Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Казалось, парагаранец его не услышал — да и сам Чейн не был уверен, что произнес что-то членораздельное. Но прошло какое-то время, и сквозь красноватый дым, застилавший глаза, Чейн увидел, что Гваатх постепенно приближается к пульту управления. Он по-прежнему бился в диких судорогах и орал, но в его движениях появилось что-то осмысленное.
На Чейна нахлынула волна тошноты, все вокруг закачалось и стало уплывать куда-то вдаль. Варганец понял, что теряет сознание, а это — верная смерть. И он ничего, ровным счетом ничего не мог сделать…
Внезапно Гваатх пронзительно завопил и, опираясь на дрожащие руки, медленно поднялся и почти рухнул на пульт.
Вланалан что-то крикнул, но Чейн не понял ни слова. Пол под ним вздрогнул, и тут же глухо загудели планетарные двигатели. Сильная перегрузка впечатала Чейна в пол, усилив его мучения. Но в душе он испытал огромное облегчение.
Корабль уходил со стационарной орбиты прочь от Хланна.
  
Глава 10
 
Чейн был приятно удивлен, придя в себя. Когда темная волна невыносимой боли накрыла его, он был уверен, что умирает.
Он по-прежнему лежал на полу капитанской рубки. Жгучая боль ушла, но по нервам еще прокатывались словно бы сильные электрические разряды, заставляя его судорожно вздрагивать.
Он попробовал шевельнуть рукой, но не смог. Похоже, двигательные центры были парализованы.
«Как бы не навсегда», — с тревогой подумал он.
Чтобы отвлечься от тоскливых мыслей, он стал размышлять о каярах. Эти тонкие ценители прекрасного оказались самыми настоящими садистами. Они не стали уничтожать тех, кто посягнул на их сокровища, — нет, они предпочли выцеживать души из тел, причиняя чужакам невыносимые страдания. Очевидно, вся эта неслыханная пытка доставляла обитателям Хланна огромное удовольствие, иначе они не стали бы затевать такое хлопотное дело. А что случилось бы, если бы каярам удалось посадить корабль на Хланн?
Кто-то склонился над ним. Чейн с трудом приоткрыл веки и увидел мохнатое лицо Гваатха. Собрав всю волю в кулак, варганец заставил себя произнести одно-единственное слово:
— Дилулло?
— Жив, — ответил парагаранец, — но пока не приходит в себя. Я никак не могу его разбудить.
— Помоги… мне встать…
Гваатх нагнулся и поднял варганца на ноги, но тот сразу же упал. Только после третьей попытки Чейн наконец сумел сравнительно твердо встать, опираясь на огромного гуманоида. Гваатх выглядел немного осоловелым, но в остальном почти уже пришел в норму. А что же Дилулло?
С помощью гуманоида Чейн добрался до пилотского кресла. Казалось, пожилой наемник умирал. Глаза его были закрыты, пульс едва прослушивался, мускулы оставались ватными. Наверное, сказался возраст Джона — выдержать такой удар по нервной системе он не смог.
С помощью Гваатха варганец отнес Дилулло на одну из складывающихся коек в соседней каюте, а затем и сам улегся неподалеку, пытаясь прийти в себя после пережитого потрясения.
Корабль тем временем шел в сверхсветовом режиме, держа курс на Ритх. Когда спустя некоторое время Чейн уселся за пульт управления, то обнаружил, что курс был выставлен недостаточно точно. Пришлось вносить в киберштурман необходимые поправки. Справившись с этим, Чейн вернулся к Дилулло. Тот по-прежнему лежал с закрытыми глазами. Его дыхание было неровным, лицо — серым. Время от времени крупное тело наемника сотрясалось от судорог.
Собравшись с силами, Чейн начал массировать активные точки на теле Дилулло. Наконец, к огромной радости молодого варганца, Джон открыл глаза.
— Здорово нам досталось? — невнятно произнес он.
— Еще как, — согласился Чейн и рассказал о том, как Гваатху удалось увести корабль от планеты каяров.
— Выходит, не зря мы его взяли… — пробормотал Дилулло. — Повезло, что остались живы.
Чейн пообещал со злой улыбкой:
— Если придется когда-нибудь встретиться с каярами, то я буду беспощаден. Будь они все прокляты!
Дилулло внимательно взглянул на него.
— Ого, здорово же ты разозлился, сынок, — заметил он. — Обычно ты не принимал неприятности так близко к сердцу.
 
— Вам легко говорить, Джон, — огрызнулся Чейн. — Вы слишком быстро отключились и не успели вкусить пытку до конца. А я нахлебался от души и при случае отвечу этим подонкам тем же самым.
— Не трать свой пыл понапрасну, — посоветовал Дилулло. — Подумай лучше о том, что случится, когда мы прилетим на Ритх с пустыми руками. Думаю, Ерон будет на этот раз не столь любезен с нами.
Весь долгий путь через звездные россыпи Отрога Чейн размышлял на эту невеселую тему. Было ясно, что над наемниками нависла большая опасность, и ему никак не удавалось найти выход из создавшейся ситуации. Впрочем, сейчас его больше беспокоило состояние Дилулло, который очень медленно оправлялся от пережитого. Лидер наемников похудел, глаза оставались мутными, а речь — не совсем внятной. Конечно, со временем Джон мог восстановить силы, но Чейн не был в этом полностью уверен. Проклятые каяры!
Выйдя из сверхскоростного режима, корабль подошел к Ритху с дневной стороны. К общему изумлению, в районе столицы царил солнечный день, хотя вдали в сторону города двигался очередной грозовой фронт.
На космодроме их встретили почти два десятка ритхских офицеров, которые и сопроводили прибывших во дворец Ерона. Весь путь охранники хранили холодное молчание, словно уже знали, что чужаки прибыли с пустыми руками.
Ерон встретил их в своем кабинете, сидя за большим столом из резного зеленого камня. Не вставая, он поднял на вошедших недовольный взгляд и сухо произнес:
— Итак, вы не добыли Солнышки.
— Не добыли, — согласился Дилулло. — Зато рады, что сумели спастись.
— До ваших ничтожных жизней мне нет никакого дела, — со злостью произнес Ерон. — Никакого, понимаете? Зато меня очень беспокоит ваш провал.
Дилулло устало пожал плечами.
— Нас он тоже беспокоит. Что поделать, каяры оказались слишком крепким орешком. К тому же вы подвели нас, Ерон. Говорили, будто каяры не станут сканировать корабль, а они сделали это.
Лидер наемников кратко рассказал обо всем, что произошло. Правитель Ритха нахмурился. Выйдя из-за стола, он стал расхаживать по кабинету, сложив руки за спиной. Лицо его становилось все мрачнее и мрачнее.
— Скверно, очень скверно, — наконец произнес он. — Вы прилетели на Хланн с целью выкрасть Солнышки — и сделали это на моем корабле! Теперь каяры вправе предъявить мне претензии.
— Скажите, что мы украли звездолет, — посоветовал Чейн. Ерон хмуро взглянул на варганца.
— Думаешь, их так легко обмануть? Не исключено, что на Ритхе у них имеются свои шпионы. Если те донесут, что неудачливые грабители находятся в моем дворце, то каяры могут потребовать вашей выдачи.
— Неужели каяры осмелятся командовать независимым миром? — поразился Дилулло.
Ерон задумчиво пожевал губами.
— Все может быть, — признался он. — Никто не знает, на что способны каяры в порыве гнева, поскольку до сих пор никто не осмеливался им перечить. Но таких могущественных врагов я бы не хотел иметь. Да и не хочется терять выгодных покупателей.
— К чему этот разговор? — возмутился Дилулло. — Неужто вы на самом деле собираетесь выдать нас этим убийцам?
— Только в случае крайней необходимости, — успокоил его Ерон с мягкой улыбкой. — Но рисковать я не намерен. Поэтому вы останетесь на Ритхе до тех пор, пока инцидент не будет исчерпан.
— Отлично! — воскликнул Дилулло. — Вы просто замечательный партнер, Ерон, и главное, верный.
Чейн промолчал — он ожидал нечто подобное.
— Не стоит так переживать, все может и обойтись, — сочувственно произнес Ерон. — А пока вы можете присоединиться к своим людям и как следует отдохнуть после пережитого. Дилулло с отвращением поморщился.
— Другими словами, мы становимся пленниками до тех пор, пока буря не утихнет.
— Верно. А теперь оставьте меня.
Ерон что-то сказал по-ритхски, и гостей окружили охранники с бластерами в руках. Делать было нечего, и наемники вместе с Гваатхом пошли по длинным, тускло освещенным коридорам в правое крыло дворца. У одной из дверей охранники остановились, обыскали пленников и забрали у них все, что находилось в карманах комбинезонов. Затем краснокожий офицер с издевательской улыбкой открыл перед ними дверь и приглашающе кивнул.