Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)
Мейсон стоял в задумчивости, крепко обхватив рукой поручни.
— Мы должны доставить Олифанта на Терру живым, — произнес он сквозь зубы. — Это сейчас важнее всего.
Стак безнадежно пожал плечами:
— На Альдебаране находится главная база орионского флота. Они уже знают о нашем приближении. Луч межзвездной связи летит быстрее любого корабля.
— Знаю, — резко ответил Мейсон. — Если ты еще не забыл, я тоже служил во флоте, до того как перешел в разведку.
— Не заводись! — вспыхнул Стак.
Мейсон обернулся. Мрачный, заросший щетиной, с отчаянием в глазах, он ощущал себя сейчас столетним стариком, хотя ему было всего тридцать два года.
— Мы оба здорово вымотались. Не обращай на меня внимания. Если мы сейчас переругаемся, нас разорвут в клочья. Нужно срочно что-то придумать.
Стак показал на звезду на экране — огромный красный глаз, пристально наблюдавший за ними.
— Их корабли разворачиваются во все стороны — вверх и вниз, справа и слева от Альдебарана. Можно попытаться обогнуть всю систему, но тогда если даже мы прорвемся через этот заслон, то наткнемся на эскадры, идущие с Алефа и Чармара.
Мейсон взглянул на сверкающее звездное небо:
— Нужно только проскочить Альдебаран, а там уже рукой подать до терранской границы. Но ты прав, мы не сможем уйти от их крейсеров.
— Значит, нужно атаковать их и попытаться прорвать сеть.
— Они размажут нас по всему космосу. Есть только одна лазейка, один способ сбежать от них, — сказал Мейсон и еще крепче сжал зубы.
— Нет никакой лазейки, — проворчал Стак. — С любой стороны от Альдебарана заслон такой плотный, что там даже муха не пролетит.
Внезапно он замолчал, взглянул в изможденное лицо Мейсона и продолжил изменившимся голосом:
— Я понял. Единственный возможный путь — сквозь саму систему Альдебарана.
— Вот именно, — кивнул Мейсон.
Стак наморщил лоб. Пилот обернулся и бросил на него удивленный взгляд.
— Ты хоть представляешь, какие у нас шансы уцелеть при такой скорости? — спросил Стак.
— У нас в любом случае нет никаких шансов, — ответил Мейсон. — Заложи этот курс в компьютер, а я пока пойду проведаю Олифанта.
Он покинул мостик, спустился по трапу и прошел по узкому коридору. На корабле-разведчике пятого класса SC-1419 едва хватало места для оборудования и восьми членов экипажа. Весь металлический корпус до последнего атома содрогался от вибраций мощного двигателя, в тысячи раз быстрее света несущего корабль к границе.
Мейсон протиснулся между двух ионных двигателей, пахнувших горячим металлом, в крохотную каморку, где лежал Олифант, пристегнутый ремнями к койке.
— Ему совсем плохо, — сообщил сидевший рядом Финетти, самый молодой член экипажа. — Пульс, дыхание — все.
— Он не приходил в себя?
— Ни на минуту, с тех самых пор, как мы приняли его на борт. Сожалею, но ничем не могу ему помочь. Я не врач, я всего лишь окончил шестимесячные курсы первой помощи.
— Ты все делал правильно, — поддержал его Мейсон и нагнулся над койкой. — Олифант! — позвал он.
Тот не отозвался и не открыл глаза. Исхудавшее лицо оставалось серым и безжизненным. Только обмотанная бинтами грудь чуть приподнималась и опускалась.
Он был невысокого роста, но казался Мейсону гигантом. Ни один человек за всю историю терранской разведки не сделал того, что удалось Олифанту — другу и начальнику самого Мейсона. Он пробрался в самое сердце Плеяд, в столицу империи Ориона, узнал ее тайну и сумел вернуться назад.
Олифант не обязан был этого делать. Он занимал довольно высокое положение в службе разведки и мог поручить операцию Мейсону или кому-нибудь еще. Но сохранять мир в Галактике становилось все труднее, только мощь и авторитет Терранской империи удерживали завистливых звездных королей от нападения друг на друга. И когда с Ориона пришли тревожные слухи, Олифант сам отправился узнать правду.
Эти слухи окольными путями уже расползлись по всему космосу. Молва утверждала, что королю Ориона Джаниссару посчастливилось получить в свои руки невероятную силу или секретное оружие — одним словом, нечто, дающее Ориону преимущество перед всеми другими мирами. Если он действительно завладел этой силой и собирается с ее помощью расширить свои владения, мир в Галактике рассыплется в прах. Но слухи могли оказаться беспочвенными, и Олифант отправился проверить их.
Именно SC-1419, тайно пробравшись в пространство Ориона, доставил его на мертвую, лишенную атмосферы планету. Оттуда Олифант на крохотном флиттере [4] направился к столице орионского короля. Мейсон остался ждать, и наконец флиттер вернулся. Но вернулся на автопилоте, доставив назад смертельно раненного, потерявшего сознание Олифанта, который с тех пор не приходил в себя. И все, что он узнал, по-прежнему хранилось у него в голове.
— Олифант! — повторил Мейсон в самое ухо умирающему. — Это я, Мейсон.
Восковое лицо не дрогнуло. Больной находился сейчас в мире грез, где не имели значения ни друзья, ни звезды, ни империя.
— Не думаю, что он дотянет до дому, — сказал Финетти и добавил с явным сомнением: — Если даже мы сами дотянем.
Мейсон медленно выпрямился:
— Сделай для него все, что сможешь. Мы доберемся домой. Мы…
— Мейсон! — донесся из репродуктора на стене голос Стака.
Мейсон бегом бросился обратно на мостик. Как только он вошел, истерическое жужжание компьютера прекратилось.
— Радары крейсеров засекли нас, — бесстрастно сообщил Стак. — Мы летим прямо на них.
Мейсон посмотрел на экран радара. Багровый Альдебаран сиял теперь ярче прочих звезд, чуть справа по курсу. Маленькая звезда-компаньон была почти неразличима в его блеске.
— Мы повернем в самый последний момент, чтобы обмануть их, — объявил Стак. — То есть когда они откроют огонь.
Мейсон кивнул:
— Кораблем командуешь ты.
— Разве? — угрюмо отозвался Стак. — Так было, пока нас не передали в распоряжение разведки. А теперь я сомневаюсь в этом.
Мейсон не ответил. Он молча ждал. Снаружи, в сверкающем звездами небе, к ним приближались крейсеры Ориона, системы наведения уже пришли в действие и…
Сказочно прекрасная золотисто-алая вспышка расцвела слева от корабля, заливая все вокруг ослепительным блеском. Через мгновение справа зажглась еще одна — так близко, что разведчик развернуло, как фотон под действием солнечного притяжения. В невообразимой дали орудия орионских крейсеров дали залп, и ракеты, снабженные ионными двигателями, понеслись к цели в тысячи раз быстрее света. Быстрее, чем способен лететь любой корабль.
— Совсем близко, — сказал Стак пилоту. — Они взяли прицел. Поворачивай и включай автоматику.
Пилот щелкнул переключателями и откинулся в кресле, бессильно опустив руки и вздрагивая всем телом.
Разведчик резко развернулся и бросился прямо в багровое сияние Альдебарана, словно мотылек навстречу гибели.
— Надеюсь, никто не отправится вслед за нами, — произнес Стак.
Величественная багровая звезда стремительно приближалась, и по спине у Мейсона пробежал холодок. Он уже различал крупинки восьми планет, сгрудившихся вокруг светила.
Пролетать сквозь планетные системы на скорости в тысячи световых строго запрещалось законами всех королевств Галактики. К тому же это было полное безумие. Компьютер способен учесть положение всех планет, спутников и мелких объектов в звездной системе. Но даже он не в состоянии просчитать движение звездолетов, которыми кишит межпланетное пространство. Беглецы шли сейчас на осознанный риск и понимали, что даже не успеют ничего почувствовать, если с кем-нибудь столкнутся.
Ни один пилот не успел бы своевременно поменять курс в этом хаосе планет и их спутников. Но автоматика лишь бесстрастно щелкала своими реле, а корабль продолжал мчаться вперед.
Мейсон то и дело отмечал, как возникают впереди крохотные пятнышки света, приближаются со скоростью, от которой замирает сердце, раздуваются, словно воздушные шары, превращаясь в покрытые льдом планеты, окруженные толпой спутников, а затем проносятся мимо и пропадают вдали.