнины. Далеко за ней Аншан горел как огромная драгоценность меж зеленым лесом и рекой.
Он устал, загнан, полон отчаяния.
Вдруг, сверху, он услышал свистящий гром огромных крыльев и прыгнул, зарычав. Затем увидел, что это был Эйя и услышал, как его мозг обратился к нему с настоятельной быстротой.
«Сюда, чужак! Ты сможешь оторваться от стаи, если сделаешь так как я тебе говорю.»
Хуже ему все равно уже не было бы.
Орел взмыл снова, где он мог видеть маневры всей стаи и послал свою мысль Нельсону.
«Беги скорей этой тропой, чужак! Сейчас же. В поток. Плыви, плыви быстро, вверх по течению. Останься в воде, ветер с тобой. Сейчас же! Под прикрытие скалы и ползи тихо… тихо!»
Нельсон полз мокрый и дрожащий, слышал как стая потеряла его и удалялась. Внезапно Эйя снизился и приземлился на ближайшую скалу. Нельсон выполз из воды туда, где было суше и лежал, тяжело дыша.
«Мы подождем», — сказал ему орел и сложил крылья.
Нельсон какое-то время изучал его. Наконец он задал вопрос.
«Не понимаю. Почему ты помог мне?»
И Эйя ответил.
«Ншара послала меня».
  
Глава 12
 
СМЕРТЬ В АНШАНЕ
Весь жаркий долгий день они прятались там, ожидая — огромный орел и человек, ставший волком. Это был засушливый сезон. Нельсон видел, как ручей нырял в скалу и пускал тонкие струйки, вытекающие в теплом спокойном воздухе. Весь лес, казалось, спал.
Они переговаривались мысленно.
Нельсон сказал:
«Ты, кажется, настроен ко мне дружески, Эйя. В зале Совета ты меня защищал. Я не понимаю».
«Ты спас одного из моего Клана от пыток Шэн Кара. Другой Крылатый это видел и рассказал».
«Понимаю. — Нельсон на время умолк. Затем сказал: — Я научился в лесу многим вещам, Эйя. Я научился многому от Эйши, тело которого мы делим совместно. Мне также хотелось бы поучиться и у вас, если это возможно».
Он поймал пристальный взгляд ярких, золотых глаз птицы. Взгляд был мудрым и понимающим.
«Это возможно, — произнес Эйя. — Расслабь свой разум».
Нельсон положил грубую волчью голову на лапы и закрыл глаза. Дневное тепло позволило ему легко расслабиться.
Он почти провалился в полудрему.
А затем его разум соприкоснулся с другим. Мудрым, более мудрым, чем у Эйши, с более старым разумом, изощренным и честным до беспощадности, острым как изогнутый орлиный клюв и когти — способным схватить, рвать и мучить мыслью, пока внутренние кости останутся голыми и честными.